Женитьба повесы - Кристина Кук

– Не беспокойся, Балларда в Лондоне уже нет, как и Синклера. Уверен, им придется надолго осесть в деревенской глуши, пока скандал не забудется. Я вот думаю, не могли бы мы жить в Лондоне летом, когда заседает парламент, а остальную часть года проводить в Гленброхе?

– А твое фамильное имение в Эссексе? Гленфилд, кажется?

– Зимой там могут жить Джейн и матушка. Это будет их дом, и совсем недалеко от Люси и Ковингтон-Холла. Мне этот дом не нужен. Мне хорошо тут, в Гленброхе. Наверное, это прекраснейшая земля из всех, что мне довелось увидеть.

– Может быть, ты скоро наденешь килт, нацепишь меховую сумку и усвоишь акцент?

– Может быть, – поддразнил он жену, лукаво блестя глазами. – Меня беспокоят только сквозняки.

Бренна рассмеялась, встала на цыпочки и поцеловала его смеющийся рот.

– Так вот зачем ты привел меня сюда, Колин? Сказать, что хочешь еще раз на мне жениться, здесь, на шотландской земле?

– Именно для этого, – ответил он, запуская руку в карман. – А еще я хочу отдать тебе вот это.

Он протянул ей пергаментный свиток.

– Что это? – спросила Бренна, забирая у него пергамент.

– Разверни и увидишь. Запоздалый свадебный подарок. Мне удалось заполучить его перед самым отъездом из Лондона. Ты сказала, что этот каменный круг – священное для тебя место. Вот я и подумал, что вручу тебе мой дар именно здесь.

Не в силах сдержать любопытства, Бренна сломала печать, развернула свиток и быстро пробежала его глазами.

– Сделка? Не понимаю.

Она посмотрела на мужа. Их взгляды встретились. В глубине его глаз она увидела такую безмерную любовь, что на миг у нее замерло сердце. Он всегда ее любил. Как она могла не знать этого, сомневаться в нем?

– Владение Хэмптона, – сказал Колин, убирая упавшую на лоб прядь волос. – Как объяснил мистер Морей, земля по соседству с Гленброхом, примыкающая к нам с востока. Мне удалось выкупить ее у Гарольда Миффина, и я передаю ее тебе. Это теперь твоя земля.

Бренна расплакалась от счастья.

– Как же тебе удалось?

– Помог Мэндвилл. Так просто Миффин бы с ней не расстался, уж будь уверена. Чертов пройдоха! Как бы то ни было, отныне земля принадлежит тебе. Объединяй свои владения. Думаю, ты сможешь управлять поместьем намного лучше, чем я. В главной усадьбе можно поселить мистера и миссис Кэннан. Сделать управляющими, тогда их гордость не пострадает.

Бренна уже не пыталась скрыть слезы. В последнее время она сделалась очень чувствительной, ей ничего не стоило расплакаться. Она хотела утереть скатившуюся по щеке слезинку, но Колин опередил ее, стер слезу пальцем. Обнял за талию, привлек к себе и поцеловал.

Когда он оторвался от нее, она не могла отдышаться добрых несколько минут.

– Ты почувствовала? – спросил он, озадаченно хмуря брови.

– Что? – спросила Бренна, задыхаясь. Он отошел на шаг от дольмена.

– Могу поклясться, я почувствовал что-то необычное. В камне. Какую-то дрожь, не знаю что...

– Посмотри за камнем. Наверняка там прячется фея, – поддразнила Бренна.

– Очень смешно. Ну ладно, смейся, если хочешь! Но я что-то почувствовал. Клянусь.

– Правда? – Теперь Бренна была совершенно серьезна. – Ты наверняка слышал легенду, связанную с этими камнями.

– Нет. А есть легенда?

– Конечно. Говорят, что жрицы древних пиктов приходили сюда, чтобы зачать ребенка. Они приходили сюда со своими возлюбленными и любили друг друга прямо в центре каменного круга. А потом вставали, – Бренна прикусила нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, – вот сюда, мне кажется. Ты как раз там стоишь.

Бренна улыбнулась, когда Колин отскочил от камня на два шага.

– И если зачатие происходило и камень был тому свидетелем, он дрожал.

– Как странно, – сказал Колин.

– Согласна, но мне кажется еще более странным, что камень задрожал, когда к нему прислонился ты. Неужели ты ждешь ребенка?

Бренна изо всех сил старалась сохранять серьезный вид. Нелегкое дело, особенно потому, что озадаченное выражение его лица почти сводило ее с ума. Она постучала пальцем по его подбородку, как будто обдумывая свое предположение.

– Может быть, когда я опиралась на тебя, а ты, в свою очередь, на камень... – Она покачала головой. – Нет, вряд ли.

Бренна улыбнулась, наблюдая за мужем. Кажется, он начинает понимать истинный смысл ее слов.

Он ахнул и потянулся к ней, положив руку ей на живот.

– Бренна Маклахлан, ты хочешь сказать мне что-то очень важное?

– Для тебя – леди Розмур, – возразила Бренна. – Хотя да, конечно, хочу. Я имею в виду, родить ребенка. Это будет сын, если маятник говорит правду.

Никогда раньше не видела Бренна мужа таким счастливым. Она даже не знала, что он умеет так радоваться!

– Спасибо, Бренна, – только и сумел он сказать, сам не свой от восторга. Потом Колин опустился перед ней на колени, прижавшись губами к ее животу. Бренна ерошила ему волосы, и шелковистые пряди скользили между пальцами.

– Это тебе спасибо, любимый, – ответила она. Глаза снова заволокло слезами, будь они неладны.

Колин встал, глядя на нее с любопытством:

– Ты слышала? Куда-то пропал твой акцент.

– Разве? Я не заметила. Кажется, вы сошли с ума, мистер Колин Розмур. Как я говорила, так и говорю.

– Стоило сделать тебя виконтессой, и ты уже выражаешься, как англичанка. Нет, так не пойдет. Я еще не видел, как ты купаешься в горной речке в одной нижней рубашке, а потом греешься на камне, дожидаясь, когда она высохнет. Неужели ты лишишь меня этого удовольствия? Я так долго представлял себе эту картину, что теперь она сводит меня с ума.

– Не думала, что на тебя это так подействовало, – рассмеялась Бренна. – Так и знала – не стоило рассказывать об этом джентльмену.

– А я не джентльмен, – сказал Колин, бросая на землю сюртук. Затем снял жилет, отстегнул подтяжки, развязал галстук.

– Бога ради, что ты делаешь?

– Раздеваюсь, – сказал Колин, пожав плечами. – Думаю, тебе нужно делать то же самое.

Он снял рубашку.

– Я вижу, что ты раздеваешься, Колин. Мне только непонятно зачем.

Боже, он снимает брюки. Бренна испуганно огляделась – не видит ли кто. К счастью, долина была безлюдна и молчалива, лишь птицы весело щебетали, пролетая над их головами.

– Леди Розмур, вам придется раздеться. Я чувствую себя довольно глупо, стоя пред вами в таком виде. Один. Вы же знаете, как я боюсь сквозняков.

Бренна посмотрела на мужа. Он действительно стоял перед ней обнаженный, и полуденное солнце золотило его кожу. И он был возбужден до предела.