Второе дыхание - Дора Шабанн

— Глупости, детка. Ты сама себе голова. Рад, что всё в порядке. Жизнь заиграла новыми красками, да? Ты умница, ты справишься, — Слава целует меня в макушку, ибо, при его росте, это самое логичное и близкое.

— Спасибо! Пусть дорога и ветер всегда будут к тебе благосклонны, — это уже чистый экспромт, потому как чую, что муж где-то близко.

Слава громогласно хохочет. Встряхивает меня, хлопает по плечу, прижимает к груди.

— Будь счастлива, детка! Ты этого достойна.

Ещё раз обнимаемся и я, с держателем для кофе в одной руке и с едой — в другой, выплываю на улицу. Встряхнувшись, бодро топаю к нашему «Тахо». В душе царит мир. Мне кажется, то, что я вновь встретила Славу — знак.

Прошлое осталось за спиной: в тумане, в воспоминаниях, фотографиях и видео. Сейчас у меня совсем другая жизнь. Мне пора сбросить оковы боли, горечи, памяти и… жить.

Пристроив свою ношу на столик в беседке рядом с парковкой, гуляю вокруг, тянусь и стараюсь размять организм.

Жёсткие, бескомпромиссные, родные объятья возвращают меня в реальность из мира грёз.

— Милая, а что это было? — Тёма, натурально, рычит.

Ну, вполне ожидаемо. Хорошо же.

— Помнишь, я рассказывала тебе, как чуть не убилась, уснув за рулём? Ты ещё Принцессу таёжную тогда обихаживал, — а что вы хотите? Лучшая защита.

— Конфетка, я сильно не в настроении наблюдать, как тебя радостно тискает какой-то левый мужик!

— Это не левый мужик. Это Слава. Он меня спас тогда. Я очень ему благодарна.

Тёма хмурится, сопит, но прижимает меня к себе всё сильнее.

— Уля, милая, прости.

Ух ты. Опять угрызаемся?

— Тёма, мы это пережили. Пережили же, правда?

— Да, Сокровище моё! Мы прожили и осознали наши заблуждения, а теперь счастливы вместе до скончания времён.

— У меня такое чувство, что ты читал любовные романы и «Сильмариллион», милый.

— Эх, Уля, с тобой я читаю и узнаю настолько неожиданные вещи, что слов цензурных просто нет.

Мы постояли, обнявшись минут десять, потом выпили и съели всё, что я добыть успела. Встряхнулись, взбодрились (кто как) и помчали дальше.

Остаток пути ехали, сбросив с себя расслабленность выходных и широкие довольные улыбки, обсуждая первоочередные вопросы проекта. Так как говорить мне вязание не мешает, то, в процессе обсуждения протокола разногласий к договору поставки канализационных труб и колодцев, я крутила очередную простую корзинку из лиловой пряжи. Вероятно, на обратном пути я её добью. Хоть что-то Львёнку смогу передать на субботней семейной тусовке по поводу Тёминого дня рождения.

Время идёт, жизнь меняется, но что-то остаётся незыблемым. Шуша, чаще всего, звонит внезапно, и, конечно же, с шокирующим новостями. Хорошо, что в этот раз за рулём муж.

— Слушаю тебя, счастливая жительница Средиземноморского побережья, — да, я готовилась.

— Шпулька, надеюсь, ты там сидишь и не ешь. У меня сногсшибательная новость, если что, я предупредила. Мы с Марко приглашаем ваше семейство на торжество по случаю нашей свадьбы, которое состоится в апреле следующего года на Кипре. Готовьте паспорта и платья. Артём пусть не забудет панамку на свою многомудрую голову. Подробности вышлю вотсапом. А пока удивляйтесь и морально настраивайтесь! Целую и до встречи!

Вот уже перед нами замаячил условно-гостеприимный древний русский город, а я всё ещё сидела, широко раскрыв глаза, и рукой поддерживала отпавшую челюсть. Вот это Шуша зажгла! Это прямо всем новостям новость! Ну, и выездной отпуск к морю всей семьёй внезапно нарисовался, а то мы никак не могли решить — ехать в Тунис летом или на Шри-Ланку зимой. Получается ни вашим, ни нашим, как обычно. Но, да ладно. Теперь вопрос в подарке. Надеюсь, в инструкциях будет и об этом.

А пока — впереди показалось здание городской администрации, пора мне приходить в рабочее состояние из обалдевшего.

Убираем вязание, достаём из закромов наглость, стервозность и пофигизм.

Грядёт очередная эпическая битва с бюрократией и чиновниками. Но участвовать в ней из-за широкой спины любезного супруга, прикрываясь резолюцией, добытой в Администрации Президента, можно вполне успешно. Артём, конечно, ржёт надо мной, ибо я заранее запасаюсь аргументами и готовлю альтернативные способы воздействия, но мне так спокойнее. Я привыкла, что у меня всегда есть планы: основной и резервный. И еще один аварийный — на всякий случай.

Я теперь действую, как хочу.

И плевать мне, что скажут или подумают чужие люди.

87. Эпилог. Ульяна. Сентябрь год спустя. Псков. 18+

Чья была идея заночевать в местной гостинице, а не мчать сквозь темень позднего вечера ещё триста километров до дома — теперь и не вспомню.

Нам достаточно быстро попалось нечто камерное, чистенькое и тихое, спасибо навигатору. В нём ещё и ужин подавали, вот это прямо повезло.

— В такой дали от всех столиц, но какой сервис, а, Тём?! — радостно сбросила осточертевшие за день туфли и с восторгом затопала по короткому густому ворсу ковра, покрывавшего весь пол кроме санузла и маленького пятачка у порога.

Артём, повесив куртку на крючок и пристроив на тумбу портфель с документами и ноутом, хмыкнул:

— Ещё бы, это же номер для новобрачных. Самый приличный здесь. Ужин с шампанским и свечами входит в стоимость.

— Ого, в таких местах мы с тобой ещё не жили, да, милый? Хоть и двадцать один год женаты… — настроение в предвкушении долго сна на кровати, а не в машине, было замечательным. Даже хихикалось беззлобно.

— Так поживём ещё, какие наши годы? — муж незаметно нагнал меня на середине комнаты, внезапно подхватил на руки, закружил. Я не думала в этот момент, о том, что толстая. Да и про минувший сложный и утомительный день тоже. Нет. Я хваталась за его шею и плечи и хохотала. А потом мы упали на огромное низкое ложе. Прямо на рассыпанные по белому покрывалу алые и бордовые лепестки роз. И продолжили хохотать уже вместе, отплёвываясь от всего этого романтического великолепия.

И вдруг резко как-то стало не до смеха: стукнулись лбами, зацепились взглядами, сплелись руками и ногами. Жаром плеснуло, как в бане из таза окатило: с головы до пят мгновенно.

Что? Соблазнительное неглиже, свежая и благоухающая после душа кожа? Серьёзно?

Мятый брючный костюм (ладно хоть пиджак в прихожей остался), офисная блуза (за день такое пережила, что ей одна дорога — в стирку). Никаких специальных чарующих и завлекающих аксессуаров. Любимый в парадной рубашке и полуразвязанном галстуке набекрень.

За день сложных переговоров оба по сто раз взмокли, пропылились, а прёт нас, как