Своенравная наследница - Бертрис Смолл

— И стала графиней, — пробормотал лорд Кембридж.

— Элизабет никогда не стать графиней, — усмехнулась Розамунда. — Но они с шотландцем любят друг друга. И все же она твердит, что не желает выходить за него. Ее живот растет с каждым днем, а она рвет и мечет, потому что ее бросили. Теперь она отказывается видеть его. Но я этого не позволю! Она пойдет к алтарю с Бэном Макколом, и следующий наследник Фрайарсгейта будет носить имя своего отца.

— Согласен, дорогая. Я полностью с тобой согласен, — кивнул лорд Кембридж. — И хотя я счастлив видеть тебя, сейчас неподходящее время для поездок. Неужели ты не могла все это написать мне?

— Мне необходима твоя помощь. Том, — тихо призналась Розамунда.

— Дражайшая кузина, — пробормотал он, — ты знаешь, что я все сделаю для тебя.

— Все? — задорно спросила она.

— Конечно. Все, что…

У Тома вдруг сделался вид затравленного животного.

— Роз-замунда… — пролепетал он.

— Мне нужно, чтобы ты отправился в Шотландию, Том. Мы выезжаем завтра, — объявила она.

— Шотландия?! В это время года? — возмутился он. — Но ведь на дворе такой холод, кузина! Я замерзну и умру…

— Но не раньше, чем вы с Логаном доберетесь до Грейхейвена. Если я отправлю одного Логана, он наверняка вспылит и поссорится с отцом Бэна. А нам необходимо полное содействие Кол и на Хея. Когда Логан узнает о состоянии Элизабет, он может затеять войну с кланом Хеев. А отношение Элизабет ко всему этому только раздует пламя его гнева. Ты должен поехать с моим мужем и сделать все, чтобы Бэн вернулся во Фрайарсгейт и женился на моей дочери. Логану в одиночку не справиться. Ты нужен ему. Нужен мне. Нужен Элизабет. Кроме того, ты был там, когда она завела роман с шотландцем. Только не говори, будто не знаешь, что она вытворяла! Элизабет никак не назовешь скрытной.

— Моя дорогая Розамунда, надеюсь, ты не винишь меня в сомнительном поведении Элизабет? — слегка оскорбился лорд Кембридж. — Твои дочери, как ты прекрасно знаешь, девушки своенравные.

— Ты не ответил на мой вопрос, Том, — усмехнулась Розамунда.

— Отчасти виновата и ты, дорогая. Разве не ты одобрила ее отношения с Бэном? Но не поделилась с Элизабет секретом, как… избежать… э… последствий подобного поведения.

— Не поделилась, — покачала головой Розамунда. — Не верила, что она потащит его в постель до свадьбы! Если бы только я все ей объяснила! Да, я виновата, но и ты не без греха!

— Мы оба желали Элизабет счастья, — признался он. — И, дорогая, она действительно счастлива рядом с шотландцем.

— В таком случае ты поедешь и сделаешь все, как надо, дорогой Том. И обещай, что никогда не пожалеешь о том дне, когда мы стали одной семьей.

— Дорогая, — рассмеялся он, — я почти не помню того времени, когда мы не были вместе. И помнить не желаю. Мы полюбили друг друга с первой встречи, и я не жалею ни о чем. Да, я поеду. Поеду на север в компании твоего красавца мужа и его храбрых соотечественников. Даже несмотря на мерзкую погоду. Мы привезем мастера Маккола и подведем его к алтарю. И все же я благодарю небо за то, что у тебя всего три дочери. Мои силы почти на исходе.

— Спасибо тебе, — рассмеялась Розамунда, послав ему воздушный поцелуй.

— Ты голодна? — спросил он. — Ну, разумеется. Весь день провела в седле. Уилл, покажем моей кузине, как входить в основную часть дома? Я обычно ужинаю вместе с Бэнон и ее семейством, — пояснил лорд Кембридж.

— Думаю, леди Розамунда сохранит вашу тайну, — ухмыльнулся Уилл. — И пора садиться за стол.

Томас встал и взял кузину за руку:

— Пойдем, дорогая девочка. Только еще один человек знает мою тайну. Это Элизабет.

Он увел ее по галерее с остекленными стенами. Казалось, в галерее только один вход. Но Томас дошел до конца, коснулся панели, и в ней открылась маленькая дверца. Они вышли в коридор, и Уилл закрыл за ними дверь. Они оказались в маленьком внутреннем коридоре, который, очевидно, и был потайным ходом.

— Том, ты ужасно умный, — похвалила Розамунда и услышала, как он фыркнул.

Коридор оказался коротким. Пройдя несколько шагов, лорд Кембридж остановился и нажал на маленький незаметный выступ. Тут же открылась вторая дверь, и они ступили в основную часть Оттерли-Хауса.

— Оглянись! — велел он. — Видишь замок? По-моему, он очень хорошо запрятан.

Розамунда внимательно оглядела панель, но ничего не увидела.

— Поразительно, Том! — восхищенно воскликнула она.

— Этот коридор ведет в крыло, которое раньше было моим. Но меня постоянно осаждала семейка Бэнон. Они не оставляли меня в покое. Теперь же они вообще сюда не заглядывают. Да и слуги бывают здесь только затем, чтобы прибраться. Подозреваю, что иногда тут прячется Роберт Невилл. Бедняга! Бэнон — чудесная девочка, но совершенно распустила своих дочерей!

Они вошли в большой зал. Пять дочерей Бэнон, в возрасте от трех до девяти лет, играли в пятнашки…

— Бабушка! — дружно завизжали они при виде Розамунды.

Та раскинула руки, и девочки, смеясь, окружили ее.

— Выходит, матушка знает секрет, а мне не говорят! — проворчала Бэнон.

— Оттерли все еще мой дом, — тихо напомнил Томас.

— О, дядя, я не хотела тебя обидеть! — проговорила Бэнон, — Но ты знаешь, как я ненавижу тайны, а тебе доставляет огромное удовольствие хранить эту тайну.

— Каждый человек имеет право на покой и тишину, дорогая девочка. Когда твои дети вырастут, я обязательно все тебе открою. А пока молю — смирись с моим решением.

Он погладил ее по щеке.

— Ты всегда была моей любимицей, дорогая. Поэтому я сделал тебя своей наследницей. Удовлетворись этим.

— Разве у меня есть выбор? — вздохнула она, беря его под руку. — А теперь расскажи, почему приехала мама.

Он легонько хлопнул по маленькой ручке:

— Противная девчонка! Она сама скажет тебе, если захочет!

Бэнон засмеялась.

Роберт Невилл шагнул вперед, чтобы поздороваться с тещей. Этот невозмутимый человек, очевидно, обожал жену и детей и с радостью предоставлял Бэнон править домом, поскольку это оставляло ему время для чисто мужских занятий.

— Розамунда, какой приятный сюрприз! — воскликнул он, целуя ее руку и кланяясь.

— Спасибо, Роб. Прости, что явилась в Оттерли без предупреждения, но неотложное дело заставило меня искать помощи Тома.

Она повернулась к внучкам, шумно ссорившимся из-за каких-то пустяков.

— Девочки! Немедленно прекратите!

Обычно мягкий голос Розамунды стал резким, и малышки уставились на нее с открытыми ртами.

— Ваше поведение совершенно недопустимо! Кэтрин, ты старшая и обязана следить за сестрами! А вместо этого ты подаешь им дурной пример! Это не годится!