Ради твоей улыбки - Джо Беверли

В это время в дверях появилась мисс Херстмен и, увидев Элинор, засуетилась.

— Ах, как это чудесно! — воскликнула она. — Я не собираюсь спорить с акушеркой или другими местными женщинами, которые говорят, что вы должны лежать на спине. Мне это кажется глупым. Простые женщины выходят в поле через несколько дней после родов. Николас, ваш лакей просил передать вам, что ваша лошадь покашливает. Что ж, — сказала она, глядя ему вслед, — превосходный повод исчезнуть. Ах эти мужчины! Всегда столько волнений о лошадях.

— Надеюсь, кашель у лошади — не слишком это серьезно? — встревожилась Элинор.

— Надеетесь? Возможно, мне следует предложить ей мою микстуру? Никогда не испытывала интереса к этим существам, кроме тех случаев, когда они перевозят меня с места на место.

— А я любила ездить верхом, когда была маленькая, — сказала Элинор. — Но после смерти отца Лайонел продал лошадей, которых мы держали в загородном доме.

Результатом этого высказывания явилось то, что днем мисс Херстмен озадачила Николаса вопросом:

— Лошадь в порядке?

— Да, спасибо. Ложная тревога, дорогая Арабелла.

— Не убегай так поспешно, мальчик. Дай мне что-то сказать, я не очень-то верю в намеки. Чудесно, что ты делаешь Элинор подарки. Кстати, она любит лошадей, даже при том, что ей не часто приходилось ездить на них. И посмей только утверждать после этого, что я совсем бесполезна.

— Напротив. — Николас приподнял ее и поцеловал, заставив пожилую леди трепетать и бормотать что-то невнятное.

Когда он вернулся, его жена сидела за книгой.

— «Уэверли»? Должен заметить, что я не большой любитель Вальтера Скотта.

— По-моему, он писал превосходно, — отозвалась Элинор. Она все еще не могла поверить, что он вернулся… — Арабелла пришла в ужас от одной книги на Лористон-стрит. Она на итальянском, поэтому я не могла прочесть ее.

— Интересно, какая? О да, — Николас вдруг усмехнулся. — Я, кажется, догадываюсь.

— Тогда, может быть, ты расскажешь мне, о чем она?

— Без сомнения. Я даже дам ее тебе, если ты захочешь изучать итальянский.

— Боюсь, это очень скучно, — возразила Элинор, втайне радуясь его реакции.

— Если у тебя есть вкус к эротике, я могу объяснить тебе все подробно на самом хорошем английском.

— К эротике? — переспросила Элинор, хотя по его тону она уже догадалась, о чем идет речь.

В этот момент вошел лорд Мидлторп. У него был такой вид, что Элинор покраснела и оглянулась на мужа. Однако Николас был абсолютно спокоен.

— Ну вот, дорогая, теперь ты шокировала моего друга.

Элинор, поддавшись порыву, протянула ему «Уэверли», подумав при этом, что сюжет книги чем-то напоминает их собственную ситуацию. Вечная тема — двое мужчин и одна женщина…

Николас взял книгу и, расправив страницы, положил на стол.

— Чем вы собираетесь позабавить себя теперь? — поинтересовался Френсис.

Нахмурившись, Николас пробормотал:

— Пистолеты или шпаги?

— Пистолеты, — ответил лорд. — Я стреляю лучше, чем ты.

— Но это такое скучное занятие, — вздохнул хозяин дома, — стрелять в людей.

Элинор и лорд Мидлторп понимающе улыбнулись друг другу.

Николас схватил книгу и опустился на одно колено около софы.

— Прекрасная леди, я должен умереть ради того, чтобы вы улыбнулись? — Он положил книгу на софу, словно Библию на алтарь.

— Вы сошли с ума, — ответила Элинор холодно, подобрав книгу. — Между прочим, я не позволю Френсису убить вас, пока вы не расскажете мне, что же такое эротика.

— О нет! — Николас поднялся и стряхнул пыль с колен, а затем, взглянув на своего друга, добавил:

— Я предоставляю ему эту честь.

— Мне… — Френсис покраснел. — Ты не должен даже упоминать об этом.

— Но ведь не я, а Элинор интересуется подобным предметом, — смеясь, отвечал Николас. — На самом деле я вижу здесь влияние твоей тетушки, которую именно ты послал к Элинор…

В этот момент в дверях появилась сама мисс Херстмен и подозрительно оглядела присутствующих:

— Что за игры вы тут затеяли? У нас был такой тихий, спокойный дом…

Николас взял ее руку и поцеловал.

— Мы просто решили просить вас объяснить Элинор, что такое эротика.

Мисс Херстмен вырвала руку и окинула шутника холодным взглядом.

— По-моему, это всегда входило в обязанности мужа. К тому же я не уверена, что подробное знание так уж необходимо.

Элинор тут же пришла на помощь почтенной леди:

— Френсис, если вы не хотите постоять за мою честь, то защитите по крайней мере честь Арабеллы — она как-никак ваша тетя.

— Интересно что бы делала тетушка, если бы я запер все мои книги на замок? — поинтересовался Николас.

— Взяла бы молоток и разбила замок, а заодно и твою голову, мальчишка, — сурово отозвалась мисс Херстмен. — Обед готов, но я думаю, Элинор лучше поесть в ее комнате — от всех этих глупостей у нее может подняться температура.

Николас снова предложил жене свои услуги, но Элинор настояла, что пойдет сама.

— Я сойду с ума, если не буду двигаться, — объяснила она и попросила Френсиса помочь ей дойти до комнаты.

Пока они поднимались по лестнице, ее провожатый заметил:

— Вы знаете, Элинор, я ваш слуга во всем, но надеюсь, вы еще больше оцените это, когда Николас убьет меня.

Он был смущен открытостью улыбки, которой она одарила его.

— Не убьет, потому что я никогда не прощу ему этого.

— Вы чувствуете свою силу, да? Я предупреждал вас однажды по поводу Николаса. Он хороший актер, и его самообладание невероятно, но не беспредельно. Так вы можете только оттолкнуть его.

Элинор вскинула голову:

— Несколько месяцев он был неизвестно где, так что теперь может потерпеть неделю-другую…

* * *

Мисс Херстмен явно наслаждалась тем, что Николас сопровождал ее в столовую.

— Вы, мужчины, привыкшие иметь дело с женщинами, порой поражаете меня своей глупостью, — заметила она.

— Поэтому, — сказал он весело, — я и решил пофлиртовать с вами.

— Но подобное поведение аморально.

— Без сомнения Предыдущий опыт открыл мне, что это приносит весьма неприятный результат. — На его лице отразилась искренняя печаль, и Арабелле даже захотелось утешить племянника, но все, что она могла сделать, это придерживаться правды.