Две недели на соблазнение - Сара Маклейн

На несколько долгих минут в детской воцарилось молчание. Наконец герцог со вздохом сказал:

— Нет, не могу я этого сделать, не могу поступить недостойно, так уронить себя в ее глазах…

Но даже после этих слов он понимал, что никогда не будет достоин Джулианы — ее яркости и ее красоты, покоривших его с самой первой минуты. Но все же…

Разрази его гром, если он откажется от нее!

Он нашел ее.

Он хочет прожить с ней жизнь!

— По крайней мере дай Пенелопе возможность выбрать, Саймон, — сказала Джорджиана, которая с каким-то материнским сочувствием наблюдала за его мучениями, за его борьбой. — Она заслуживает шанса сделать выбор. И, видит Бог, вы с Джулианой заслуживаете шанса на счастье.

Это по крайней мере было правдой. Откашлявшись, он спросил:

— Думаешь, существует вероятность того, что Пенелопа отпустит меня?

Джорджиана улыбнулась, и было в этой ее улыбке нечто такое, что он не вполне понимал. Казалось, она знала какую-то тайну.

— Да, отпустит.

Они снова замолчали, и Саймон стал наблюдать за малышкой Кэролайн, спящей на плече матери. И он вдруг представил другого ребенка — с черными волосиками и голубыми глазками, — спящего на руках у своей мамы.

Саймон со стоном закрыл глаза. Он понял, что хотел этого ребенка. Своего ребенка. И хотел, чтобы Джулиана была матерью этого малыша.

Но сначала он должен был попросить прощения у сестры.

— Я совершил ошибку… и с тобой тоже, — пробормотал герцог.

— Только одну?

Саймон нахмурился, а Джорджиана, рассмеявшись, спросила:

— О какой ошибке ты говоришь?

— Я не должен был оставлять тебя здесь, в Йоркшире.

Сестра задумалась над его словами.

— Но я сама захотела остаться здесь.

— Да. И ты могла здесь остаться. Но я не должен был оставлять тебя тогда. И так. Мне следовало больше беспокоиться о тебе и меньше — о скандале. — Он прошел к окну и устремил взгляд на вересковую пустошь. — Я не могу этого изменить, но очень сожалею.

— Спасибо, — отозвалась сестра.

«Как же она повзрослела, — думал Саймон. — И как я этого не замечал?»

— Я хотел бы все исправить. И хотел бы, чтобы ты сказала мне, кто…

— Он далеко сейчас, — перебила сестра.

— Но я мог бы отыскать его. И мы могли бы…

— Ты его не найдешь. И ничего уже не исправить, Саймон. Думаю, ты прекрасно это понимаешь.

Саймон тяжко вздохнул.

— Да, верно. Уже поздно искать отца ребенка. Но ты же герцогская дочь. Наверняка мы сможем найти того, кто женится на тебе. Того, кто будет тебе хорошим мужем. И хорошим отцом Кэролайн.

— Перестань, Саймон, не надо…

— Но неужели ты полагаешь, что сможешь оставаться здесь, в этом захолустном уголке Англии, всю оставшуюся жизнь? А что будет, когда Кэролайн подрастет? Как ты ответишь на ее вопросы?.. Где ее отец? И что будет, когда она узнает правду? Я не смогу прятать тебя тут вечно, Джорджиана.

Сестра пристально посмотрела на него.

— Я никогда не просила тебя прятать нас. На самом деле я бы предпочла не прятаться. Моя репутация окончательно погублена, Саймон. Так что не пытайся что-либо изменить, — добавила Джорджиана.

И герцог понял, что ее слова — чистейшая правда.

— Но ты заслуживаешь…

— Заслуживаю того, чтобы быть матерью. Чтобы растить ребенка, который будет здоровым и сильным и будет знать, что он любим.

— Я хочу, чтобы ты была счастлива, Джорджиана.

Она улыбнулась.

— И я буду счастлива со временем. Но не так, как ты планируешь.

От него не ускользнула ирония ситуации. Ведь Джорджиана — сестра одного из самых могущественных аристократов. И все же он, ее брат, не может изменить ее жизнь. Да, он не в силах восстановить ее репутацию и заглушить сплетни, которые рано или поздно настигнут ее — настигнут их всех. Но зато он мог дать ей свою поддержку. И свою любовь.

— Джорджиана… — Его голос чуть охрип от волнения. — Джорджиана, пусть все будет так, как ты пожелаешь, как решишь для себя и для Кэролайн. А я поддержу вас.

— Ты уверен, что хочешь… испытать судьбу?

Он с улыбкой кивнул:

— Уверен.

— Я спрашиваю потому, что это твое решение может подвергнуться проверке уже довольно скоро.

Он вопросительно взглянул на сестру.

— Что это значит?

— Только одно: я хочу, чтобы хоть кто-то из нас двоих обрел наконец свое счастье. И раз уж не я, то, следовательно, счастлив должен быть ты.

Джулиана! Только она его счастье, его страсть.

Он должен ехать за ней. Тотчас же!

Саймон встал и подошел к сестре с племянницей. Наклонившись, поцеловал сначала в макушку Кэролайн, потом, в щеку, Джорджиану.

— Я должен ехать. Должен вернуть ее.

Сестра улыбнулась.

— Мама будет вне себя от ярости.

Саймон пожал плечами.

— Зато из мамы выйдет отличная вдовствующая герцогиня.

Джорджиана рассмеялась.

— Только не говори, что намерен сослать ее в деревню.

— А что?.. Неплохая идея. — Герцог направился к двери.

— Саймон! — окликнула его сестра.

Он обернулся, и она с улыбкой сказала:

— Твой свадебный подарок уже на пути в Лондон. Поцелуй от моего имени маму.