Цена наслаждения - Конни Мейсон

– Вам никто не помешал во время обыска? – спросила Флер, как только за ними закрылась дверь. – Вы нашли что-нибудь, что указывало бы: наш шпион – именно Дюбуа?

– Я тщательнейшим образом обыскал весь дом и нашел в гостиной сейф, спрятанный за одной из картин.

Флер не смогла скрыть своего возбуждения.

– Вы обнаружили доказательство его вины?

Улыбаясь в ответ на ее волнение, Рид рассматривал ее профиль в мерцающем свете свечей, отмечая чуть вздернутый носик, изящный изгиб шеи и спелые, слегка разомкнутые губы, с нетерпением ожидающие ответа. Ее темные как ночь волосы были уложены в хитроумную высокую прическу, а по одному локону спускалось вдоль шеи к плечам. Кожа ее казалась такой нежной, светящейся, что ее так и хотелось попробовать губами на вкус. Пальцы его свело судорогой от нестерпимого желания прикоснуться к этой женщине.

Когда их взгляды встретились, он почувствовал, что теряет контроль над собой, и ему пришлось приложить неимоверные усилия, чтобы не выказать своих чувств. Ведь он пришел, чтобы обсудить новости, не более того.

– Рид, вы меня не расслышали? Что вы обнаружили в сейфе?

Рид заставил свои мысли вернуться в нужное русло.

– Ничего такого, что помогло бы нашему расследованию. В сейфе были драгоценности, золото и разные мелочи. Ваш потенциальный любовник – обеспеченный мужчина. Похоже, он сумеет достойно вас содержать. И я по собственному опыту знаю, что ваши постельные таланты порадуют его.

Рид знал, что перешел все границы, и потому не удивился, когда Флер размахнулась и влепила ему пощечину. Он хотел Флер и не мог смириться с мыслью, что она будет принадлежать другому.

– Простите, Флер. Я не должен был так говорить.

У него чуть не остановилось сердце, когда он увидел, что в ее глазах блеснули слезы. Он бы отдал все на свете, чтобы забрать свои слова обратно.

Очевидно, Флер решила проигнорировать извинения и сменить тему разговора.

– Должна ли я понять вас в том смысле, что отсутствие улик доказывает: Дюбуа – не тот, кого мы ищем?

– Во всяком случае, теперь его причастность к этому делу кажется менее вероятной.

– Я тоже кое-что узнала сегодня – если вам это интересно, конечно.

Рид навострил уши.

– Чертовски интересно. Надеюсь, это поможет нашему расследованию.

Флер пожала плечами.

– Понимайте информацию как хотите. Дюбуа, Барбо и Дюваль сегодня вечером говорили со мной о Черной Вдове. Похоже, им о ней известно все, кроме ее настоящего имени, и они расспрашивали меня о том, где я находилась после смерти Пьера.

На лбу Рида выступил холодный пот.

– Немедленно откажитесь от участия в расследовании! Вам грозит серьезная опасность. Я завтра же сообщу Портеру о том, что вы вышли из дела.

– Нет! Я буду идти до конца. Даже если моя тайна раскроется, не вижу, какое это имеет значение. Моя деятельность во Франции окончена. Я больше не представляю угрозы для кого бы то ни было.

Рид подошел к окну и уставился в темноту.

– Мы сейчас вернулись в исходную точку. Если этим людям известно о Черной Вдове, любой из них может оказаться французским шпионом.

Он резко развернулся.

– Зачем вы позволили Дюбуа поцеловать вас? Вы к нему неравнодушны?

Флер раздраженно фыркнула.

– Он застал меня врасплох, и я не успела помешать ему.

– Вам понравилось целоваться с ним?

Флер презрительно сморщила носик, и Рид чуть не расхохотался: выражение ее лица было достаточно красноречивым, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять – поцелуй Дюбуа вызвал у нее только отвращение.

– Это совершенно не ваше дело, – заявила Флер.

Рид улыбнулся, демонстрируя соблазнительную ямочку.

– У вас все на лице написано, любимая. Мои поцелуи вам нравятся куда больше.

– Самовлюбленный негодяй! – тут же отреагировала Флер. В два прыжка он оказался возле нее, протянул руку и погладил ее по щеке тыльной стороной кисти. Шелковистость ее кожи чуть не свела его с ума.

– Вам недостает меня, Флер?

– Я…

– Бесполезно, милая: ваши глаза говорят, что недостает. И я по вам тоже скучаю.

– У вас же есть Вайолет.

– Разве?

– Это не имеет значения, Рид. Мы не можем быть вместе.

Черные брови Рида взметнулись.

– Вы действительно так считаете? – К нему неожиданно вернулась серьезность. – Я не шутил, когда говорил, что вы не будете больше участвовать в расследовании. И я уверен: Портер со мной согласится. Возьмите с собой Лизетт и укройтесь в деревне, пока все не закончится.

Флер упрямо вскинула подбородок.

– Я слишком далеко зашла, чтобы все бросить. Пожалуйста, уходите, Рид. Я очень устала.

Уходить ему не хотелось, но он знал: Флер ни за что не согласится на то, чего он так жаждал. Он понимал, что похоть можно удовлетворить и с Вайолет, но сама мысль лечь в постель с этой или любой другой женщиной вызывала у него тошноту. Что, черт возьми, Флер с ним сотворила?

Отослать Рида прочь оказалось чрезвычайно сложно для Флер. «Помоги мне Бог, я ведь так его хочу, – молила Флер. – Сегодня он так красив, а как ему к лицу черный плащ, черные бриджи, черные сапоги и белая рубашка с открытым воротом! Не удивительно, что я не заметила его, когда он прятался в кустах».

Флер не осмелилась взглянуть ему в глаза, слишком хорошо зная, что увидит в них, и не будучи уверенной, что сумеет устоять перед соблазном: их воздействие на нее было сродни колдовству.

– Ну что ж, я уйду, если вы именно этого хотите. – Смысл его слов с трудом проник в сознание сквозь пелену желания, охватившего ее.

Она отстранилась от него, но далеко уйти не смогла: Рид привлек ее к себе и обнял. Бесконечно долгое мгновение он смотрел ей прямо в глаза, а затем наклонился и поцеловал. В отличие от поцелуя Дюбуа, проникновение языка Рида глубоко в ее рот вызвало у нее волну возбуждения. Флер застонала. Внутри у нее все дрожало.

Неожиданно он прервал поцелуй и отстранился. Молча глядя на него, она прижала пальцы к губам.

– Сравни это с поцелуем Дюбуа, – нарочито медленно произнес он. – Не надо меня провожать, я сам найду выход.

Флер не шевелилась, пока не услышала легкий хлопок закрывшейся двери. Будто во сне, она медленно подошла к двери и заперла ее. Поцелуй Рида открыл ей, что между ними ничего не кончено. На самом деле все только начиналось.

До особняка Хантхерстов Рид добрался быстро. Он открыл дверь своим ключом, вошел в дом и запер дверь за собой. В доме царила тишина – все обитатели особняка спали. Он прошел в кабинет, сбросил плащ и налил себе виски в стакан на два пальца. Осушив стакан одним глотком, он налил себе еще одну порцию и тяжело опустился в кресло у камина. Мягкий свет догорающего пламени играл тенями на его резко очерченном лице, отражавшем снедающую его изнутри муку.