Соната для грешника - Джулия Тард

Удивительно, но мне всегда нравились женщины с длинными волосами, и всегда брюнетки. Словно я специально выбирал именно тех, кто похож на Клер. Словно всё это время искал именно её. Какое странное чувство притяжения…. В один момент всё встало на свои места. Миллионы осколков моей жизни впервые соединились в полноценную картину, заставляя прийти именно к этому событию.

– Добрый вечер, Клер, – отодвинул стул, помогая ей присесть.

– Добрый вечер.

– Надеюсь, Брайан не заставил себя ждать?

– Ну что ты, он прибыл ровно в срок. Даже напугав меня этим.

– Я рад. Ты голодна?

– Ещё как, – улыбнулась мне и тут же смутилась, словно согласившись на что-то ужасающе постыдное. – Извини.

– Клер. Я ведь не купил тебя. Ты пришла сюда по собственной доброй воле, и я бы был тебе очень признателен, если бы ты провела со мной этот вечер, как женщина, а совсем не как моё очередное приобретение.

Ну как же сильно она нервничала.… Даже, можно сказать, «была на иголках», и как бы старательно я ни пытался разрядить обстановку, не показывая ей не своего интереса, не своего вожделения, а она всё рано постоянно дёргалась.

– Прости, просто…

– Давай-ка мы сейчас позабудем о том, чем именно должна будет закончиться эта встреча, и проведём время, как старые добрые друзья. Ладно?

– Хорошо, – застенчиво согласилась, не в состоянии выдерживать мой взгляд.

Сделав заказ, я снова взглянул в её красивое лицо. Какая же она всё же знакомая… словно давным-давно позабытый сон, который не хочет раскрывать передо мной свои тайны…. Какие-то мимолётные, непонятные образы всплывают глубоко внутри меня, хаотично мелькая своими неразборчивыми картинками…

Я точно знал, что должен был её найти, точно знал, что хотел этого всем своим естеством. Но почему…? Никак не мог понять.… Словно это уже давным-давно было решено за меня, а я всего лишь безвольно выполняю чью-то чужую волю…

– Не понимаю, и почему ты так сильно меня боишься? – меня на самом деле беспокоил этот вопрос, ведь самого до безумия влекло к ней.

– Не боюсь. Просто это всё как-то неловко.

– Тогда давай так. Проведём сегодняшний вечер как друзья.

– Правда?

– Нет, конечно, – на это раз я уже не сдержался. О, нет, Клер! Я однозначно не хочу быть ни твоим другом, ни, тем более, знакомым! Я хочу, чтобы ты принадлежала мне целиком и полностью. Вся без остатка! Но вслух сказал, куда более сдержанные вещи.

Стоило мне закончить, как она тут же дёрнулась, заставляя меня по-настоящему напрячься. Если эта женщина не имеет ко мне интереса – что ж, прекрасно, всё закончится здесь и сейчас. Может, она мне и нравилась, но помыкать собой, как безвольной собачонкой, я не позволю. Меньше всего на свете меня сейчас интересуют игры в догонялки.

– Ты вольна встать и уйти в любой момент. Но тогда, именно на этом всё и закончится. Я не стану ни бежать за тобой, ни как-либо иначе навязывать своё общество. Поэтому, Клер, подумай дважды, прежде чем что-либо предпринимать.

– А в уборную мне хоть можно? – взглянула на меня своими невинно-детскими глазами, вынуждая поверить, что не задумывала ничего такого. – Мне нужно руки помыть, или это тоже запрещено?

– Нет, конечно. Если только ты не решишь улизнуть там через окошко.

– Ну что ты! Я не стану жертвовать своим платьем ради такого нелепого побега.

– Рад это слышать. Мне ведь будет куда приятней испортить его самому, – может, и не стоило озвучивать свою последнюю мысль, но уж слишком хотелось. Особенно наблюдая её со спины.

Когда же Клер вернулась, разговор пошёл куда легче и приятней. Шампанское, очевидно, помогло расслабиться, и на этот раз она начала по-настоящему мило улыбаться, раз за разом всё больше и больше посвящая меня в свою жизнь.

Но стоило вспомнить о её муже, как она тут же померкла. Сразу стало ясно, что я совсем не тот человек, с которым Клер хочет об этом говорить. Да, ещё бы… упоминать о Питере Греме в такой момент стало не самой лучшей идеей. Но стараясь всё исправить, я понял, что её беспокоило вовсе не то, что я о нём вспомнил, а то, что размышлял непосредственно об их совместном будущем.

– Спасибо. А как насчет тебя? Почему ты до сих пор не женился?

– А кто сказал, что я не женат? – мне было приятно услышать, что она наконец-то проявила интерес к моей личной жизни. И всё же я не мог не подшутить над ней, забавляясь такой искренней реакцией.

– Но,… но я…. И кольца…

– Шучу.

– Тебе это нравится, верно? – подняла на меня взволнованный взгляд, заливаясь румянцем, и я уже не смог сдержаться, чтобы не прикоснуться к ней.

Её маленькая ручка практически утонула в моей ладони. Прикасаясь к холодным пальчикам, я почувствовал, как Клер задрожала. Может, она и старалась показывать свою абсолютную незаинтересованность в нашей с ней близости, но её тело довольно красноречиво говорило об обратном…

– Потанцуем?

Спокойная музыка обволакивала нас своей мягкой пеленой, позволяя с головой окунуться в этот танец. Мне нравилось прикасаться к этой женщине. Нравилось чувствовать, как она, такая маленькая и хрупкая, прижимается к моей груди. В какой-то момент Клер вскинула голову, впиваясь в меня помутневшим взглядом, под тяжестью которого я невольно остановился. Делая глубокий вдох, переводя дыхание, мне было безумно тяжело оторваться от созерцания её слегка прикрытых глаз и раскрытых губ.

Как там говорят мои друзья: увидел и почувствовал огонь в штанах? Чушь! Разве простая похоть способна сравниться с той чудовищно-разрушительной силой, которая разрывает тебя на части, когда по-настоящему любимая женщина отвечает взаимностью? Нет никакого огня и нет никакого пожара. Ты просто каменеешь, понимая, что больше не принадлежишь себе, и уже никогда не будешь…

Теперь ты только её.… Каким бы сильным и уверенным ты ни был, но в этот самый момент чужая воля полностью подчиняет тебя себе, крепко-накрепко заковывая в настолько прочные кандалы, что уже ничто на свете не способно тебя из них освободить…

– Вечер окончен, Клер, – взяв себя в руки, я повёл её прочь из зала.

Как же долго поднимался лифт… как долго не заканчивался коридор…. И, как же долго, я ждал того момента, когда ключ-карта скользнёт по замку и, после привычного писка, наша дверь наконец-то откроется…

Скинув с себя пиджак, я начал раздеваться. В голове надоедливо крутилась песня Криса Исаака «Жестокая игра», совершенно отказываясь оставлять меня в покое. А может, действительно всё это просто-напросто жестокая игра, и только?

– Не нужно. Я сам это сделаю, – запретил ей снимать платье, ведь мне совсем не хотелось лишний раз лишить себя подобного удовольствия.

«Ну, вот и всё…» – прикасаясь к ней поцелуем, я отчётливо ощутил, как попал в ловушку, из которой уже не суждено выбраться. И мне очень хотелось, чтобы Клер почувствовала себя так же. Хотелось, чтобы она сдалась мне, и эта ночь стала для нас чем-то большим, нежели простой интрижкой.