Дорога к твоему сердцу - Дина Сдобберг

когда человек очень долго переживает, волнуется, а потом понимает, что всё разрешилось благополучно. — Попыталась успокоить я подростка. — Ну, то есть любое упоминание о Расиме Тахмирове приводило в бешенство, а тут вдруг сын появился, и вместо того, чтобы предъявить за все дела, все рады, чуть не прыгают? — зло хмыкнул Рамир. — Стесняюсь спросить, а кому предъявлять-то? Ты б подрос, что ли сначала, подкачался там, — отзеркалил его улыбку Тайгир. — Смотри, уже и знает всё. Сам разузнал или кто поделился воспоминаниями? — присоединился к беседе Амиран. — Близкий человек Расима меня узнал, и предупредил, чтобы поосторожнее по улицам ходил. Мол, узнаете, и сдохну, моргнуть не успею. Да и мамины разговоры с тётей слышал. — При этих словах братья переглянулись, а потом Амиран посмотрел на меня. — Вот оно как. — Протянул Тайгир. — При желании о делах своего отца можешь все подробности узнать сам. Там сложность невелика. Я тебе скажу прямо. Он много чего совершил. Но у нас в семье ангелов никогда не водилось. Только Расим совершил совсем уж мерзость. Он предал семью. Отца, всех нас. Скольким своим детям приговор подписал неизвестно. Твоя мама не зря беременность скрыла. На жизнь племянника посягнул. У Расима плечи в братской крови по плечи! Но это не отменяет того, что ты родился таким же Тахмировым, как и мы. Одна кровь, одна порода. И только ты можешь решать, кто ты и как тебе жить с этого момента и дальше. Ты сам можешь сейчас выбрать. Ты Тахмиров, член семьи и ещё одно надёжное плечо для всех нас. Или ты сын своего отца, такой же отщепенец, в родстве с которым и признаваться стыдно? — И чтобы стать семьёй нужно что-то сделать? Доказать, что достоин, да? — нахмурился Рамир. — Ага, поклясться на крови первого убитого врага! — сказал и сам засмеялся Амиран. — Ты чего придумываешь? Опять "близкий человек Расима" наговорил? У семьи всё общее, беды, проблемы, радости, праздники. В семье друг друга защищают, и надёжно прикрывают друг другу спину. Иначе не выжить, понимаешь? — Одинокий волк это только звучит красиво, а на самом деле это смертник. — С какой-то надеждой и одновременно вопросом произнёс Рамир. — Точнее и не скажешь. Это откуда? — уточнил у него Амиран. — Джек Лондон, это из Белого Клыка. — Ответил мальчик. — А мама теперь получается тоже Тахмирова? Её семья тоже будет защищать? — Конечно. Скажем, что была жена. Просто Расим не уважал, в семью не ввёл. Его неуважение к законам никого не удивит, и опровергнуть он не сможет. — Успокоил его Тайгир. — А если не поверят? — переживал за маму Рамир. — Скрывала. Про тебя же не рассказывала? — поддержал брата Амиран. — А ты обещал научить меня играть в монополию! — напомнил Арлан Рамиру. — Всё, дипломат, можешь успокоиться и свою миротворческую миссию закругляй. — Намекнул Амиран, что манёвры сына прекрасно понял. — Пока ваш дом обставляется, поживëте здесь. Диана, за вещами съездишь с охраной. Мансура отправлю. Заодно оглядится там, что это за близкий человек Расима рядом с парнем ошивался. Спорить с Амираном никто не стал. И когда он попросил Тайгира забрать нас "погулять" на пару часов тоже.

По возращению я не увидела сразу нескольких женщин из тех, что помогали по дому. Я задавать вопросов не стала. Слова Амирана о том, что охрана прошерстит все данные и круг общения женщин, работающих в доме, я хорошо помнила. — Ты задумчива. Что опять тревожит мою Нимфу? — спросил Амиран, присаживаясь рядом вечером, когда Диана уехала за вещами, а мальчики играли чуть в стороне. — Те женщины, которые здесь больше не работают… Охрана нашла то, что можно посчитать опасным для тех, кто живёт в этом доме? — Амиран молча кивнул в ответ. — Одну поймали, когда она писала кому-то смс с новостями о Диане. Милана, когда вопрос касается безопасности… — начал объяснять Амиран. — Меня не их судьба волнует. Они знали, где работают, знали, что говорится, чей хлеб едят. Амани я видела, и ту, вторую девушку со шрамом. А эти видимо совсем безголовые, раз решили, что могут в твоём доме после истории с отравлением Арлана, в заговоры играть и пытаться вредить. — Перебила его я. — Меня волнует то, что я спокойно это воспринимаю. Я не чувствую ужаса от мысли, что их может уже не быть в живых, если они пытались угрожать безопасности Арлана. Такое ощущение, что у меня в голове кто-то взял и отключил, казалось бы, незыблемое правило, что чужая жизнь и здоровье неприкосновенны. Зато какая-то дикарка внутри уверена, что дом должен быть надёжным и безопасным, и никто не должен угрожать мне и тем, кто мне дорог в моём доме. А если решился, то сам виноват. И это… Такие мысли не должны появляться, они чудовищны! — Они правильные, очень правильные, Милана! — выражение лица Амирана было трудно описать. Смесь радости, удовольствия и самоуверенности. — И не мучай себя. Просто у тебя появились те, чьи жизни для тебя дороже законов и правил морали. Ты становишься нашей, моё сокровище. Принимаешь нашу жизнь, наши законы. — Меня пугают такие изменения! Я не понимаю, откуда это во мне. Я… Я даже в детстве никогда не дралась и не ругалась. Мне было проще уйти, даже если я была права. — Мне действительно было тяжело осознать эти перемены. — Нимфа! Вот как есть! Светлое и беззащитное существо. — Скалился в улыбке Амиран. — Это проявляется характер. — Почему ты всё время зовёшь меня нимфой? — спросила я. — Не знаю, — явно ушёл от ответа Амиран. — А что? — Ну, насколько помню из мифологии, там почти на каждую находился свой козёл с дудочкой! И почти все истории о них звучат, как жила-была нимфа, а дальше треш и ужас. — Ответила я. — Прям совсем? Без вариантов? — отчего-то замялся Амиран. — Почему, с вариантами. Правда, за пределами возрастного ценза. В общем, ничего хорошего в жизни этих нимф не ждало. — Ответила я. А вот уже перед сном теряться в поисках ответа предстояло мне. — Мам, а ты же теперь наша, да? — спросил Арлан. — А почему ты спрашиваешь? — попыталась уйти я от ответа, понимая, что "наша" это не только об Арлане, но и об его отце. — Да непонятно. Вот сегодня, когда решили про Рамира и его маму, Рамир уточнил, его мама тоже член семьи или нет? И папа сказал, что да, она теперь тоже Тахмирова. — привёл пример Арлан. — А почему тогда ты не Тахмирова? Я видел, у тебя другая фамилия! — Ну, у нас немного другой случай. Сказать, что всё было уже давно, не получится. А просто так