Мои красные туфли - Лиана Меррил

Просматривая список деловых предложений, Карли могла с уверенностью сказать, что жизнь вернулась к тому уровню благосостояния, если не счастья, о котором можно было говорить до похищения туфель. Ночные кошмары канули в прошлое, а «ауди» по имени Силвер снова обрел былую безупречность. Не зря Куинн любил говорить: «Ты идешь вверх. Потом вниз. Потом снова вверх. Бог к этому привык». Привыкла и Карли. Она верила, что где-то впереди непременно ждет новая интересная работа.

Эван тоже оказался прав. Карли признала его правоту неохотно, с грустью, вовсе не желая слишком высоко оценивать проницательность этого человека. Но она относилась к себе честно, а потому не могла отрицать правду. Туфли на самом деле были всего лишь магическим успокоительным лекарством, дублером ее собственных талантов и способностей. Раньше казалось гораздо легче довериться наделенным магической силой красным шпилькам, чем себе самой. Теперь же Карли поняла, что готова к встрече с будущим, каким бы оно ни оказалось: хорошим, плохим или поистине ужасным. Чем стоять пассивно, ожидая выигрыша в жизненной лотерее, куда лучше действовать и идти вперед.

Последний заказ от «Тайм-Код» едва не остался незамеченным. На завтрашний вечер Куинн назначил работу над рекламным роликом какого-то фильма — всего один час. Вполне обычное дело, ничего подозрительного, если не считать, что в заявке не указано ни название фильма, ни имя продюсера. Такое тоже случалось, но на сей раз в голове Карли почему-то прозвучал сигнал тревоги. Несмотря на новое прагматичное мировоззрение, вера в силу предчувствий все-таки сохранилась. Некоторые предзнаменования, в частности найденный на крыльце мертвый голубь, могли оказаться судьбоносными, а потому игнорировать их было просто недопустимо. Несмотря на поздний час, Карли набралась смелости и позвонила агенту.

— Надеюсь, вы с хорошими вестями? — раздраженно поинтересовался Куинн.

— Это Карли.

— О!

— О? — Подозрение росло с каждой секундой. — Что это за рекламная запись завтра вечером?

— И ради этого ты звонишь в одиннадцать часов?

— Что это за заказ, Куинн? — настаивала Карли.

— Переработка твоего бесплатного документального фильма.

— Что?

— Я предупреждал, что идея безнадежная, — пробормотал Куинн в сторону кому-то рядом с собой, пока Карли облегчала душу избранными выражениями, которые, как правило, не употребляла.

— Карли, это Глен. — Тот самый «кто-то», кто находился рядом с Куинном, взял трубку.

— Глен, что же, черт возьми, происходит? С какой стати у меня сессия с Эваном?

— Все произошло так, — вежливо пояснил Глен. — Мистер Маклиш позвонил Куинну…

— Он должен был это сделать еще в первый раз! — закричал Куинн в трубку.

— Заткнись, — любезно успокоил Глен партнера. — Видишь ли, Карли, случилось так, что Эвану потребовалась переработка, и он решил, что это лучший способ ее устроить.

— Да уж, — фыркнула Карли. — А кому принадлежит гениальная идея не указывать в заявке имя режиссера?

— Мне, — виновато признался Глен.

— Бесполезно, — одновременно произнесли Карли и Куинн.

— Мне кажется, он просто скучает по тебе, — предположил Глен.

— Прекрасно! — горячо ответила Карли. — Завтра он сможет продолжить это занятие!

— Вы позвонили Эвану Маклишу. Оставьте, пожалуйста, ваше имя и номер телефона, и я при первой же возможности перезвоню.

Би-и-ип!

— Нет, — произнесла Карли.

— Что значит «нет»? — поинтересовался Эван, взяв трубку.

— «Нет» означает просто «нет». Никогда и ни за что.

— Ты не можешь так говорить.

— Что значит, я не могу так говорить? — возмутилась Карли. — Тебе не дано управлять моей жизнью. Хочу и говорю «нет». Ты не вправе мне запретить. Понял? Нет, нет и еще раз нет!

— Но я подал на тебя заявку!

— Ну и что? Я ее отменяю.

— Но ты должна это сделать, Карли, — попытался убедить Эван. — Иначе я просто не смогу закончить работу.

— Какая страшная трагедия, — спокойно заметила Карли.

— Мне казалось, фильм тебе небезразличен.

— Ты прав. Но однажды я предложила тебе посильную помощь, и ты набросился на меня, как на лютого врага. Я не до такой степени влюблена в Арлин Барлоу, чтобы все забыть.

— Но я прошу не об одолжении. На этот раз работа будет оплачена.