Будь моей парой - Юлианна Клермон

- Прости, малинка, отец иногда бывает слишком настойчив.

Я поймала его взгляд, пытаясь успокоить бешено колотящееся в груди сердце, и отогнала от себя пьянящее чувство, оставшееся от его прикосновений.

- Он прав, - прошептала, ласково проведя ладонью по колючей небритой щеке. - Тебя должны осмотреть. Иди.

Мужчина поймал мою руку и нежно коснулся губами центра ладони, вызывая у меня короткий судорожный вздох.

- Иди, Дамир, - выдохнула, зажмурившись. - Нужно убедиться, что с тобой всё в порядке. А мне тоже нужно сделать ещё пару дел.

- Я быстро схожу и найду тебя, - шепнул он, и я кивнула.

Отступив на шаг, мужчина выпустил меня из объятий и открыл дверь.

- Дамир, тебя ждут, - снова повторил дипломат.

- Знаю, отец.

Едва их шаги стихли в глубине коридора, как я тоже вышла из кабинета, оказавшегося какой-то кладовой, заставленной старыми пыльными приборами.

Пройдя по коридору и свернув за угол, я наткнулась на Леона и молчуна.

- Вот ты где! - воскликнул рыжеволосый, привлекая внимание командира, стоявшего чуть поодаль и беседовавшего с пожилым мужчиной в белом халате и вышивкой на плече "Рант Ла́кер, заведующий".

Вик махнул рукой, подзывая меня.

- Сильва, - сказал мужчина, когда я приблизилась, - Нам всем сегодня досталось, поэтому мы сейчас уедем, а Вам господин Лакер любезно предоставил номер в гостинице при больнице, там можно полноценно отдохнуть и выспаться.

Я перевела взгляд на пожилого доктора.

- Большое спасибо, но я дождусь Дамира.

Внимательно оглядев меня, заведующий осуждающе покачал головой.

- Госпожа Самерс, это не самая лучшая идея, - сказал он. - Вы должны понимать, почти неделю Дамир Ортан провел без еды и подобающего лечения. Регенерация зверя, конечно, мощный инструмент, но она не всемогуща. Организм имеет свои ресурсы, и у Дамира они на исходе. Кроме того, мне уже известно, что произошло в Сарме. Поэтому как медицинский работник и Ваш коллега, я настаиваю: Вам необходимо восстановить силы, а для этого важно обеспечить телу и мозгу полноценный отдых. Я договорился, чтобы Вас покормили в нашей столовой. Еда простая, но питательная и сбалансированная. После этого Вы отправитесь в гостиницу, отдохнёте, а завтра, выспавшись, вернётесь сюда, и мы обсудим дальнейшие действия вместе, в том числе и с Дамиром.

- А господин Ортан? - спросила, слегка растерявшись и переводя взгляд с одного мужчины на другого.

- Господин Ортан - отец Дамира, - понятливо кивнул доктор, - поэтому для родственников у нас предоставляются отдельные гостевые палаты.

- Но неужели для меня у Вас не найдётся гостевой палаты всего на одну ночь? - продолжала настаивать я.

Заведующий развёл руками.

- Сожалею, госпожа Самерс, но я не могу нарушать Устав больницы.

- Тогда я просто подожду Дамира, а потом отправлюсь в гостиницу, - решила уступить я, но снова наткнулась на недовольный взгляд Лакера.

- Думаю, для Вас будет лучше сделать так, как советую я, более опытный в этом плане человек, - не терпящим возвращения тоном произнёс мужчина.

В моей голове что-то щёлкало. Какая-то мысль настойчиво пыталась достучаться до меня. Меня сейчас что, выпроваживают? А ведь так и есть! Доктор всеми силами выставлял меня вон. Но что изменится до завтра, если я останусь здесь, с Дамиром, или где-то рядом с ним?

- Я очень благодарна Вам за... заботу, - холодно протянула, не сводя взгляда с господина Лакера, - но не могу её принять. И если у Вас здесь не нашлось для меня места, то, пожалуй, я подожду Дамира на лавочке. Вот здесь!

Я демонстративно развернулась, прошла к ближайшей скамейке и уселась на неё, закинув ногу на ногу и скрестив на груди руки, всем своим видом выражая, что ни на шаг не сдвинусь с этого места.

- Госпожа Самерс, - недовольно хмыкнул заведующий, - думаю, это не самое лучшее место для отдыха и не самое рациональное решение. Вам следует...

- Что мне следует, я решу сама! - перебила его. - Сначала я поговорю с Дамиром, а потом уже буду решать, что мне делать, где ночевать и как вообще дальше быть. Благодарю Вас за проявленное беспокойство и не смею больше отрывать от не менее важных дел!

Не желая больше разговаривать, я упрямо сжала губы и отвернулась, уперев взгляд в стену напротив.

Что-то тихо пробормотав, господин Лакер развернулся и неспешно ушёл.

Всё это время мой мозг судорожно искал ответ. Почему? Почему он настойчиво пытался избавиться от меня? В чём причина? Может быть, стоит поговорить с господином Ортаном? Может быть, он скажет, что произошло с того момента, как мы прилетели в больницу?

Следующая мысль поразила меня настолько, что вынудила подскочить со скамейки. Я быстро подошла к Вику, о чём-то тихо разговарившем со своей командой.

- Где я могу найти господина Ортана? - и, увидев недоумённый взгляд мужчины, пояснила: - Старшего! Мне необходимо с ним поговорить.

Мужчина задумался буквально на секунду, а потом кивнул и достав переговорное устройство, уточнил местоположение отца Дамира.

- У кабинета рентгена, четвёртый этаж, - сказал он, убирая рацию и поворачиваясь ко мне.

В ответ я лишь коротко кивнула и отправилась на четвертый этаж.

Кажется, я уже знала причину странного отношения к себе, но отказывалась в неё поверить - я должна услышать всё своими ушами.

Ортана я нашла там, где и сказали, - в коридоре около рентгенологического кабинета. Завидев меня, он сразу направился навстречу, коротким приглашающим жестом махнув в сторону одной из дверей. Кажется, это была лаборатория.

Я проследовала за ним, и, как только мы оказались внутри, он аккуратно закрыл дверь, повернув ключ. Просторное помещение было наполнено множеством пробирок и приборов, в воздухе витал запах химии.

Дипломат жестом указал на стул.

- Присаживайтесь, - произнёс он мягко, присев на краешек стола напротив.

Скрестив руки на груди, он чуть склонил голову и улыбнулся.

- Сильва, для начала хочу искренне поблагодарить Вас за спасение моего сына. Кроме того, Вик рассказал мне о странном феномене. То, что случилось в горах - поистине чудо. Такого затишья в расщелине не было никогда. Боги явно хотели нам помочь.

Я кивнула, принимая его слова и не собираясь рассказывать про Манару. Почему-то я больше не верила в мягкость и ласковый тон этого мужчины. Он был добр, пока я была ему нужна, но теперь