Неукротимая судьба - Вероника Дуглас

Глаза Джексона опустились, их медовый оттенок стал еще глубже, когда его желание затопило мои чувства. Я изучала его губы. Я пробовала их раньше, но, черт возьми, мне захотелось провести по ним языком и попробовать снова.

Он зарычал глубоко и низко мне в ухо, и я задрожала, чувствуя гул его голоса каждой клеточкой своего тела.

— Ты помнишь, что я говорил тебе раньше?

— Нет, — солгала я.

Я помнила все, что он сказал мне перед тем, как мы выпили вино, но у моего тела были другие планы, и, насколько я могла судить, ничто не могло помешать мне получить то, что я хотела.

— Лгунья. — Его клыки высвободились, и он опустил лицо к моей шее, слегка проводя зубами по моей коже. — Ты знаешь, что произойдет, если ты позволишь мне поступать с тобой по-моему?

Я сглотнула и кивнула, помня о том, как близко его резцы были к моему горлу.

— Ты погубишь меня навсегда? Ни один мужчина никогда не сравнится с тобой?

И хотя я знала, что это горькая правда, я бы променяла свою будущую сексуальную жизнь на одну ночь с Джексоном.

Из его горла вырвался хриплый смех, и он посмотрел на меня сверху вниз греховно-восхитительным взглядом.

— О, детка, ты даже не представляешь.

Его пьянящий голос зажег каждое нервное окончание в моем и без того чувствительном теле, но я была пригвождена к дереву, прикована к месту его присутствием.

— И если бы другой мужчина прикоснулся к тебе, — продолжил он, снова опуская голову и касаясь губами моих губ, — я бы вырвал его сердце.

Прежняя Саванна дала бы Джексону по яйцам, но нынешняя Саванна питалась его властным чувством собственности.

Когда я наклонилась вперед и прижалась губами к его губам, он отпустил меня и сделал шаг назад.

— Нам нужно вернуться на вечеринку, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Его голос был напряжен, а кулаки сжаты, но я чувствовала его желание так же сильно, как и свое собственное. Почему он боролся с этим?

— Тогда возвращайся. Я собираюсь поплавать.

Я оттолкнулась от дерева и направилась к водоему, который каким-то образом чувствовала по запаху. Эти волчьи чувства оказались более полезными, чем я себе представляла.

— О чем ты говоришь? — Требовательно спросил Джексон, крадучись по темному лесу позади меня.

— Моя волчица хочет поплавать.

Лгунья, сказала она. Я ненавижу плавать.

Я петляла между деревьями, следуя за бодрящим, свежим ароматом, пока он не стал таким сильным, что я почти почувствовала его вкус. Я продралась сквозь кустарник и улыбнулась. Среди леса был разбит большой бассейн с водой, окруженный аккуратно подстриженной лужайкой.

— Почему ты всегда борешься со мной? — Спросил Джексон, его голос был хриплым от сдерживаемого раздражения.

— Я не собираюсь с тобой драться. Я же сказала тебе, я хочу поплавать.

Отбросив туфли, я сняла рубашку и бросила ее на траву, заметив расстроенное выражение, появившееся на лице Джексона.

— Ты можешь возвращаться к пиру, если это то, чего ты хочешь.

Я медленно расстегнула свои шорты и спустила их с бедер, наклоняясь немного дальше вперед, чем мне было нужно, чтобы вынуть из них ноги.

Ты маленькая потаскушка, — сказала моя волчица.

— Черт, — поперхнулся Джексон. — Ты убиваешь меня, Саванна.

Я повернулась к нему лицом, одетая только в черный кружевной лифчик и трусики. Его тело дрожало от напряжения, и хотя он выглядел так, словно хотел разозлиться, его глаза впитывали каждый дюйм моего тела. Я чувствовала себя сексуальной и желанной.

Я медленно двинулась к нему, пристально глядя, чтобы он понял мои намерения.

— Остановись, пока это не зашло слишком далеко, — прорычал он.

Я провела руками вверх по его груди, наслаждаясь тем, какой твердой она была под моими пальцами.

— Ты хочешь меня, Джексон, а я хочу тебя. Мы оба взрослые люди, так в чем же проблема?

Осторожно я начала расстегивать его разорванную рубашку, пока его грудь не обнажилась полностью. Я практически чувствовала вкус засохшего пота и крови на его коже, и от этого по мне разлился пульсирующий жар, который поселился внизу моего живота. Этот человек был богом среди смертных, и я хотела заявить на него права.

Мой.

Я стянула с его плеч его порванную рубашку и позволила ей упасть на землю. Он вздрогнул, когда я провела пальцами по его груди, следуя сексуальной дорожке волос, которая тянулась от пупка вниз, исчезая под джинсами.

Из его горла вырвался хрип, и его руки схватили меня за талию, удерживая на месте.

— Как только я начну, пути назад не будет. Ты будешь моей. Никто из нас к этому не готов.

Его слова только разожгли пламя, которое разгоралось внутри меня.

— Ты можешь взять меня сегодня вечером. Без всяких условий. — Подмигнув, я расстегнула пуговицу на его джинсах, но он поймал мои руки.

— Ты не понимаешь, Сэви, — хрипло сказал он. — Мой волк собственник. Как только я пересплю с тобой, мне от него никуда не деться.

Гнев и обида расцвели в моей груди. Почему каждый раз, когда мы были близки, Джексон отталкивал меня, заставляя чувствовать, что я была той, кто подвел его к краю?

Ублюдок. Я вырвалась из его хватки и, развернувшись, направилась к бассейну.

Хотя вода была темной, я увидела блеск камней в десяти футах внизу. Я нырнула, позволяя прохладной воде погасить ярость, поднявшуюся в моем сердце из-за того, что меня снова отвергли. Я плавала, пока мои легкие не обожгло, а затем вынырнула.

Я повернулась, чтобы сказать Джексону, какой он засранец, но когда подняла глаза, его уже не было. Рябь коснулась моего лица, когда я зашла в воду, осматривая территорию вокруг бассейна.

Он бросил меня здесь. На самом деле этот ублюдок…

Я вскрикнула от шока, когда мощная сила погрузила меня под воду. Затем сильные руки Джексона обхватили меня и подняли обратно на поверхность.

Я яростно брыкалась, чтобы удержаться на ногах. Мне хотелось ударить его по лицу, но я зашлась в приступе кашля.

Его рука обвилась вокруг моей талии, и он поплыл к отмели, пока я втягивала воздух. Как только я достаточно пришла в себя, чтобы что-то сказать, он развернул меня к себе и прижался своими губами к моим.

Его язык с силой раздвинул мои губы, и я подчинилась, отвечая на его настойчивый поцелуй так, словно это мог быть наш единственный шанс вместе. Наши движения были неистовыми, движимыми потребностью сократить расстояние между нами. Жар разлился у меня между ног, когда