Начало всех начал - Тина Вальен

– А какие подарки вы нам приготовили?

– Столько ящиков!

Я ответила, что среди этих подарков много художественных и научных фильмов, даже один фильм ужасов!

– Что-то не верится, – захихикали ребята.

– В них очень подробно показывается, как действует на организм человека курение, алкоголь и наркотики. Как мучается сердце, гибнет печень, образовываются язвы в желудке. Это страшно. Уверена, такое не забудется. Единственные фильмы ужасов, которые пойдут всем на пользу.

– Евгения Викторовна, разрешите одну проблему, пожалуйста. Тарас влюбился в Лилю и требует, чтобы и она в него влюбилась. Разве можно влюбиться по требованию?! Мы ему объясняем, а он ей прохода не даёт, дикарь. Ну и что из того, что он самый сильный? Как ему объяснить?

– Может быть юмор поможет?

– Ага. Убей бобра – спаси дерево, – хихикнул Ваня.

– Ты, дорогой, все также срываешь уроки своими приколами?

– Тоже мне проблема! Люблю – не люблю…

Никто не засмеялся, настолько важен для всех был именно этот вопрос. Первая любовь. Сильная и безрассудная. Мне было тяжело держать руку на учащённом пульсе этого чувства, приводить в границы, не теряя доверия и авторитета. До сих пор удивляюсь, как это у меня получалось. Может быть, помогало то, что дети чувствовали и мою утраченную, глубоко спрятанную оскорблённую любовь?

Одного только вопроса я никак не ожидала.

– Евгения Викторовна, все давно хотели узнать, почему вы уехали из Москвы, из такого дома? – неуверенно спросила та же Настя и покраснела.

– И в такую даль!

Все затихли в ожидании. Я помнила Настю ещё малышкой, это она первой подбежала ко мне, когда я впервые вошла в детскую спальню почитать сказку на ночь. Потом меня окружили остальные… Я помню пронзившее меня чувство сострадания, соединившее нас на всю жизнь. Сегодня я могу ответить на этот вопрос.

– Мы были студентами. Не было этого дома, а была только любовь. Потом любовь ушла, как мне показалось, … и я уехала далеко-далеко, чтобы познакомиться с вами.

– А свадьба была?

– И свадьба была, и счастье.

– А муж любил вас всё-таки? И если любил, то почему не искал?

– Любил, строил этот дом и ждал, когда я вернусь, но я надолго задержалась у вас. Тогда он стал искать и нашёл.

– Как в сказке…

– В жизни такие сказки случаются очень редко, поэтому не рубите с плеча, когда покажется, что разлюбили вы, или разлюбили вас.

– Откуда вдруг берётся и куда пропадает вдруг… эта любовь?

– Почитайте, как раньше, стихи…

– Не пора ли всем спать, господа? – спросил Серёжа, который подошёл незаметно, а может быть, давно стоял и слушал наш разговор. Он включил свет, нарушив уютную обстановку, и спросил, – Понравилось у нас в гостях? Будите теперь у себя играть в пейнтбол?

– Всё было здорово! Спасибо! – ответили все хором.

Серёжа улыбнулся. Это была его идея расселить гостей в детском доме у Николая Степановича и обязательно сыграть двумя командами в любимую игру. На все десять дней был заказан и оплачен экскурсионный автобус. «Спасибо» он заслужил.

Уже перед самым сном ко мне подошла Наташа.

– Евгения Викторовна, можно с вами посоветоваться?

– Пойдём в зимний сад, там нам не помешают.

Наташа едва ли не единственная девочка, с которой не было никогда никаких проблем. Мы уселись на скамеечку. Наташа молчала, подбирая слова или смущаясь. Я обняла её.

– Что все-таки случилось?

– Вы знаете, я решила получить высшее образование…

– Конечно. Кому, как не тебе учиться дальше. Ты гордость нашего интерната …

– Боюсь, что не получиться, потому что меня преследует Виктор, говорит, что влюблён, требует выйти за него замуж и никакой учёбы!

– Красивый сильный парень, может быть любовь к тебе заставит и его учиться дальше?

– Он до восьмого класса еле дотянул, вы же знаете – два года просидел в седьмом… Теперь помешан на дзюдо, от тренера не отходит. Тот обещает его устроить в юношескую спортивную школу, а пока он в интернате, нам с Сашей проходу не даёт.

– Ты влюблена в Сашу? Он явно отпора дать не сможет. Ты выбрала самого умного…

– Да, он слабый физически, но сильный внутренне. Мы пока только дружим, вместе мечтаем поступить в университет на одно отделение, вместе готовимся. Он единственный из наших мальчиков, который никогда не обидит девочку. А Виктор обещает его покалечить, если увидит ещё раз рядом со мной. Мы не знаем, как быть. Я боюсь за Сашу… Он не поехал с нами, решил подработать во время каникул на автомойке. Что делать? Не переходить же из-за одного дебила без мозгов в другой интернат?

– Хорошо, что он увлёкся борьбой, работать и учиться он никогда не любил. А с тренером говорила?

– У нас жаловаться не принято. Виктором тренер гордиться и не поверит, что он может устроить любую подлость исподтишка, даже не на территории интерната и без свидетелей. Да и сомневаюсь я в его любви, просто хочет показать всем свою силу, власть. Для всех он герой, победитель, выиграл кубок. Задала я вам задачу? Помните, вы спрашивали про козу, волка и капусту?

– Как я поняла, ты не хочешь поднимать шум по этому поводу, стесняешься.

– И боюсь…

– Не бойся, я найду выход, не упоминая ваши имена. Таких, как Виктор, надо останавливать вовремя, но это теперь не твоя проблема. Может быть, перевести вас с Сашей в Москву? Пока поживёте у нас.

– Нет. Нам и в провинции хватит трудностей, но их легче там преодолеть. У Саши ещё младший братик. Спасибо, Евгения Викторовна за предложение, в родном крае спокойнее. Заберите лучше Витю…

– Для пополнения московского криминала? А других детей не обижает?

– Я же говорю, для всех он защита и опора, благородный рыцарь! Он и представить не может, что мне дороже всех может быть «хиляк-очкарик», как он выражается.

– Саша для меня всегда был интересен, он брал из библиотеки книги, которые даже я не читала. Он многого добьётся в жизни. Хорошо, что вы вместе выбрали свою дорогу. Я помогу.

– Только с вами я решила поделиться. Малышня шепчется с Ириной, а многим не хватает именно вас. Можно ли писать вам письма на электронный адрес? Теперь это возможно, но многие стесняются.

– А я даже обижаться начала, детвора строчит послания, а мои любимцы молчат. Пишите! Вы мне больше, чем родные…

До утра я так и не заснула. Как важно детям, чтобы их выслушали, попытались понять, не осудили. Как дорого их доверие для нас, взрослых.

Утром после завтрака мы проводили их в дальнюю дорогу. Никто не позволил себе заикнуться о помощи устроиться когда-нибудь в столице. Я расплакалась и сказала о том, о чём думала всю ночь: