Неукротимый огонь - Льюис Сьюзен

Эти слова произвели на Лиззи заметное впечатление.

– Такой настрой мне нравится, – заявила она. – Конечно, если будущее хорошее.

Рианон усмехнулась:

– Гарантировать можно только одно: в этой жизни ничто не гарантировано.

– Значит, никому нельзя верить? – с вызовом спросила Лиззи.

Лицо Рианон опять потемнело, она отвернулась к окну.

– Едва ли стоит об этом спрашивать меня.

Ей стало больно от мысли, как сама она ошиблась, безоглядно доверяя всем подряд.

– Прости, – мягко произнесла Лиззи. – Я не подумала.

Подруги помолчали.

– Оливер опять звонил, – заговорила наконец Рианон. Голос ее звучал ровно и безжизненно, невидящие глаза по-прежнему смотрели в сад.

– Когда?

– Позавчера.

– Что он хотел?

– Встретиться. Он сейчас здесь, в Лондоне.

Лиззи грубо выругалась про себя.

– А Марсия? – резко бросила она. Рианон пожала плечами.

– Наверное, в Нью-Йорке. – Она глубоко вздохнула и закусила губу, словно желая удержать слова, готовые сорваться с языка. – Он говорит, что терпеть ее не может. Не может находиться с ней рядом. Если бы ты ее видела…

– Не важно, как она выглядит, – перебила Лиззи. – Он на ней женат.

– Знаю.

– И что ты ему ответила?

– Нет – как всегда. – Рианон посмотрела в глаза Лиззи. – Но мне было трудно, – добавила она. – Чертовски трудно. Наверное, после всего, что произошло, это кажется нелепым, но это правда. Правда? Господи, да ничего я не знаю. Никак не могу через все это переступить. Я стараюсь, но тут обязательно что-нибудь случается – или приходит письмо на его имя, или я по телевизору вижу кадры, где мы сняты вдвоем, или мне говорят, что кто-то покупает дом или покупает ковер из Марракеша… Можешь себе представить? Мне доставили тот ковер! Свою кредитную карточку я так и не увидела, зато ковер получила! И счет. Я тебе не рассказывала? Счет из отеля пришел сюда. Имя Оливера не упоминается. Там написано: мисс Рианон Эдвардс. Мисс Рианон Эдвардс! Вот и объясни, почему я не могу его ненавидеть? Почему не могу разлюбить человека, который в общем-то является не более чем плодом моего воображения? Казалось, в нем сосредоточилось все, что мне было нужно… Он и был практически всем для меня. Ну не могу я сказать ему: “Нет, я не хочу тебя видеть”. Потому что я хочу видеть его. Я хочу, чтобы ничего этого не было. Хочу, чтобы он оказался тем человеком, каким я его себе представляла. Тем человеком, которого я полюбила и за которого вышла замуж.

Лиззи, за что мне это все? Стараешься хорошо относиться к людям, не обижать их и ждешь такого же отношения в ответ. А что получается? Жизнь бьет тебя под дых, вот что! Мама умерла, когда я была еще совсем ребенком; отец от меня отказался; лучшая подруга увела жениха; муж бросил и женился на другой; программу, которую я создала, у меня отняли. Даже ты не можешь быть со мной искренней до конца, и я не знаю, сколько еще смогу выносить такое положение. И к черту предопределение, к черту всякую философию, даже утешительную. Пойми, мне все равно страшно больно.

Лиззи не замечала слез в глазах подруги, но отлично видела ее ярость и боль.

– Извини, – прошептала она. – Пожалуйста, прости. Я только… Я не собиралась ничего скрывать. Поверь, если бы я знала, как тебе сказать…

– Так скажи! – закричала Рианон. – Произнеси наконец нужные слова. Я чувствую себя так, как будто мир вышвыривает меня. Я уже в панике, Лиззи. В панике!

– Я поеду в Южную Африку, – решилась Лиззи. – Буду жить там с Энди.

Рианон, пораженная в самое сердце, застыла на месте.

– Когда? – только и смогла она прошептать. Потом затрясла головой. – Почему ты ничего не говорила? Я думала… Я думала, он не ответил на твои письма…

– Так и есть. Мы были там в феврале, и после этого я не получила от него ни слова.

Рианон побледнела, ее глаза расширились.

– Тогда я ничего не понимаю.

– В тот раз он спросил меня, не соглашусь ли я переехать к нему. Так что я поеду и, если все пойдет нормально, останусь там.

Некоторое время Рианон молчала, лихорадочно обдумывая услышанное. Потом она спросила:

– А он знает? Он ждет тебя?

– Нет. Устрою ему сюрприз.

– Боже! – воскликнула Рианон. – Не делай этого! Это же безумие…

– Знаю, – перебила ее Лиззи. – Но именно так я собираюсь поступить.

– Послушай, а если у него уже кто-то появился? Ты же тогда…

Лиззи не дала подруге договорить:

– Значит, я буду знать, насколько серьезны были его намерения.

Рианон машинально взъерошила волосы.

– Нет, не может быть, – прошептала она. – Просто не верю, что ты на такое способна.

– Именно поэтому я и не хотела тебе говорить, – устало отозвалась Лиззи. – Не хотелось, чтобы ты подумала, что я драпаю в тот момент, когда…

– Я говорю о тебе, а не о себе! – взорвалась Рианон. – Черт подери, нужно же иметь гордость! Ты провела ночь с мужчиной – и его братом, давай, кстати, не забывать про брата! Они тебя оттрахали, потом ни тот, ни другой не давали о себе знать, и после этого ты собираешься устроить сюрприз и появиться в их доме! Ты хоть помнишь, который из них Энди? Там было темно, ты могла и перепутать…

– Прекрати! – закричала Лиззи. Глаза Рианон пылали яростью.

– Он был первым и единственным мужчиной, с которым ты переспала после смерти Ричарда, – рявкнула она, – и только поэтому решила, что влюблена и готова сыграть роль Джейн для своего Тарзана. Знаешь, что я тебе скажу? Парочка оргазмов – это еще не брак.

– Может быть, ты расскажешь мне, что такое брак, – съязвила Лиззи, – раз у тебя такой большой опыт в этой области?

Рианон вспыхнула. Очередная колкость уже была готова сорваться с языка, но она сдержалась. Сердце все еще колотилось от гнева, и пальцы с силой сжимали подлокотник дивана, но ярость уже ушла. Мысли перепутались, в груди (а может, в мозгу?) что-то сжалось, в памяти всплыли опасения, которые она испытывала в день отъезда из Перлатонги. Сейчас она не смогла бы точно сформулировать, в чем они состояли, но одно помнила твердо: тогда ей подумалось, что в один прекрасный день им суждено сюда вернуться. А внутренний голос нашептывал ей, что лучше бы держаться подальше.

– Извини, – прошептала Лиззи. – Я не права. Прости.

Рианон вздохнула, хотела было ответить и поняла, что не может найти слов.

– Нет, это ты прости, – наконец сказала она. – Мне не стоило так реагировать. Наверное, я была в шоке. – Она пристально посмотрела подруге в глаза. – Ты все обдумала? – спросила она вдруг. – То есть понятно, что обдумала, но… Я-то считала, что жизнь вдали от цивилизации не для тебя, что ты нигде, кроме Лондона, жить не сможешь…