В плену экстаза - Элейн Барбьери

Щеки девушки вспыхнули.

— Кем же вы тогда себя считаете, мистер Паттерсон?

— Я бы назвал себя человеком, который стремится помешать тебе совершить ужасную ошибку, человеком, который любит тебя… и намерен доказать тебе, что и ты его любишь.

Люсиль захлопала глазами.

— Я… люблю тебя? Да ты спятил!

— О нет, Люси, ты ошибаешься. Напротив, я весьма благоразумный человек. И ты убедишься в этом, когда наше совместное заточение подойдет к концу. Ты поймешь, что я во всем абсолютно прав.

Ошеломленная словами молодого человека, Люсиль покачала головой и прошептала:

— Он спятил… Конечно же, он спятил…

Пат рассмеялся и сказал:

— Я ненадолго тебя оставлю, но тебе не нужно бежать за мной до двери, Люси. Я знаю, что ты хотела бы немного подкрепиться и переодеться во что-нибудь более удобное. К тому же у твоего платья все еще мокрый подол, разве нет?

Люсиль бросила взгляд на свою юбку и поморщилась. Он все замечает, черт бы его побрал!

— Большая часть твоего багажа распакована, — продолжал Пат. — Вся твоя одежда висит в шкафу. Не хватает только туфель, которые на тебе были. Как ты думаешь, минут тридцать или около того тебе хватит, чтобы подготовиться к обеду? Я попрошу миссис Ганнерсон накрыть к этому времени на стол…

Люсиль мысленно улыбнулась. Значит, они здесь не одни… Что ж, она постарается убедить эту миссис Ганнерсон…

— Нет-нет, Люси, не тешь себя надеждой. Миссис Ганнерсон меня не подведет. Это очень милая пожилая дама. Она отличная стряпуха и прекрасная экономка, но, к сожалению, глухонемая. К тому же она не умеет читать. Я общаюсь с ней на языке жестов.

— На языке жестов?

— Да, в этом отношении у меня большой опыт и…

Люсиль топнула ногой и закричала:

— Заткнись, ублюдок!

Пат весело рассмеялся:

— Люсиль, ты становишься еще очаровательнее, когда злишься.

Девушка молча отвернулась, Пат же направился к двери. Уже взявшись за ручку, он бросил через плечо:

— Через тридцать минут, дорогая, я за тобой приду. — Тут Люсиль все же взглянула на него, и он добавил: — Я уверен, что мы прекрасно проведем время вместе.

В следующую секунду Пат исчез за дверью, и тотчас же в замке повернулся ключ. Сообразив, что ее заперли, Люсиль подбежала к двери и принялась молотить в нее кулаками:

— Паттерсон, не смей запирать меня на замок!

— Через тридцать минут, Люси, — послышалось в ответ.

В салуне «Длинная ветка» звучала музыка и то и дело раздавались взрывы хохота. Надвинув шляпу на лоб и сделав еще один глоток из своего стакана, Билли направилась к столу, за которым играли в фараон. Рэнд, сидевший в дальнем углу, внимательно наблюдал за ней.

Приехав в город, Билли решила, что ей лучше всего последовать за мужчинами, поэтому она и зашла вместе с ними в ближайший салун. Она прекрасно знала, что Рэнд не сводит с нее глаз, и не подавала виду, что ждет удобного момента, чтобы улизнуть. Рэнд встретил их, когда они только въехали в город. Гуртовщики шумно поприветствовали своего босса и, спешившись, о чем-то с ним заговорили. Билли же, стоявшая чуть в стороне, то и дело перехватывала его пристальные взгляды. Последние два месяца она видела его каждый день, но только сейчас поняла: та сила, что влекла ее к нему, ничуть не уменьшилась.

Гладко выбритый, в новом костюме, Рэнд был неотразим. И сейчас он совершенно не походил на ковбоя, скорее на удачливого скототорговца, кем, собственно, и являлся. К тому же он избавился от своего видавшего вида стетсона, и теперь на нем была широкополая черная шляпа; впрочем, она не помешала Билли разглядеть, что его черные волосы аккуратно подстрижены и сияют чистотой. На губах Рэнда играла улыбка, ярко-голубые глаза, казалось, сияли на золотисто-бронзовом от загара лице. И сейчас он улыбался, что случалось в последнее время довольно редко.

Мужчины поговорили еще минуту-другую и прошли мимо, а затем Рэнд показал своим людям, как добраться до платных конюшен, находившихся за железнодорожным полотном. Там они расседлали лошадей и отвели в просторный загон, после чего сдали на хранение оружие — все решили, что так будет лучше. Когда формальности были завершены, Рэнд протянул каждому по двадцать пять долларов золотом и все отправились в салун «Длинная ветка». В салуне босс сразу же заказал всем выпивку и за.нял место рядом с Билли. Поскольку девушка пресекала его попытки завязать разговор, Рэнд решил немного подождать, а пока внимательно наблюдал за ней.

Подойдя к карточному столу, Билли стала за спиной Уилли, но на игре сосредоточиться не могла, так как постоянно чувствовала на себе пристальный взгляд Рэнда. Он следил за ней неотступно, и это ужасно ее нервировало. Внезапно она заметила Джима Стюарта, спускавшегося со второго этажа, и у нее от дурного предчувствия перехватило дыхание. Стюарт обвел взглядом зал и подал знак приятелям, чтобы они подошли к пивной стойке. Билли молча присоединилась к мужчинам, подошел и Рэнд.

Стюарт немного помолчал и, откашлявшись, проговорил:

— Так вот, Рэнд, мы с приятелями Достаточно долго работали на этапах, чтобы знать цену хорошему боссу. Такому, как ты. Но мы заметили, что последнее время тебе что-то не дает покоя… Ты чем-то озабочен.

Заметив, что Рэнд насторожился, Стюарт сделал паузу, потом вновь заговорил:

— И нам показалось, что эта перемена в тебе настала после отъезда из Абилина. Мы очень за тебя переживали, поэтому все как следует обсудили… Так вот, мы пришли к выводу, что все дело… в женщине.

Рэнд нахмурился, но Джим, положив руку ему на плечо, продолжал:

— Видишь ли, парень, мы все когда-то переживали боль из-за неразделенной любви. Поэтому мы и подумали: возможно, хорошенькая рыженькая малютка, встретившаяся тебе в Абилине, стала первым в твоей жизни разочарованием, потому что прежде у тебя были одни только победы.

Билли показалось, что при последних словах Стюарта Рэнд вздохнул с облегчением. И это могло означать лишь одно: он опасался, что ее секрет раскрыт, вернее — их с Рэндом общий секрет.

— Что ж, — мне приятно слышать, что вы, парни, так печетесь о моем благополучии, — ответил Рэнд с усмешкой. — Но мне кажется, что я в состоянии и сам о себе позаботиться.

Джим Стюарт снова откашлялся и, похлопав босса по плечу, заявил:

— Дело в том, Рэнд, что мы хотим помочь тебе в этом вопросе. Мы так решили, потому что уже целый месяц не видели твоей улыбки. К тому же не очень-то приятно иметь с тобой дело, когда ты в дурном настроении.

— Вот как?.. — Рэнд пристально взглянул на Стюарта.

— Да, приятель. Поэтому мы с приятелями и решили тебе помочь. И мы знаем, кто именно тебе поможет.

Рэнд изобразил удивление:

— Кто же это?