Не оставляй меня - Эмма Скотт

– Ты когда-нибудь был на пляже? – спросила я Джону, – не на берегу озера, а на настоящем океанском пляже?

Мы лежали в постели во вторник вечером, обычно это был день наших свиданий, но мы решили остаться дома и пошалить.

– Конечно. А что?

– Я скучаю по нему. В детстве пляж был неотъемлемой частью моей повседневной жизни. По утрам я прогуливала школу, и мы с моей лучшей подругой ходили в одну из кофеен на набережной Пасифик-Бич или в кафе, где на стенах висели доски для серфинга. Мы болтались на пляже до обеда, а потом возвращались в школу, чтобы не пропустить последнее занятие. Иногда это помогало нам избежать вызова в кабинет заместителя директора. В большинстве случаев это не срабатывало, но оно того стоило.

Джона провел рукой по моей щеке.

– Ты как-то бледна для любительницы пляжного отдыха.

– Большие шляпы и SPF тысяча, – сказала я, – я предпочитала плавать или заниматься боди-серфингом в этом огромном океане. Большом и бесконечном. Если ты думаешь, что звезды были впечатляющими над Большим Бассейном, подожди, пока не увидишь восход солнца над Тихим океаном.

Он ткнулся носом мне в ухо.

– Похоже, ты планируешь поездку.

– Я действительно хочу отвезти тебя в Сан-Диего. Прогулка по пляжу и по всем крутым местам, которые я любила раньше.

– И мы могли бы встретиться с твоими родителями.

Я вздрогнула.

– Нет. Боже, нет. Это было бы просто чертовски неловко и неудобно…

– Я могу справиться с неловкостью и неудобством. Если ты хочешь увидеть их, ты должна.

– Я не хочу. Все, что мне нужно, это быть с тобой, в тех местах, которые я любила больше всего, – я подняла голову, чтобы посмотреть на него, – а ты можешь? Два дня. Авиабилеты довольно дешевые, и у меня все еще есть немного денег от Rapid Confession.

– Ты должна сохранить их. Не трать деньги на меня.

– Я хочу потратить их на нас. Но если ты не можешь выкроить время, если тебе нужно работать в мастерской, я пойму.

– Я могу.

Я погладила его по лицу.

– Неужели?

– Если это важно для тебя, я могу.

Я вскрикнула от волнения и поцеловала его.

– Давай поедем в следующий понедельник и вторник. Чтобы не пропустить время с твоими родителями! Конечно, Тео будет взбешен…

Джона рассмеялся.

– Возможно, но то, как прекрасно ты выглядишь сейчас, твое счастье – это того стоит.

Лекция о безопасности полета от Тео длилась полчаса. От того, что делать, если давление в кабине самолета упадет, до того, чтобы мы убедились, что все лекарства Джоны с нами, и что мы упаковали их должным образом, чтобы они не были конфискованы управлением транспортной безопасности. И, конечно, он проверил, где ближайшая больница рядом с нашим отелем. Но я никогда не принимала заботу Тео о Джоне как должное. Я погладила его по щеке и сказала, что позабочусь о его брате.

Я забронировала для нас место с самым красивым названием во всем Сан-Диего: отель «Серфер-Бич» на Пасифик-драйв. Из-за близости к пляжу его стоимость немного выходила за рамки моего бюджета, но я хотела, чтобы мы могли гуляь вдоль океана ночью, утром или в любое время, когда желание настигнет нас. Он стоил своих денег.

В аэропорту Джона взял напрокат машину. Он подвел меня к черному «Форду Мустангу» с откидным верхом.

– Ты же не думала, что вся эта поездка будет на тебе, не так ли? – спросил он, придерживая дверь открытой, – у меня есть сбережения. Между нами говоря, мы можем сделать эти два дня чертовски потрясающими.

Мы опустили крышу, включили музыку, и Джона с громким смехом завел мотор. Громко напевая, мы проехали по утренней автостраде и прибыли в отель около десяти. У нас впереди был целый день.

– Чем ты хочешь заняться в первую очередь? – спросила я, завязывая верх своего черного бикини.

– А что ты хочешь сделать во вторую? – ответил он, бросая меня на кровать.

– Да, – прошептала я, когда он проложил дорожку из поцелуев вниз по моей шее, его руки работали с узлом на спине моего купальника, – это первое.

Было уже больше одиннадцати, когда мы выбрались на пляж.

Мы остановились у берега, и я скинула шлепанцы, чтобы зарыться ногами в горячий мягкий песок.

– Ты чувствуешь этот запах? – спросила я, глубоко вдыхая.

– Водоросли? – спросил Джона, разглядывая выброшенный на берег комок, который гудел от мелких мошек.

– Океан, – сказала я.

Его руки обняли меня сзади.

– Я хочу почувствовать его в твоих волосах после купания, – пробормотал он, – а потом на простынях…

Я повернулась и поцеловала его, мои руки прошлись по его груди и рукам. Его кожа была горячей, скользкой от солнцезащитного крема. Я потянула его к воде.

Холод океана заставил меня съежиться. Мне пришлось задержать дыхание, прежде чем он не растекся мягкой прохладой по моему телу. Я нырнула под пену от волны, как делала это в детстве. Холодная вода на моем лице и притяжение океана были такими же, как я помнила, и ностальгия была настолько сильна, что мне потребовалась минута, чтобы сориентироваться. Но там был Джона. Мое «здесь и сейчас», этот момент казался таким же большим, как океан.

Джона плюхнулся спиной в гребень волны и исчез под водой. Он вынырнул через несколько секунд, солнце блестело в капельках воды на его груди. Вода стекала с его головы, когда он убирал волосы с глаз. Я прикусила губу, по моим бедрам пробежала дрожь. Джона подплыл и поцеловал меня. Боже, он был так хорош на вкус. Как и он сам – чистый и теплый, но с привкусом соленой воды.