Женитьба повесы - Кристина Кук

– Ну, что скажете? – подал голос Литтл-Браун.

– Оставьте меня. – Колин сделал пару неуверенных шагов к окну. Ему требовалось время, чтобы привести мысли в порядок.

Он решит, как ему жить дальше.

– Разумеется, вам нужно время. День, два, но не больше. Мне бы хотелось уладить все как можно быстрее.

– Идите же! – крикнул Колин, указывая гостю на дверь.

Кивнув, Литтл-Браун поставил стакан на стол.

– Надеюсь получить от вас благоприятное известие в ближайшее время.

Отвесив быстрый поклон, Литтл-Браун наконец удалился. Забери его чума! Колин с размаху хлопнул ладонью по стенке буфета. Он назвал Бренну неотесанной дикаркой, а свою дочку сокровищем. Хорошо воспитанная англичанка, как раз такой он всегда представлял свою жену. Все, чего вы хотели, сказал Литтл-Браун. Человек безупречной репутации, богатый, вхожий в лучшие дома Мейфэра. Виконтесса, всеобщая любимица. Да, именно этого он всегда хотел добиться, разве нет? Вероятно, Литтл-Браун прав!

Колин разозлился. Вошел в кабинет, хлопнув дверью. Сунув руки в карманы, принялся расхаживать туда-сюда перед потухшим камином. Вперед-назад, думая лишь о том, что Бренна его бросила. Бросила его! Он умолял ее остаться, а она все равно уехала.

Колин заметил на полу, за письменным столом, прямоугольный предмет, завернутый в коричневую бумагу. Что это такое, черт возьми?

Он нагнулся, чтобы достать загадочный сверток. И нахмурился, заметив собственное имя, написанное на белой карточке, прикрепленной к оберточной бумаге. Аккуратный почерк Джейн. Оторвав карточку от бумаги, Колин осмотрел ее с обеих сторон. Ничего. Он недоуменно пожал плечами. Затем взял предмет в руки, прикидывая его вес. Что-то легкое, похожее на холст. Он водрузил его на стол, не решаясь сорвать оберточную бумагу, как будто она таила в себе роковой секрет.

Потом Колин осторожно потянул бумагу за край. Действительно, под оберткой обнаружился уголок холста. Неужели Джейн купила для него картину? Странно. И откуда у него возникло такое чувство, что сама его судьба висит на волоске с того момента, как он обнаружил этот холст? Одним решительным движением Колин сорвал обертку и ахнул.

Бренна! Он стоял и смотрел, не в силах пошевелиться, чувствуя, как бешено колотится сердце. Ладони взмокли. Изображение было немного размыто – слезы застилали ему глаза. Портрет Бренны, причем прекрасно выполненный. Она сидела, откинувшись на спинку кованой чугунной скамьи, в окружении роз. За ухом девушки красовался темно-синий цветок. В уголках рта угадывалась слабая, загадочная улыбка. Глаза цвета морской волны смотрели сонно, безразлично. Томная, изящная поза! О Боже, как она прекрасна, как чувственна! Куда до нее Онории с ее белокурыми локонами и хорошеньким кукольным личиком. Право, смешно даже сравнивать.

Неотесанная дикарка? Да нет же. Резковатая и порывистая, может быть. Умная. Смелая. Способная на многое – не только на то, чтобы блистать в гостиных. А еще куда более преданная и чувствительная, чем светские дамы и джентльмены, отвернувшиеся от него, поверив слухам. Для кого видимость гораздо важнее сути. Кто не задумываясь мог предать друга или сестру ради собственной выгоды.

Да, он готов признать, что когда-то ему требовалась женщина вроде Онории. Этот тип олицетворял для него все, чего он желал от жизни. Это был Колин из прошлого. Бесшабашный игрок, невоздержанный в крепких напитках, прожигатель жизни. Затем в его жизни появилась Бренна и потрясла самые основы его существования. Ради нее ему захотелось стать лучше, сильнее. Он научился видеть суть.

Колин в благоговении смотрел на картину. Затем поставил ее на каминную полку и отошел на несколько шагов, не отрывая взгляда от лица Бренны. Теперь он точно знал, что готов на все; лишь бы вернуть ее любовь. Не важно, где им придется жить – в Англии или Шотландии, – главное – быть вместе. Тогда он сможет стать именно тем, кем всегда хотел быть.

Глаза застилали слезы, но Колин не стыдился их. Он готов расставить все по местам – причем немедленно. Не завтра, не через две недели. Он начнет исправлять ошибки прямо сейчас. Разумеется, ему поможет Мэндвилл. Когда-то именно Колин помог Мэндвиллу и Люси обрести счастье, теперь Мэндвилл вернет долг.

Колин бросил долгий прощальный взгляд на картину, а затем вышел из кабинета, счастливо улыбаясь. Он начнет с главного. Нужно выкупить это шотландское имение, сколько бы оно ни стоило. Будет нужно – он продаст все, чем владеет. В конце концов он обретет гораздо больше. Она станет ему наградой.

Конечно, никаких гарантий. Ему придется действовать на свой страх и риск. Одному Богу ведомо, примет ли Бренна его или прогонит снова. Но на сей раз, впервые в жизни, он будет действовать смело и решительно, как идущий в бой рыцарь.

Он схватил шляпу и выскочил на улицу, и яркое солнце согревало ему душу. Колин Розмур завоюет любовь прекрасной дамы. Какие могут быть сомнения?

Что же касается Рандолфа Литтл-Брауна с его предложением, то, он может катиться к черту. Пусть прихватит с собой всех светских лицемеров. У него найдется дело поважнее.

По ту сторону шотландской границы.

– О Боже, Гера, смотри, как быстро надвигается буря. Нам лучше укрыться в доме.

Бренна смотрела на небо, по которому неслись темные, зловещие облака. Они заволокли вершину Бен-Невиса. Ночную тьму озарила яркая вспышка молнии. Бренна обхватила себя руками. Сейчас грянет гром.

Стены башни эхом отразили могучий раскат, пол зашатался под ногами. Гера жалобно мяукнула и распласталась по полу, пытаясь спрятаться под юбку хозяйки. Нужно спасаться под крышей. Немедленно. Однако Бренна медлила. Она почувствовала какое-то оживление, словно буря вдохнула в нее свою силу. Как глупо. Она пришла в обсерваторию, чтобы посмотреть на падающие звезды – обычное явление в это время года. Надеялась, что ей повезет, несмотря да плотные облака. А потом буря грянула с такой первобытной яростью, что Бренна, как зачарованная, осталась в башне, открытая навстречу стихии. Лишь небольшой парапет служил ей защитой от неминуемой атаки дождя и ветра.

Новая вспышка. Молния прочертила небо огромной ломаной чертой. Бренна поежилась, покрываясь гусиной кожей. Удар грома последовал незамедлительно. Казалось, от него содрогнулись каменные стены башни. Ее охватил ужас. Следовало вернуться к себе задолго до того, как непогода разыгралась в полную силу. А теперь поздно! Ветер выл, гремя ставнями. Брызги дождя, проникая за парапет, жалили кожу. Бедная Гера прижалась к ногам Бренны и дрожала всем телом. Бренна быстро собрала карты, схватила чернильницу. Скорее бежать вниз по лестнице – теперь, несомненно, мокрой и скользкой.

Снова вспышка! За мгновение до громового раската Бренне показалось – нет, она точно слышала стук копыт. Пока еще далеко, но с каждой минутой все ближе и ближе. Какому идиоту взбрело в голову отправиться на прогулку в такую погоду? Ударил гром, Гера завопила во весь голос. Бренна нагнулась, чтобы взять кошку на руки, уронив при этом и карты, и чернильницу.