Барабаны осени - Диана Гэблдон

— Дорогая, — повернулась ко мне Иокаста с улыбкой. — Присядьте, дитя мое, перекусите. Ночь у вас выдалась беспокойная, да и утро, как вижу, под стать.

Обычно обращение «дитя» звучало для моих ушей то ли забавно, то ли оскорбительно, но сегодня оно странным образом меня утешило. Я благодарно опустилась в кресло. Пока Улисс наливал чай, я все гадала, чем Кэмпбелл успел поделиться с Иокастой — и что он сам вообще знал.

— Как вы себя чувствуете? — поинтересовалась я у Майерса.

Выглядел он на удивление жизнерадостным, учитывая, сколько алкоголя выпил накануне. Цвет кожи был нормальным, а аппетит вполне здоровым, судя по количеству крошек на тарелке рядом.

Майерс радушно кивнул, чавкая, и с усилием сглотнул.

— Поразительно чудесно, мэм, сердечно вас благодарю! Побаливает вот тут, конечно, — он осторожно погладил упомянутое место, — но как чудно вы там сшили! Мистер Улисс подсобил и принес мне зеркало, — пояснил Майерс, качнув головой в некоем благоговении. — Никогда не видел себя с той стороны. Ух сколько у меня там волос, будто папка мой медведем был!

Он от души расхохотался, а Фаркуард Кэмпбелл спрятал улыбку в чашке чая. Улисс отвернулся к подносу, но я успела заметить, как у него дернулся уголок рта.

Иокаста тоже громко рассмеялась, весело сощурив слепые глаза.

— Говорят, что мудрое дитя должно знать своего отца, Джон Куинси. Я вот отлично знала твою мать и могу с уверенностью заявить, что с медведями она не водилась.

Майерс покачал головой.

— Ну, матушка обожала волосатых мужчин. Говорила, с ними на редкость хорошо проводить холодные зимние ночи. — Он с явным удовольствием глянул на поросль на своей груди, видневшуюся в распахнутом вороте рубахи. — Может, оно и правда так. Индианкам, кажется, это тоже по душе… а может, просто в новинку. У их мужиков-то даже на яйцах ничего толком не растет, что уж говорить о заднице.

Мистер Кэмпбелл подавился лепешкой и громко закашлялся, прикрывая рот салфеткой. Тайком улыбнувшись, я сделала большой глоток из чашки. Крепкая и ароматная индийская чайная смесь пришлась как нельзя кстати, несмотря на утреннюю жару. Хотя на лице выступили бисеринки пота, чай приятным теплом оседал в растревоженном желудке. Запах чая избавлял от трупной вони, засевшей в носу, а веселый разговор заставлял забыть о мрачных событиях.

Я с тоской глянула на мягкий каминный коврик. Сейчас бы лечь… С неделю проспала бы, не меньше.

В столовую вошел Джейми, гладко выбритый и расчесанный. Он сменил грязные вещи на темный сюртук и чистую рубашку. Джейми кивнул Кэмпбеллу, ничуть не удивившись его присутствию. Должно быть, еще в коридоре услышал голос.

— Тетушка… — Джейми приветственно поцеловал Иокасту в щеку, а потом улыбнулся Майерсу. — Как ты, друг? Или скорее спрошу: как они?

— Целы и невредимы, — заверил его Майерс и задумчиво потер рукой между ног. — Правда, думаю, еще пару дней я на лошадь не сяду.

— Наверняка, — согласился Джейми. — Тетушка, вы сегодня утром видели Дункана? — повернулся он к Иокасте.

— Я дала ему небольшое поручение, так что он уехал вместе с мальчонкой. — Иокаста с улыбкой стиснула запястье Джейми. — Мистер Иннес — такой замечательный, такой любезный. И вдобавок способный, благоразумный. Беседовать с ним — сплошное удовольствие. Разве ты так не считаешь, племянник?

Джейми с любопытством посмотрел на тетушку и мельком взглянул на Кэмпбелла. Тот попивал чай и якобы внимательно изучал большую картину над каминной полкой.

— Безусловно, — сухо отозвался Джейми. — Дункан — очень полезный человек. И Иэн отправился с ним?

— Да, забрать для меня кое-какую посылочку, — безмятежно сообщила Иокаста. — А Дункан тебе нужен прямо сейчас?

— Нет, — медленно отозвался Джейми. — Подожду.

Иокаста наконец выпустила его рукав из пальцев и потянулась за чашкой. Та, как всегда, стояла наготове.

— Вот и хорошо. Позавтракаешь? И, Фаркуард… еще лепешку?

— О, нет, благодарю. Дела в городе не ждут. — Кэмпбелл поставил чашку на стол и, поднявшись, отвесил Иокасте и мне по поклону. — Всегда к вашим услугам, леди. Мистер Фрейзер, — кивнул он Джейми, а затем вышел из столовой вслед за Улиссом.

Джейми, напротив, сел и потянулся за гренкой.

— Поручение… Тетушка, Дункан ищет рабыню?

— Да. — Иокаста, слегка хмурясь, обратила взор слепых глаз на племянника. — Ты не против? Я знала, что Дункан — твой человек, а дело срочное.

— Что рассказывал Кэмпбелл?

Я догадывалась, о чем думает Джейми. Несгибаемый и прямолинейный, мистер Кэмпбелл, представитель правосудия, который и пальцем не пошевелил, когда мог предотвратить чудовищное линчевание, вряд ли будет участвовать в заговоре, чтобы спасти рабыню, вдобавок незаконно делающую аборты. И все же… может, так он захочет загладить вину за то, что не смог предотвратить?

Иокаста едва заметно пожала изящными плечами. Уголок рта дернулся.

— Я знаю Фаркуарда Кэмпбелла уже двадцать лет, дорогой племянник. И лучше слышу и понимаю то, что он скрывает, чем говорит прямо.

— Не скажу, что мой слух настолько хорош, — подал голос Майерс, который с интересом следил за разговором. — Я-то всего лишь услышал рассказ о бедняжке, что случайно себя убила на лесопилке, когда пыталась избавиться от бремени. Мистер Кэмпбелл сказал, что не знает девчонку.

— То есть она нездешняя, — заметила Иокаста. — Фаркуард знает всех живущих вдоль реки и городских так же отлично, как я своих. Это не чья-то дочь или служанка. — Иокаста поставила чашку на место и со вздохом откинулась на спинку кресла. — Ладно. Поешь-ка, дорогой. Ты, должно быть, умираешь с голоду.

Джейми уставился на тетушку, держа нетронутую гренку. А потом и вовсе уронил ее обратно на блюдо.

— Что-то у меня аппетита нет, тетушка. Подташнивает от мертвых девиц. — Он встал и оттряхнул полы сюртука. — Может, она ничья дочь или слуга, но сейчас она лежит во дворе и над ней вьются мухи. Прежде чем мы ее похороним, я узнаю, как зовут несчастную.

Джейми развернулся на пятках и вышел. Я осушила чашку и с тихим стуком опустила ее на стол.

— Простите, — извиняющимся тоном сказала я. — Я тоже не голодна.

Иокаста не шевельнулась. Выражение ее лица оставалось прежним. Покидая столовую, я заметила, как Майерс аккуратно сцапал последнюю лепешку.

К королевским складам в конце Хэй-стрит мы добрались примерно к полудню. Они стояли неподалеку от города, на северной стороне реки, где обнаружился даже причал для разгрузки товара. Казалось, приставлять туда охрану совершенно незачем — около строения не было ни души. Только желтоватые бабочки, которым нипочем жара и духота, без устали порхали над цветущими кустами.

— А что здесь хранят?

Я с любопытством уставилась