Жестокий хозяин - Люси Смоук

Выражение шока, появившееся на его лице, было почти комичным. Его рот открылся для крика, но я отстранился и ударил его кулаком в лицо. Он рухнул ничком на пол — без сознания, с костью, торчащей из того места, где я начисто оторвал ему кисть. Я предупредил его, и это было больше, чем сделали бы другие.

Сразу же на меня были направлены четыре комплекта пистолетов. Пальцы на спусковых крючках. Предохранители сняты. Я застыл и уставился на Джеки. Она, казалось, даже не была сильно обеспокоена тем, что я, вероятно, сделал одного из ее мужчин инвалидом на всю жизнь — потому что у меня не было никаких сомнений в том, что он будет бороться с этой рукой всю оставшуюся жизнь. На самом деле, ее глаза сверкали от скорее восхищение, чем оскорбления.

Я должен был свернуть ей шею, когда она прикасалась ко мне раньше. Еще до того, как кто-либо об этом узнал. Я мог бы это сделать. Я мог бы отнять у нее ее жизнь. Провел бы пальцами по ее бокам, а затем задушил бы ее. Одного небольшого поворота было бы достаточно. Это было бы даже проще, чем сломать тому человеку руку.

— Ты умный человек, Гейвен Бельмонте, — сказала она вместо того, чтобы прокомментировать мои действия. — Но ты здесь в меньшинстве. Я могу приказать своим людям убить тебя одним щелчком пальцев.

— Тогда почему ты этого не делаешь? — нажал я.

Мы вступали на опасную территорию. Каждый из нас бросает вызов другому.

— Потому что, Гейвен, я все еще думаю, что мы можем быть полезны друг другу. Как только о моей младшей сестре позаботятся, тебе больше не на кого будет положиться, кроме меня. Я все еще не замужем, и в отличие от мужчины мне все равно, девственник ты или нет.

Ярость бушевала во мне. Я чувствовал, как напрягаются мои мышцы под тканью костюма.

— Гейвен. — Голос Маттео оттащил меня от края — в буквальном смысле — полной потери контроля. — Нам пора идти.

Джеки снова усмехнулась.

— Да, Гейвен. Послушай своего питомца. Уходи, пока не совершил ошибку, которую не сможешь исправить.

Маттео двинулся вперед, крепко взяв меня за плечо и потянув за собой назад. Один шаг. Два. Три. Четыре пистолета ее охранников были направлены на нас, пока мы пятились к входной двери. Маттео открыл ее и схватил ключи, которые были оставлены на столе вместе с пистолетами.

— Помни, Маттео, — сказала Джеки, когда он потянулся за нашими телефонами, — оставь оружие.

Он промолчал в ответ, но кивнул, сгребая ячейки и засовывая их обе в карман. Я, однако, был слишком погружен в свои мысли, чтобы сделать это. Только когда мы оказались снаружи и за нами закрылись двери, я почувствовал в своих легких глоток свежего воздуха. Это обожгло мне горло.

Убить. Я хотел убить ее, черт возьми. Разрезать ей внутренности, обернуть кишки вокруг горла и наблюдать, как из нее вытекает жизнь. Убийство давным-давно стало образом жизни, но я никогда не хотел наслаждаться им так сильно, как сейчас.

Зазвонил сотовый телефон, и когда мы с Маттео направились к машине, которую оставили припаркованной перед особняком, он вытащил его и ответил.

— Да?

Он остановился, схватил меня и сунул телефон мне в руку, когда я повернулся к нему. –

— Я поведу, — сказал он. — Это тебе.

Стиснув зубы, я выхватил у него телефон и поднес его к уху.

— Надеюсь, это будет что-то, блядь, хорошее, — рявкнул я в трубку. — Что?

— У тебя гребаная проблема.

Я нахмурился, услышав этот голос.

— Адриан? Что, черт возьми, ты имеешь в виду?

— Твоя жена здесь, в Нью-Йорке, и у нее неприятности.

Все становилось все лучше и лучше, черт возьми.

Глава 27

Пробуждение после того, как меня вырубили ударом кулака, не входило в мой список ситуаций, которые я когда-либо хотела бы повторить. Это было все равно что проснуться с жутким похмельем, не испытав ни малейшего удовольствия от предыдущей ночи.

Низкий стон эхом вырвался из моего горла, когда я открыла затуманенные глаза и уставилась на комнату, в которой находилась. Вторглась серая тьма, и мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что жар, окружающий мое лицо и просачивающийся в шею, был мешком у меня на голове. Однако не прошло и двух секунд после того, как я это осознала, как сумка была сорвана — рука при этом схватила несколько прядей моих волос и выдернула их тоже.

Я стиснула зубы и свирепо посмотрела на ответственного за это человека. Тот самый монстр из прошлого. Сука. Это был не Гейвен, и это была не корпорация, которая охотилась за Роном. Дело было вовсе не в Роне. Дело было во мне, а Рон был просто сопутствующим ущербом. Вот и все о моем блестящем деловом послужном списке.

— Привет, сестренка.

Как у настоящей злодейки из какого-нибудь дрянного боевика категории "Б", стук каблуков Джеки, сопровождающий ее голос, которого я не слышала пять лет, заставил мои нервы взвинтиться. Я стиснула зубы и устремила на нее пристальный взгляд, когда она встала передо мной. Кроваво-красные губы, черная подводка для глаз и идеальная прическа — все это вылепила образ моей старшей сестры. Она улыбнулась, ее кожа даже не сморщилась ни на йоту, когда она посмотрела на меня сверху вниз.

Я уставилась на нее в ответ.

— Джеки.

— Добро пожаловать домой, — сказала она. — Даже если это ненадолго, ты должна наслаждаться этим, пока можешь.

— Ты имеешь в виду дом, который ты украла? — беспечно спросила я. — Тот, из-за которого ты убила собственного отца?

Ее улыбка стала жестче.

— Я не украла ничего, чего бы не заслуживала, — отрезала она. — Я была создана для такой жизни, и я сказала тебе, что если ты хочешь выжить в ней, то тебе следует позаботиться о том, чтобы никогда больше не показывать свое лицо. И все же, — она махнула в мою сторону накрашенными красным ногтями, — ты здесь.

— Забыла, что приказала своим людям притащить меня сюда? — спросила я. — Твоя забывчивость всегда удобна. Ты уверена, что не впадаешь в старческий маразм, Джеки?

Я не видела, как раздалась пощечина, но это меня не слишком удивило. Болезненное эхо ее ладони, ударившей меня по щеке, разнеслось по комнате и пронзило мой череп на мгновение, прежде чем мой разум догнал мое тело. Повернув лицо обратно в ее сторону, я облизнула губу. Кровь задержалась