Виски по-ирландски - Ксюша Левина

Хрестоматийные горничные встретились впервые за полгода. С тех пор, как семья разъехалась в разные страны, Скай оказалась в Швейцарии у Саймона Фосса, от чего была в страшном восторге, а Бьянка в Валенсии в доме Билли и Тео. Они без умолку болтали, сидя в гостиной Оливии, которая переводила взгляд с одной на другую и никак не могла взять в толк, как эти дурочки друг друга понимают. Скай говорила на английском, а Бьянка, очевидно, совсем его позабыла за ненадобностью.

- Милая, а ты всё время живёшь с Билли? - поинтересовалась Оливия.

- Нет, сеньора, у меня casa, недалеко. Я прихожу утром, - Бьянка расплылась в улыбке. Она была бесконечно рада всем в гостиной. Помимо горничных и Оливии, в продавленном кресле сидел Луи Почето, с чашечкой чаю, Эстель и Макс, а в холле Анна снимала пальто, только пришла.

- Кто прибудет первым? - спросила Оливия, ни к кому конкретно не обращаясь.

- Сеньора Пандора и сеньор Лео уже тут, - ответил Почето. - Они, кажется, навещают бабушку. Сеньорита Агне и сеньорита Фелиса должны прилететь и уже ехать к нам, их встретит сеньор Марк…

- Оу, это так романтично! Отношения на расстоянии! - пропела Бьянка.

- М-да, - ответила Оливия. - А что же Билли и Тео?

- Они тоже должны были прилететь, - ответил Почето. - Но пока ничего не писали, Оливия, - он сделал ударение на последнем слове, покраснел и прокашлялся. Оливия снисходительно улыбнулась.

***

Билли стояла напротив своего старого дома. Одна.

Уютного гиганта снова выставили на продажу, и он взирал на улицу наглухо занавешенными окнами-глазами. Она огляделась по сторонам, открыла калитку и вошла в сад. Ключей, конечно, не было, но в сад войти можно. Из беседки доносились девчачьи голоса, и сердце очень быстро забилось, будто Билли торопилась на свидание с любимым человеком после долгой разлуки.

В беседке за домом шла оживлённая беседа. Пандора обнимала Боно одной рукой, Агне другой. Напротив сидела Фелиса в модной кожаной куртке, сразу видна работа дедушка Криса.

Билли молча вошла в беседку, села рядом с Фел, и девушка так же молча потянулась и обняла Билли.

- Снова вместе? - шепнула Пандора и спрятала улыбку в волосах Агне. Боно затаил дыхание, как будто происходило какое-то волшебство.

- Ага, - тихо ответила Билли, и на щеках её заблестели слёзы. - Как будто никто никуда не уезжал. Пойдём?

- Пойдём, - ответила Фел, поцеловала мокрую щёку Билли и совсем по взрослому убрала ей за ухо выбившуюся кудрявую прядь волос.

Они шли к кладбищу пешком. Боно бежал впереди, разгоняя голубей, он не до конца понимал куда и зачем они идут. “К дедушке”, - всё что он понял, но они и раньше туда ходили вместе. Ещё до Тео, до странных дней, когда все много плакали. Боно вообще решил, что закончились каникулы в Ирландии, и очень боялся, что больше он не “ирландский мальчик”, он решил, что они возвращаются в Белфаст и не понимал, почему с собой не взяли Нэну.

- Хавьер, - шепнула Билли, когда между стройных рядов надгробных камней они нашли тот самый. На большом сером камне было его имя. Его даты жизни и смерти.

Знакомая лавочка, на которой было проведено много часов, обгоревший каменный алтарь, где было сожжено столько писем. Билли достала коричневый конверт, села у алтаря и достала зажигалку.

Девочки смотрели, как Билли сжигает письмо, будто наблюдали за священным действием. Бумага мгновенно вспыхнула, огонь поглощал ровные строчки, кусочки серого пепла поднимались и оседали на памятнике. Девочки плакали.

Здравствуй, Хавьер. Мы вернулись.

Если ты не знаешь, сейчас март. Всё как ты любил, и мы тут, с тобой. Я начала писать это письмо ещё в Валенсии, закончила в Белфасте. Я начала свою историю в Белфасте, но надеюсь, что мне не придётся закончить её в Валенсии.

Я сейчас всё тебе расскажу, а ты послушай, мы не часто говорили о девочках, но ты сам понимаешь почему, я слишком скучаю по ним, когда они не рядом. Сегодня мы снова вместе.

Я начну с Пандоры, если позволишь.

Она стала образцовой мамой, ты переживал по этому поводу. Говорил, что она не готова, что ей трудно. Так вот - ничего трудного! Она нашла своё место, и если честно сказать, что я ей горжусь - ничего не сказать. Наверное, Ирландия - это её дом. Она как будто всю жизнь там жила. А семья моих сумасшедших прабабушки и прадедушки - её стихия. Выходит, её место не на подиуме, а в доме супруги капитана полиции Броуди, в ирландской глуши. Боже мой, ещё немного и она проведёт там реформу красоты. Мару в восторге от такой соседки.

Фелли перебралась в Монако, и это было самым невероятным для меня. Непривычно думать, что Фелиса живёт с дедушкой Крисом, но они… друзья? Лучшие! Я клянусь! Эти двое ходят по магазинам, она выгоняет его фанаток, притворяясь его законной молодой женой. Фел! Развлекается! Как нам и не снилось… Дедушка водит её на балет, знакомит с разными знаменитостями и у них что ни день, то новое открытие. Никогда бы не подумала, что у Фел будет такая жизнь. И никогда бы не подумала, что Марк будет верно ждать её… Только учёба, конечно, пока на паузе. Не знаю к чему это всё ведёт, но Хавьер, знал бы ты как она счастлива! Я её не узнала сегодня… Это стоило того, чтобы позволить этой итальянской дамочке сорваться с катушек. Я думала, что моя девочка так и останется ледяной королевой, а она переросла, переломилась и стала самой красивой, уверенной и крутой женщиной из тех, кого я знаю.

Агне живёт с нами. Рисует, учится в школе при посольстве, завела подругу и всё так же играет с Ричи в игры. Знаешь, что круто? Она из дома вышла. Валенсия ей пошла на пользу, а ещё она каждое утро плавает с Тео в море. Они уходят в пол шестого и плавают, пока я не приготовлю завтрак и не пойду их вылавливать. Агне - фанатка моря. Ты знал? Оказывается, зря мы морозили красотку в Белфасте… Она загорела, вытянулась и решила стать вегетарианкой.

Про меня ты всё и так знаешь. Я уже два месяца, как работаю в больнице, два месяца, как получила на это разрешение, полгода, как переехала в Испанию, три месяца, как переехала в свой собственный дом, который сама создала, обставила и оживила.

Сегодня мы снова в Белфасте. Мы вернулись. Я посмотрела на дом, прошлась по городу. Даже сходили в доки с Боно, как раньше. У меня раздвоение личности, я так люблю этот город. Наш Белфаст. Но душой я в Валенсии, и это тоже моя любовь. Тут - старая Билли. Там - новая. Я смотрю на себя, на девочек, и я не чувствую тоски. Мы разъехались, нашли свои дома, страны. Наверное, это их судьба, девчонки-иностранки. У них в крови искать корни, как у цыганок. Не удивлюсь, если через пару лет они вернутся, найдут новый дом, переживут и переосмыслят всё. Я с ними, даже если в другой стране. Они всё ещё мои девочки.