Навеки мой - Кэролайн Линден

Мама умерла неделей раньше, и Софи постоянно плакала, страшась смерти папы и желая умереть следом за ним, чтобы уже не разлучаться с родителями. Она никогда не забудет, как он сжал ее руку и попросил больше так не говорить.

«Теперь ты должна жить за нее, – прошептал он растерявшим всю свою бархатную прелесть баритоном. – И за меня. Мейкпис не слишком мягкий человек, но ты сильнее его. Не позволяй ему тебя запугать. Ты – Грэм, и Мейкпис должен обращаться с тобой соответственно».

Софи поджала губы при воспоминании о том, как дед беспрестанно ворчал, что не хочет растить внучку. Он совершил только один хороший поступок, за который Софи была ему благодарна: отослал ее в академию миссис Эптон. Если дядя такой же, как он, Софи прогонит его прочь, несмотря на его вежливость в обращении с Колин. Приготовившись к ссоре, она повернула ручку двери гостиной.

Ожидающий ее мужчина вскинул голову. Он поднялся, и Софи заметила, что он так же высок, как папа, хотя и немного полнее. Только вот он оказался слишком молод, чтобы быть ее дядей. Цвет волос тоже отличался от отцовского, а глаза были папины и смотрели по-доброму. Софи остановилась в нерешительности.

– Миссис Кэмпбелл. – Он отвесил поклон и неуверенно улыбнулся. – Я лорд Мейкпис. И кажется, ваш… дядя.

– Что заставило вас так думать, сэр?

– Вашими родителями были Томас Грэм из Линкольншира и Сесилия? – спросил он, а потом извиняющимся тоном добавил: – Сесилия была француженкой, и я, к сожалению, забыл ее фамилию.

Софи вдруг стало трудно дышать. Он знал ее родителей.

– Да, – сказала она.

Лицо посетителя осветила улыбка.

– Значит, я ваш дядя. Я понял это, едва увидел вас! У вас взгляд Томаса. Сесилию я видел лишь однажды, но вы унаследовали ее цвет волос.

– Почему вы здесь? – тихо спросила Софи. – Я не общалась с вашей семьей с тех самых пор, как виконт перестал платить за мое обучение в школе.

На лице мужчины отразилось замешательство.

– Да. Мой отец был упрямым. Когда он умер, я обнаружил среди его документов толстую пачку писем от Томаса. Только он не ответил ни на одно из них.

Сердце Софи колотилось так, что готово было вырваться из груди. О чем папа писал своему отцу? И когда он это делал? Ведь он поклялся больше не общаться с Мейкписом до тех пор, пока тот не признает его жену и дочь. Софи предположила, что этого так и не случилось.

– Я этого не знала, – пробормотала она.

Лорд Мейкпис кивнул.

– Они с отцом часто ругались. Мне такое не по душе. Но Томас был мне хорошим братом. Я знал, что у него есть ребенок, однако мой отец никогда не говорил о вас. Когда я в очередной раз поинтересовался вашей судьбой, он ответил, что вы учились в школе, но сбежали оттуда. Я приехал узнать, все ли у вас в порядке, мэм. Кроме вас, у меня из родных никого не осталось.

Софи медленно двинулась вперед на подкашивающихся ногах. Этот человек был совсем не таким, как она ожидала. Она указала на диван и опустилась в кресло, когда ее дядя сел.

– Простите меня, сэр, но я почти ничего не знаю о семье своего отца. Я встречалась только с лордом Мейкписом, и встреча эта получилась не слишком теплой. Папа тоже ничего не рассказывал.

– Я совсем не удивлен! Мой отец был ужасным человеком. Джордж унаследовал его характер. А вот мы с Томасом… – Он покачал головой. – Надеюсь, я лучше отца и брата.

Софи ошеломленно посмотрела на дядю. Джордж? Джордж был старшим братом отца, насмехавшимся над ним из-за того, что тот занимался музыкой и отказывался смотреть, как травят собаками медведей в деревне. Софи принялась вспоминать. Все это было так давно, да и отец молчал о своем прошлом. Но кое-что всплыло в памяти.

– Вы Генри! – воскликнула она.

Мужчина горделиво улыбнулся.

– Он самый! Вероятно, Томас что-то говорил обо мне.

– Да. – Сдвинув брови, Софи потерла лоб. Генри был сводным братом отца, моложе его на несколько лет. Папа действительно рассказывал о маленьком мальчике – своем брате. – Это было так давно… Вы держали ручного ежика.

– Верно. Его звали Гумберт, – улыбнулся Генри.

– Вы упали с пони, когда вам было восемь лет, – добавила Софи уже более оживленно, обрадованная, что память ее не подвела. – И сломали ногу! Пока вы целый месяц лежали в постели, папа помогал вам с уроками.

– Пытался, – со смехом подтвердил лорд Мейкпис.

Софи тоже рассмеялась, но потом прижала ладонь ко рту.

– Но что случилось с…

– С моим отцом? С Джорджем? Джордж умер несколько лет назад. Доктор сказал, что его погубил рак. А мой отец скончался вскоре после Рождества. Мне потребовалось некоторое время, чтобы привести дела в порядок, а затем я взялся за поиски мисс Грэм. Я понятия не имел, что вы вышли замуж, – извиняющимся тоном добавил он.

– Вы меня искали? – удивилась Софи.

– Разумеется. – Он уставился в пол. – Я нашел счета за ваше обучение и написал директрисе. Ее звали миссис Эптон. Она хорошо о вас отзывалась и дала мне ваш адрес в Бате. Но вас там уже не было. Лорд Фокс сообщил мне, что его тетка оставила вам немного денег, и я предположил, что вы отправились в Лондон. Мне пришлось нанять специального человека, чтобы навел о вас справки в городе.

Софи стало трудно дышать.

– Зачем?

– Я подумал, мне следует узнать, как вы поживаете, – ответил Генри после паузы. – У меня нет детей. Женой я тоже не обзавелся. Младший сын без перспектив. Отцу очень не понравилось решение Томаса жениться на Сесилии, но и я оказался не лучше. Я написал ему всего несколько раз, юный глупец, и даже не попытался увидеться с ним после того, как он вернулся в Лондон. Решил, что должен помочь дочери Томаса, если она в чем-то нуждается.

Софи покачала головой. Если бы она знала, что у нее есть дядя – добрый дядя, которому она небезразлична, – то ей было бы куда поехать после окончания академии миссис Эптон.

– Я рад, что у вас все хорошо. – Генри потер ладони о колени. – У меня совершенно нет опыта, но, возможно, вы будете мне рады, если я стану иногда вас навещать, чтобы убедиться, что вы по-прежнему ни в чем не нуждаетесь. – Он пожал плечами. – Рассказать о Томасе, если вам интересно. Он был на двенадцать лет старше, но я хорошо его помню. Мне было двенадцать, когда он встретил вашу маму и уехал из дома.

– Да, – прошептала Софи. – Мне бы очень этого хотелось, милорд.

– Дядя Генри.

Софи просияла:

– Да, конечно.

Ей показалось, что ее дядя покраснел. Он сообщил свой адрес в Лондоне, а затем поднялся с дивана, отвесил поклон и взял шляпу. Генри спустился с крыльца, возле которого его ждал красивый конь чалой масти. Софи последовала за ним, все еще ошеломленная неожиданным визитом. Генри уже взялся за поводья, когда ей в голову вдруг пришла мысль.