Беременна от нелюбимого - Арина Вильде

Мне хочется проигнорировать Сергея, но не могу упустить возможность узнать, где сейчас Даня. Слишком уж заманчиво.

— Алло?

— Мил, привет, — хмуро начинает он и тяжело вздыхает. — Ты сейчас где?

— Эм-м, дома. — Оглядываюсь по сторонам и решаю не уточнять, где именно дома.

— Ясно.

Напряженная тишина между нами. Сергей словно не может решиться сказать мне что-то.

— Говори уже. Зачем звонишь? — резко и с неприязнью.

— Это по поводу Дани. Я… я пообещал ему не говорить тебе ничего, но я так не могу, Мил. Я не одобряю его действий и считаю, что ты должна знать правду.

— Даня что, изменяет мне? — в моем голосе проскальзывают истеричные нотки. Только не это. Как же так?

— Изменяет? Нет, конечно. Он тебя, дуру, любит.

— Любит? — переспрашиваю я, а в голосе так и звенит возмущение. — Ага, так любит, что выставил из дома. Ему все равно, Серёжа. Он даже не пишет мне.

— Мил, Даня в больнице, — Безруков так быстро произносит это предложение, что я не успеваю поймать суть.

— Где? Что случилось? Боже, он в аварию попал? Серёжа, не молчи! — Я чувствую, как меня настигает истерика. — Что с Даней? Почему мне никто не сообщил?

— Даня болен, Мила. У него лейкемия, и он запретил всем говорить тебе об этом, чтобы ты не волновалась.

Сергей расстреливает меня одними словами. Автоматная очередь попадает прямо в цель. Мое сердце начинает кровоточить. Разум в шаге от безумия.

Что он только что сказал?

Это, должно быть, недоразумение.

— О господи, — всхлипываю я и прикрываю ладонью рот. Не может быть. Нет. — Это неправда. Ты врешь. Скажи, что ты врешь, прошу, — медленно срываюсь на истерику. Что-то начинает душить изнутри. Перекрывает весь кислород. Мешает сердцу качать кровь.

По ту сторону слышится лишь тяжёлый вздох.

— Ты нужна ему Мила, как бы он ни старался отгородить тебя от всего этого. Ему нужна твоя поддержка. Я заеду сейчас за тобой, и мы поедем ко мне. Здесь и Оля, и Давид, нам всем теперь нужно вместе держаться. А утром отвезу тебя к Даниилу. Только не волнуйся, ладно? Все будет хорошо, он выкарабкается. Выздоровеет. Он сильный мужик.

— Я сейчас хочу. Хочу сейчас увидеть его, пожалуйста, Сереж, — умоляю я, а мысли мечутся с безумной скоростью в голове.

— Клиника уже закрыта для посещений. Завтра утром, Мила. Я позвонил тебе сейчас, чтобы к утру ты взяла себя в руки и к Дане в палату вошла с улыбкой. Жди меня, я уже выезжаю.

— Хорошо, — стираю пальцами слёзы со щёк, — только я не у себя, я в нашем доме. Приехала, а здесь никого нет.

— Тогда еду на Палубную. Ты пока вещи собери с собой. Только без нервов, хорошо? Не заставляй меня жалеть, что пошел против друга и сказал тебе все. Если с ребёнком что-то случится, я себе не прощу этого. Поняла?

— Да, конечно. Я справлюсь. Только быстрее, пожалуйста.

Я отключаюсь, а потом даю слабину. Сажусь прямо на ступеньки, прикрываю ладонью лицо и горько плачу.

Как же так? Как? Почему Даня? Почему мне ничего не сказал? Неужели поэтому кровь из носа так часто шла? Почему не доверился мне? Мы бы вместе что-нибудь придумали. Вместе прошли бы через все. А сейчас что? Я даже не знаю, насколько все серьезно и где он.

— Боженька, пусть с ним хорошо все будет. Обещаю, я стану лучшей женой в мире. И не нужен мне никакой моделинг. И есть буду булки и торты, как Даня и хотел, только пусть поправляется. Я ведь не переживу… не переживу, если его потеряю, — сквозь слёзы шепчу в небо в надежде, что меня услышат сверху. — Я ведь люблю его. Так сильно люблю. Он нужен нам с малышкой…