Ритм наших сердец - Стелла Так

– Да, это декорации для нового фантастического фильма, который только начнут снимать. Некоторые из актеров также будут присутствовать, – пояснил Габриэль.

– Ты уже смотрел на подбор актеров, Гейб? – поинтересовался Питер, сердито потирая нос. – В курсе, что твоя бывшая играет в фильме?

– Талия? – удивился Габриэль и резко остановился. Когда Питер кивнул, его лицо стало пугающе бледным.

– Ясно, она и этот тип. Как там его зовут, этого парня с рыжими волосами, которого сейчас можно увидеть в любой рекламе?

– Майкл тоже здесь? – в ужасе произнес Габриэль с таким видом, будто собирался прыгнуть в гольф-карт и вернуться обратно в мотель с тараканами.

– Кто такой Майкл? – умудрилась я вклиниться как раз перед тем, как по залу раздался громкий голос:

– Габриэль Блейзон! А я-то думаю, что за уродливая физиономия.

К нам подошел высокий молодой человек с рыжими волосами. Я не знала его, но не сомневалась, что это Майкл.

– Майк, – проговорил Габриэль, поспешно шагая передо мной. Я растерянно посмотрела на его спину. Он только что попытался меня спрятать?

– Габриэль! – Майкл рассмеялся и хлопнул его по плечу. С любопытством выглядывая из-за Габриэля, я рассматривала актера. – Сколько лет, сколько зим! С тех пор, как группы больше нет, я почти не общаюсь с вами. Хотя тебя я все еще вижу по телевизору, – заявил он, и по голосу было слышно, что парень впечатлен.

– Так же, как и я тебя. Твой последний фильм был классным, – ответил Габриэль гораздо менее восторженно и снова повернулся ко мне, переводя взгляд с Майкла на меня.

– Что это такое? – потребовала я, ткнув указательным пальцем ему в спину.

– О, а это кто? – воскликнул Майкл, который, казалось, наконец заметил меня. Он сделал шаг в сторону и улыбнулся мне.

– Это…

– …Саммер. Саммер Прайс, – представилась я, пожимая протянутую руку.

– Привет, Саммер. Ты?.. – Скользнув взглядом к Габриэлю, он переадресовал вопрос ему. – Она твоя девушка? Если так, можешь расслабиться, Талии здесь нет. Сейчас она находится на съемках в Японии.

– Неужели? Какая жалость, – произнес Габриэль, и голос его звучал так, словно он искренне сожалел, что Талия не уехала еще дальше.

– Ты все еще злишься на нее? – вздохнул Майкл, выглядя немного расстроенным. – Оставь прошлое. Поговори с ней. Она смотрит каждое твое шоу по телевизору. Мне даже кажется, что она скучает по тебе.

– Ну, не повезло ей, – пробормотал Габриэль, положив руку мне на талию и притянув меня к себе. – Саммер – моя новая девушка.

– А она об этом знает? – весело поинтересовался Майкл.

– Да, я знаю? – повторила я.

Габриэль решительно кивнул.

– Мы помолвлены! Практически женаты. А еще у нас дети, тройняшки! Две собаки и четыре дома.

– Ага… поздравляю, – протянул Майкл.

Фыркнув, я ткнула Габриэля локтем в бок, чтобы он ослабил хватку.

– Мы просто друзья, – уточнила я. – Я сестра Ксандера Прайса.

– Ксандер… Прайс. Ты имеешь в виду Прайс-Икса? – вырвалось у Майкла. Когда я кивнула, он восторженно просиял. – Я его большой поклонник. Не могла бы ты достать его автограф для меня?

Я улыбнулась и намеренно проигнорировала кислый взгляд Габриэля.

– Без проблем. Я уверена, что он захочет получить твой автограф взамен.

Чтобы не показаться невежливой, я промолчала о том, что сама не видела ни одного из его фильмов.

– Приятно поговорить с тобой, Майк, однако мы должны идти, проверить сцену и все такое, – прервал Габриэль и потянул меня дальше в глубь зала.

– Понятно. Увидимся позже, – дружелюбно ответил Майкл и помахал нам вслед.

– Какая муха тебя укусила? – спросила я, когда актер оказался вне пределов слышимости.

– В смысле?

– Что значит «в смысле»? Ты вел себя так, будто он украл у тебя шоколадки из рождественских подарков.

Питер кивнул, выглядя таким же растерянным, как и я.

– Послушайте меня, – прорычал Габриэль, который во второй раз за день резко остановился и заставил нас сделать то же самое, – не позволяйте этому архангелу Михаилу обвести вас вокруг пальца. Если бы у дьявола был сын, это был бы Майкл. – Он тяжело посмотрел на меня. – Майкл больше, чем просто ловелас. Он относится к женщинам, как к вещи. Если он тебе улыбается, беги! Если он тебе что-то предлагает, беги! Если он хочет показать тебе маленьких котят…

– …тогда я бегу, поняла, – перебила я.

Габриэль резко втянул воздух и посмотрел на меня, словно только что проснулся от страшного сна.

– Нет, на самом деле я хотел сказать, чтобы ты сфотографировалась, потому что ты, безусловно, будешь выглядеть невероятно мило с котенком на руках. Но после этого тебе нужно бежать, ясно?

– Серьезно? – Я сложила руки на груди и посмотрела на Габриэля. – Неужели он такой плохой?

– Да, – заявил Габриэль, и в его взгляде сияла твердость, которой я до этого не замечала.

Я медленно кивнула.

– Хорошо, тогда я буду держаться от него подальше, – пообещала я.

Габриэль поднял одну бровь.

– Серьезно? Так просто?

– Да.

– Почему ты такая рассудительная, Прайс?

– Потому что ты говоришь серьезно, и я тебе доверяю, – честно призналась я и взяла его руку. Наши пальцы сплелись так же естественно, как две половинки одного целого. Покалывание в животе сделало меня счастливой, и даже пришлось сделать над собой усилие, чтобы не улыбаться как идиотка.

Габриэль уставился на меня, словно никак не мог понять, что происходит у меня в голове. Или как будто хотел наклониться и поцеловать меня. Я бы не возражала. Или нет, могла бы. Но только немного.

– Спасибо, – слабо пробормотал он.

Я сжала его руку.

– Для этого и существуют друзья.

– Да… да, именно они, – произнес он, заключая меня в короткие объятия.

– Эй, вы там закончили обниматься? Если так, мы можем наконец взглянуть на оборудование, – прервал нас Питер.

Мы отошли друг от друга и смущенно улыбнулись. Однако Габриэль продолжал крепко держать меня за руку, пока мы направлялись к сцене в центре зала. На первый взгляд она выглядела иначе, чем подобные сооружения до этого. Современная, из стекла и стали, и без единой царапины. Много денег и труда пришлось потратить на ее сооружение. По всей площади сцены были установлены огни, датчики и дым-машины, которые, безусловно, обеспечат отличное шоу.

Ребят инструктировал один из ассистентов. После небольшой закуски из буфета мне делать было уже нечего, поэтому я устроилась на краю сцены и завороженно наблюдала за оживленной суетой в зале. Прошло немного времени, прежде чем я заметила, что почти не нервничаю, хотя уровень шума постоянно возрастал. Возможно, фестивали немного смягчили чувствительность моих ушей.