Самый плохой ректор - Анна Рэй

ворот выбежала адептка из конкурирующей команды с серебристой кастрюлькой в руках и направилась к жюри, я ринулась вперед. Позади услышала голоса Вилки, Яцека и других участников нашей команды мечты. Они догоняли и подбадривали криками: «Комарек, живее!», «Не профукай победу!», «Крепче держи горшок!» Я вцепилась в ручки сосуда и устремилась к каменному постаменту, на котором вместо памятников стояло жюри во главе с ректорами двух академий.

Конкурентка догоняла, я ускорилась, а рядом вдруг раздался знакомый голос:

— Я тебе помогу!

И в ручку горшка вцепилась Ханка Беде.

— Сама как-нибудь донесу, — рвано выдохнула.

Увы, противная адептка не отставала. И не то чтобы мне было жалко делиться славой, просто в сосуде находился ценный груз — золотой песок, который я и так по дороге слегка рассыпала. Сбоку раздался звон — это конкуренты, догоняя, разбрасывали по пути золотые монеты. Студентке из Ликарнии, которая несла «кубок», тоже пытался помочь плечистый парень из ее команды.

— Какая разница, кто именно принесет артефакт? — прохрипела я, приближаясь к жюри.

— Раз без разницы, отдай мне! — прошипела Ханка. — А то вечно все лавры тебе достаются!

Как только мы подбежали к постаменту, Ханка с силой дернула на себя «горшок». Благодаря нашему чрезмерному рвению, песчинки поднялись в воздух и окутали золотым дождем Амадора. Я охнула, а адептка Беде воспользовалась моим замешательством, выхватила «кубок» и всучила ценный приз ректору. А в следующий момент послышался грохот: это студенты Ликарнийской академии пересекли финишную черту и упали под ноги своему ректору, осыпая того монетами. Да еще в падении приложили главу академии кастрюлькой по лбу.

— Ы-ы-ы… — простонал пожилой мужчина, потирая лоб и подпрыгивая на одной ноге.

Оно и понятно: монеты куда тяжелее, чем песок. И вообще я считаю, Амадору с нами повезло. Он теперь напоминал позолоченную статую светлого бога Эвзена: величественный, нарядный и взгляд такой же суровый.

— Элис-ска… — с укором просипел Амадор, сдувая с лица песок.

— А что я-то? Выиграла же тебе… вам эстафету, — пробурчала я и шмыгнула носом.

— Я бы поспорил с тем, кто выиграл, — возразил ректор Ликарнийской академии магии.

К нам уже подбежали остальные участники состязаний, к Амадору приблизились члены жюри, и все одновременно заговорили, перебивая друг друга.

— Первыми пришли студенты Протумбрии, — подтвердил принц Кристиан, насмешливо взирая на то, как его друг пытается отряхнуть волосы и одежду от золотой пыльцы.

— Наши первые! Магический хронометр зафиксировал победу, — согласился декан боевиков и по совместительству рефери эстафеты.

— Первыми, может, ваши прибежали, но у них были нарушения, — не сдавался ректор ликарнийцев. — А за это полагается снизить баллы. И тогда ваши студенты будут вторыми.

— Можем еще раз прогнать выступление, на магическом кристалле полная запись, — встрял тщедушный мужчина с ящиком в руках и принялся нажимать на рычажки.

Иллюзия замка и местности подернулась дымкой, а в следующую секунду увеличилась, и теперь можно было разглядеть, как каждый из нас проходит шаг за шагом испытание. Вот я убегаю от умертвий, вот Вилка возится с техномагическим драконом, а рядом с ней смазанной тенью скользит змеелисица, в следующий миг Ханка падает с кочки и тонет, а над ней парит пушистое облачко с черными лапками…

— Именно об этом я и говорил, — довольно улыбнулся ректор ликарнийцев. — Что это за магический туман с лапами? Что за зверь со змеиным хвостом? И куда делись ваши стрекозы-следилки?!

— Наши следилки делись туда же, куда и ваши, — спокойно пояснил Амадор. — Остальное — искусная иллюзия от столичных создателей.

Столичный создатель иллюзий нахмурился, припоминая, когда это он сотворил подобное. А ректор противной стороны не сдавался:

— Еще был пятнистый летающий зверь, который помог найти вашей команде пещеру. И горгулья, которая показала нашей команде кубок, но долго водила студентов по туннелям. Скажете, тоже иллюзия?

К слову, та самая горгулья возникла рядом с ректором Тори, довольно улыбаясь и бросая на нас многозначительные взгляды. И альрун появился в небе, важно кружа над нами.

Мы с Вилкой одновременно охнули: все пропало!

Но Амадор, ничуть не смущаясь, погладил горгулью по широкому носу и приветственно махнул альруну:

— Почему же иллюзия? Это наши магические питомцы — Матюша и Крылатик, которых мы, как организаторы, привлекли к эстафете. Они помогали участникам и вносили определенный колорит.

Альрун очень колоритно заклекотал, а Матюша продемонстрировала колоритную щербатую улыбку. Декан ликарнийцев на всякий случай сделал пару шагов назад.

— Но в прошлом году подобных помощников не было! — подал голос наставник ликарнийцев, высоченный старшекурсник с квадратным подбородком. — С этим надо разбираться!

— Тогда давайте разберемся и с тем, как члены вашей команды пронесли на состязание техномагические приборы, — выгнул бровь Амадор. — Браслеты, кулоны, серьги. Что в них? Переговорные устройства? Определители артефактов? По правилам за использование техномагических механизмов полагается дисквалификация. Но мы можем сделать вид, что это простые украшения.

Ликарнийцы принялись прикрывать длинными рукавами браслеты, а их ректор вздохнул и пошел на попятную:

— Зачем же сразу дисквалифицировать? Я же ничего не имею против милых зверушек. Просто восхищаюсь вашей фантазией. Полагаю, мы признаем победу за вашей командой, тем более эстафета первокурсников — лишь первый этап в череде прочих испытаний.

— Я так и думал, — кивнул ректор и объявил на весь стадион: — В эстафете первокурсников победила команда Протумбрии!

Его голос, усиленный магией, раскатисто громыхнул, и его тут же заглушили довольные «ура» адептов нашей академии и недовольный свист ликарнийцев.

Я же осознала, что Амадор заранее знал о том, что мы собираемся привлечь магических зверей. Неужели нас сдала Матюша? Правильно говорят — сколько зверя ни корми, а он все в лес смотрит. То есть на любимого ректора. А еще этот самый ректор догадался о магических штучках ликарнийцев и наверняка ослабил действие рамки с определителем, чтобы сравнять счет: у них техномагия, у нас магическое зверье. И ведь молчал! Поэтому и не мирился со мной окончательно, знал, что буду пытать. Но чего уж, я отходчивая, особенно когда меня хвалят и награждают, что прямо сейчас и делал принц Кристиан. Неказистый горшок в его руках приобрел форму золотого кубка, на котором появились наши имена. Приятно оставить о себе вечную память потомкам.

— В следующем году здесь будут красоваться имена новых победителей, а пока наслаждайтесь, — сообщил ректор Тори. — А если бы кое-кто не рассыпал золотой песок с монетами, победителям бы досталось еще и материальное вознаграждение.

— Ничего, мы не гордые — свое заберем, — успокоили ректора Яцек с Вилкой и… ринулись