Во власти желания - Стелла Камерон

— Не будем ворошить прошлое, — сказал Струан. — Твоя сестра удачно вышла замуж и родила детей. У нее есть любящий муж, а у тебя скоро появится любящая жена.

— Нет. — Макс покачал головой — Муж Эллы богат и знатен, и она его любит. А леди Гермиона… Она меня абсолютно не интересует.

— Любовь придет со временем. Главное, что она из хорошей семьи.

— Породистая кобылка, — ухмыльнулся Макс. — Вы с матерью пытаетесь сделать из меня настоящего джентльмена.

Но даже женитьба на благородной леди не даст мне титула — Ты приобретешь положение в обществе, мой мальчик, а это уже немало. И если этот брак для тебя — жертва, то на такую жертву стоит пойти.

Макс кивнул и проговорил:

— Я все понял, отец. И забудем об этом разговоре.

— Ты сомневаешься в том, что мы с матерью тебя любим?

— Нет, нисколько не сомневаюсь.

— Значит, ты понимаешь, почему мы хотим, чтобы ты удачно женился?

— Понимаю, но особой радости не испытываю. Леди Гермиона не кажется мне привлекательной.

Струан нахмурился. Он полагал, что сумеет найти с сыном общий язык.

— Она красивая, Макс.

— Да, пожалуй. Но я не любитель подобной красоты.

— И у нее есть титул.

— Разумеется. Это всем известно.

— И она весьма образованная…

— Возможно.

Струан начал терять терпение.

— У тебя есть причины сомневаться в образованности этой дамы?

— Нет, но у меня также нет Причин верить в ее образованность. Нам с ней не доводилось беседовать на отвлеченные Темы.

— Что ж, это дело поправимое. Когда остальные члены Нашей семьи вернутся из Корнуолла, вы с леди Гермионой обвенчаетесь.

— Обычно мужчины сами выбирают себе жен.

Струан ожидал такого поворота.

— Обычно у мужчин из нашего сословия не такое прошлое, как у тебя, — проговорил виконт ровным голосом. — Давай поговорим откровенно, Макс. Ты не из их числа. Ради твоего же блага и нашею общею благополучия ты не должен совершать поступки, привлекающие внимание к твоему… необычному происхождению.

— К тому, что я спросил, которого подобрали на лондонских улицах, ты это хотел сказать? — спросил Макс.

— Ведь существует опасность, что кто-нибудь не воспримет всерьез такого человека, как я? Вам с Арраном это повредит, верно?

— Еще как повредит! — взорвался Струан. — Но этого не случится, потому что ты сделаешь так, как я тебя прошу. Понятно?

— Да, мне все понятно, — ответил Макс. Он снял сюртук и начал расстегивать рубашку. — Иными словами, я не могу обладать той женщиной…

— Не совсем так, — с улыбкой перебил Струан. — Тебе надо набраться терпения. У тебя будет все. Женившись на леди Гермионе, ты укрепишь свое положение в обществе, а потом заводи хотя десяток любовниц — никто тебя не осудит!

Макс сорвал с себя рубашку, не обращая внимания на посыпавшиеся на пол пуговицы. Струан невольно залюбовался его могучим торсом — Макс, когда-то тщедушный мальчик, превратился в красивого мужчину. Впрочем, в последнее время он совсем не заботился о своей внешности, и это очень огорчало Струана.

Раздосадованный этой мыслью, виконт отвернулся к окну.

И вдруг увидел на вершине ближайшего холма одинокого всадника на огромном вороном коне.

— Наш дозорный опять на посту, — проворчал Струан. — Я бы многое отдал, чтобы узнать, кто он такой и что ему нужно.

— Просто человек едет по своим делам, — отозвался Макс. — Он совершенно безобиден.

— Сомневаюсь, — пробормотал виконт. — Нам с Арраном он очень не нравится, но мы никак не можем его перехватить.

— Мне надо умыться, — сказал Макс. — И переодеться.

— Пора тебе завести камердинера, — заметил Струан, отворачиваясь от окна. — Твое стремление самому следить за собой представлялось похвальным, когда ты был моложе, но сейчас…

— Мне не нужен камердинер. Черт возьми, я хочу выпить!

— Так выпей, — сказал Струан. — Что тебе мешает?

— Ничего. Керсти не любит, когда я пью. Она…

Струан вздохнул.

— Вот мы и назвали по имени истинную причину наших разногласий.

— Разногласий? — Макс хохотнул. — Это не просто разногласия, это бедствие! Я пытаюсь подавить свои желания, а Керсти навсегда испортила отношения со своими родителями.

Струан снова встал.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он.

— Они отказались от нее, — Макс прошел в спальню, — и не желают иметь с ней ничего общего, потому что она их опозорила.

— Мы с Арраном знаем, что у них не все ладно.

— Говорю же тебе: родители от нее отказались. Считают, что Керсти сделала свои выбор и ей больше нет места в их доме. Они обвинили ее в… безнравственности, хотя она не совершила ничего предосудительного.

— Они не имеют права!.. — возмутился виконт. Впрочем, он понимал: у Мерсеров есть некоторые основания возмущаться поведением дочери.

Макс налил в кувшин воду и, намылив щеки, принялся сбривать с них щетину. Покончив с бритьем, пробормотал;

— Да, они не имеют права. Пока не имеют…

Струан подал ему полотенце.

— Не трогай эту девушку!

Макс обернулся к отцу. С его волос, лица и груди стекала вода.

— Что ты сказал?

— Я сказал, чтобы ты не трогал Керсти Мерсер.

Макс взял полотенце и начал вытираться.

— Но ты же сам недавно заверил меня, что я, как только женюсь, смогу завести любовницу.

— Но ею не должна стать Керсти Мерсер.

— Это мое дело.

— Арран убьет тебя, если ты скомпрометируешь эту девушку. Да я сам тебя убью!

— Значит, я буду дважды покойник.

— Не смей шутить! Мы уважаем это семейство.

— Они же простолюдины. Как вы можете их уважать?

— Прекрати! И вообще, что на тебя нашло? Ты говорил, что привел эту девушку в замок, потому что она умна и может стать хорошей помощницей, не так ли?

Макс отбросил в сторону полотенце.

— Я привел Керсти в замок, потому что меняле ней влечет.

И вы с дядей Арраном прекрасно об этом знаете.

— Но ты же утверждал…

— Я лгал. Меня влечет к ней так же, как тебя влекло к маме.

— Джастин здесь ни при чем!

— Почему? Потому что она — благородная дама, потому что ее имя не должно звучать, когда речь идет о плотской любви?