Французский садовник - Санта Монтефиоре

— Ты представить себе не можешь, как я рада видеть тебя, Ава! Почти все друзья от меня отвернулись. — Подруги расцеловались. Дейзи благоухала духами «Париж» от Ива Сен-Лорана. — Пойдем попьем кофейку.

— Ты успела как раз вовремя, — добавила Роуми, стоя возле стола. — В пятницу Дейзи уезжает в Южную Африку.

— Насовсем? — спросила Ава.

— Навсегда, — кивнула Дейзи, разливая кофе по чашкам.

— Ох, Дейзи, тебе, наверное, пришлось пережить муки ада.

— Было очень тяжело. Но сколько можно плакать и причитать? Надо быть оптимистом, если не хочешь сойти с ума.

— Как это случилось?

Дейзи устало улыбнулась и покачала головой.

— Я поражена, что ты зашла меня навестить, Ава. Я знаю, твоя мать меня осуждает.

— Долг и всякое такое, — пробормотала Ава, смущенная тем, что до Дейзи дошли слухи. — Мама принадлежит к другому поколению.

— Послушай, не одна она так думает, уверяю тебя. Я совершила непростительный поступок. Влюбилась в другого мужчину. Но я была так несчастна, Ава. От меня осталась одна тень. Я растрачивала жизнь впустую с мужчиной, которого разлюбила, зная, что никогда не буду с тем, кто мне по-настоящему дорог. Любовь сжигала меня изнутри, опустошала. Я была плохой матерью и скверной женой, совершенно никчемной. — Дейзи резким жестом отбросила назад каштановые кудри, и в глазах ее мелькнуло выражение безмерной усталости. — Мы с Майклом жили совсем не так, как вы с Филиппом. Если бы у нас был благополучный брак, такого никогда не случилось бы. Разочарование и неудовлетворенность жизнью — плодородная почва для неверности.

«Одиночество тоже», — хотела добавить Ава, но предпочла промолчать.

— Как вы с ним познакомились? — спросила она.

— Мы ездили в Кейптаун на свадьбу. Это была любовь с первого взгляда. Я долго думала, Ава, решение далось мне нелегко, но, в конце концов, детям лучше расти в доме, наполненном радостью, а не горечью. Знаешь, Ава, у нас никогда не было такой прекрасной усадьбы, как у вас. Мои дети переедут из самого обычного пригородного домика в великолепный загородный особняк, окруженный горами. Это просто сказка. Они будут в восторге. Южная Африка удивительно красива.

— А как же Майкл?

Дейзи опустила глаза.

— Не надо, — жалобно простонала она. — Майкл сможет видеться с детьми во время каникул. Они возьмут лучшее от обеих стран. — Но Дейзи, несомненно, понимала, что это неправда. Ничто не заменит детям отца. Она ссутулилась и как-то сразу постарела. Улыбка слетела с ее лица, и Ава впервые увидела Дейзи без маски.

— Ты делаешь все, что можешь, — мягко проговорила Ава. — Когда разбита скорлупа, яйцо уже не станет целым. Но ты стараешься изо всех сил приготовить вкусный омлет.

Дейзи рассмеялась.

— Надеюсь, ты пришла меня подбодрить. Я делаю все возможное. Господи, я молча глотаю все обвинения и упреки. В каких только смертных грехах меня не подозревают. Послушать их, так я настоящее чудовище: безжалостно бросила детей да еще пытаюсь отсудить у Майкла сотни тысяч. Во-первых, я никогда не бросала детей. Я с самого начала собиралась вернуться за ними, и Майкл об этом знал. Во-вторых, у бедного старины Майкла нет никаких денег, так что я едва ли смогла бы его обобрать.

— Ладно, расскажи, какой он, этот твой южноафриканец?

Прихватив чашки с кофе, Ава и Дейзи вышли в сад. Выдалось прекрасное утро, ярко сияло солнце, молодая нежно-зеленая листва еще блестела от росы.

— Как приняла все это твоя мать?

— Она пытается вести себя как ни в чем не бывало, но, конечно, стыдится. А что ей остается? Она ведь моя мать и должна меня поддерживать. Я сбегу в Южную Африку, а ей придется жить здесь, обороняясь от своих подруг. Ты не поверишь, сколько знакомых уже отвернулись от нас. Причем те, от кого мы меньше всего этого ожидали. — Дейзи пожала плечами. — По крайней мере теперь я знаю, кто мне друг. — Она искоса взглянула на Аву: — Я ведь могу рассчитывать на тебя, правда?

Ава с улыбкой кивнула.

— Да, — твердо заявила она. — Я все понимаю. Любовь всегда приносит с собой массу сложностей. Самый светлый разум может помутиться от страсти. Наступает путаница и неразбериха. Когда шум уляжется, вы с твоим Рупертом обязательно будете счастливы. Ты храбрая женщина. Лично у меня не хватило бы смелости поступить так, как ты. Наверное, в подобных случаях приходится решать, живешь ты для себя или для других, верно?

— Ты никогда не знаешь, как поступишь, пока этого не случилось с тобой.

Ава ехала домой, в душе завидуя подруге. Дейзи получила все, чего хотела, но какой удар пришлось выдержать Майклу? Ава слишком любила Филиппа, чтобы причинить ему такую боль.

Когда она начала понемногу привыкать к жизни без Жан-Поля, Филипп неожиданно объявил, что ему звонил Анри. Ава в этот момент трудилась в огороде, сажала семена вместе с Гектором. Услышав новость, она выпрямилась, сжимая в руке садовый совок. Ее перепачканные в земле лицо и руки казались черными.

— Ну и что сказал Анри? — спросила она, затаив дыхание. «Жан-Поль возвращается?»

На губах Филиппа мелькнула улыбка, он знал, что жене понравятся новости.

— Он пригласил нас приехать в начале мая.

— Приехать? — недоверчиво переспросила Ава.

— Да. Я думал, ты обрадуешься. Мы там прекрасно отдохнем. Тебе понравится Анри, он любопытная личность, а Антуанетта, его жена, такая же страстная садовница, как и ты.

— А как насчет Жан-Поля?

— А что Жан-Поль?

— Когда он вернется?

— Не знаю. Разве он не говорил тебе, как долго собирается пробыть во Франции?

— Нет, — выпалила Ава, вытирая лоб тыльной стороной ладони. — Так значит, он там будет?

— Скорее всего. Я сказал Анри, что мы очень довольны работой его сына. Он многому научился. И еще добавил, что без Жан-Поля мы теперь как без рук — думаю, небольшое преувеличение не повредит.

— А Анри не показалось странным, что Жан-Поль вернулся домой?

— Нет. А что в этом странного?

— Он уехал три недели назад.

— Да ты никак скучаешь по нему? А, Кустик? И эта женщина еще утверждала, что не выдержит с ним и недели.

Ава отвернулась, притворившись, будто следит за работой Гектора.

— Ну, нам бы сейчас не помешала его помощь. В саду полно работы.

— Так что мне сказать Анри?

Ава обвела затуманенным взглядом теплицы, понимая, что стоит на распутье и вся ее судьба, а возможно, и судьба семьи, зависит сейчас от ее ответа. Она вспомнила Дейзи Хоуптон, которую прежде так яростно осуждала. Чем она лучше Дейзи? А потом что-то дрогнуло в ее душе, словно натянулась невидимая струна — веревочка в руках кукловода, — и ноги сами собой переступили незримый порог.