Отпусти меня - Литтмегалина

Ситуация прояснилась, когда Надишь обнаружила записку, просунутую под дверь ее комнатушки. Надишь перечитала записку несколько раз, глазам своим не веря. Обожженный решил отправиться к родственникам, в деревню в двухстах километрах от Радамунда. Везти куда-то человека, который едва оправился после тяжелейшего ожога? Это было странное и глупое решение. Впрочем, все связанное с обожженным было странным и глупым, начиная с его тупого нежелания обратиться за помощью и заканчивая затаенной, но твердой неприязнью, что, как угадывала Надишь, он чувствовал к той, которая оказывала ему помощь.

Надишь почистила зубы, вернулась в свою комнатушку, завела будильник на пять утра и обессиленно рухнула на кровать. Ее сон был так крепок, что походил на смерть. Что ж, хотя бы больше никаких гадких снов.

* * *

Несмотря на тьму — такую кромешную, будто утро не планировалось вовсе, Надишь шагала быстро и решительно. Каблуки ее туфель отбивали дробь, а подол платья раскачивался и бил по щиколоткам. Ясень сказал бы, что она неправа, вмешиваясь в ситуацию, которая должна быть разрешена с помощью полиции, да еще ставя себя саму под угрозу. Джамал сказал бы, что она неправа, потому что лезет в семейное дело. Здравый смысл возмущался: вот же бестолочь, тащится прямо в логово Шарифа, когда тот уже чуть не придушил ее, пытаясь отвадить от его жены! Надишь не знала, как поступить правильно в данной ситуации. Единственное, что она знала наверняка: мужчина, способный схватить одну женщину за шею и приподнять ее, чуть ли не оторвав от земли, не может быть безопасен для другой. Оставлять Ками на его произвол — это просто преступление.

При виде косого домишки Шарифа ее шаг замедлился, а сердечный ритм, напротив, ускорился. Как ни крути, мерзавцу удалось ее запугать. И все же отступиться Надишь не могла. Подойдя к окну, она осторожно заглянула внутрь. В доме горел тусклый свет, но что-либо еще сквозь грязное стекло было рассмотреть сложно. Надишь приложилась к стеклу ухом и прислушалась. Сначала все было тихо… затем до нее донесся странный придушенный звук, и сердце взорвалось у Надишь в груди.

Одна секунда — и она оказалась в доме.

Ками и Шариф были в кровати. Отвернувшись к стене, Шариф крепко спал, посапывая во сне. Ками свесилась с кровати, цепляясь за край и наклонив голову над тазом. Ее отчаянно рвало. Надишь замерла, все еще быстро, панически дыша. Когда спазм закончился, Ками обессиленно уронила голову на подушку и без какого-либо удивления уставилась на Надишь тусклыми, обведенными темными кругами глазами.

— Я умираю, Надишь, — произнесла она хрипло.

— Что случилось? — шепотом спросила Надишь и, пачкая подол, опустилась коленями на грязный пол возле кровати, с нарастающим ужасом рассматривая Ками.

Она выглядела ужасно: грязные волосы слиплись, кожа одрябла, словно Ками стремительно превращалась из шестнадцатилетней девушки в старуху. Просто по тому, как обозначились лицевые кости и запали щеки, Надишь могла видеть, что Ками сильно похудела. Когда Ками выдохнула, с ее губ сорвалось облачко резкого химического запаха. Ацетон.

— Я заболела. Меня все время тошнит. И голова кружится, — Ками с трудом сглотнула густую, вязкую слюну, переполняющую ее рот, и обессиленно прикрыла глаза.

— Как давно это началось?

— Не помню… я думала, что отравилась… стало лучше… а потом еще хуже…

— Ты хоть что-то ешь?

— Вечером удается поесть… но вообще мне уже и не хочется.

Надишь заглянула в таз. Не похоже, что Ками ела что-то существенное накануне.

— Только вот жажда все время мучит… — просипела Ками. — Подашь мне воды?

— Конечно, — Надишь выбрала ту чашку, что почище, и зачерпнула воды из ведра в углу.

Сев на край кровати, она чуть приподняла голову Ками и, наклоняя чашку, помогла ей попить. Ками хватило глотков на десять.

— Опять мутит, — пробормотала она и повернулась набок.

Шариф вдруг всхрапнул и перекатился на спину, отчего Надишь едва не подскочила.

— Уходи, — попросила Ками. — Если он начал вертеться, значит, скоро проснется.

— Я приду вечером, — пообещала Надишь.

— Нет, не приходи, он будет дома. Шариф очень разозлился, когда нашел таблетки. Он сразу догадался, что это ты их мне дала.

— А когда я могу прийти?

Ками не ответила, проваливаясь в сон.

— Ками! Скажи: когда я могу прийти? — Надишь потрясла ее за плечо.

Ками с трудом разлепила глаза.

— Скоро он уедет на заработки. Его не будет неделю или две.

Ее веки снова сомкнулись.

— Когда он уезжает?

— Завтра… послезавтра… не знаю, — Ками уснула.

— Только доживи, — прошептала Надишь.

Когда она вышла из дома, ее всю трясло.

* * *

— Лесь… — Надишь заглянула в его кабинет и, не увидев внутри пациентов, вошла. — Мне нужно обсудить с тобой кое-что.

Нанежа, наводящая порядок в шкафу с медикаментами, так и впилась в Надишь взглядом. Глаза у нее были круглые, большие и выразительные. Так-то привлекательная девушка, не будь она злобной чокнутой дурой.

— Нанежа, ты не могла бы проведать пациентов в палатах? — мягко попросил Лесь.

— Нет, я занята, — возразила Нанежа.

— Тогда так: иди проведай пациентов в палатах, — повторил Лесь уже тверже.

Злобно скривившись, Нанежа захлопнула дверцу шкафа и вышла из кабинета.

— Иногда она начинает утомлять меня, — признался Лесь. — Так что у тебя случилось?

— Моя подруга заболела. Очень серьезно…

Лесь выслушал ее.

— Вызови скорую, — высказал он очевидную мысль.

— Так я спасу ее в краткосрочной перспективе. И угроблю в долгосрочной. Ее муж…

— Можешь не объяснять, — вздохнул Лесь. — Если она не пойдет на поправку, тебе все же придется как-то уговорить ее. Согласие необходимо. Она же не психически больная, опасная для окружающих. Принудительно ее не госпитализируют.

— Но пока этого не случилось… что я могу для нее сделать?

— Для начала требуется понять, что вообще с ней происходит. Такое состояние могло возникнуть по множеству причин: холецистит, гастроэнтерит, панкреатит… или беременность.

— Беременность, — уныло повторила Надишь и ощутила уже привычный холодок в желудке. — Уж лучше гастроэнтерит.

— Почему? Она же замужем.

— Ей всего шестнадцать лет. Бедра как у двенадцатилетней… и мозги как у восьмилетки.

— Юный возраст, астеническое телосложение и половое недоразвитие повышают вероятность развития токсикоза. Первым делом тебе все-таки необходимо исключить или установить беременность… Если хочешь, я выдам тебе экспресс-тест. Его можно провести прямо там, на месте.

— А такие есть? — удивилась Надишь.

— Да. Их начали производить в Роане несколько лет тому назад, но вскоре производство наладили и в Ровенне. Не уверен, что они дошли до местных аптек, но нам, врачам, их поставляют, — Лесь открыл ящик стола и вытащил бело-голубую коробочку — одну из множества таких же.

— И у тебя, педиатра,