Повторная помолвка - Кэтрин Джордж

Она постаралась, чтобы ее улыбка и голос ничуть не менялись, когда она оказывалась поблизости от Джона, хотя не сомневалась, что все присутствующие уже сплетничают об этой их встрече и еще долго будут перемывать им косточки. Когда гости родителей стали расходиться, она провожала их до дверей, поэтому в какой-то момент очутилась у выхода наедине с Джоном.

— Передай от меня привет Адаму и сестрам, — холодно сказал он.

— Ты больше не танцуешь?

Он прикрыл глаза:

— Мне от многого пришлось отказаться, Лео.

Включая надежду.

Леони задрожала от налетевшего с улицы порыва ледяного ветра.

— Очень жаль, — вежливо сказала она.

— Правда? — Он пожал плечами. — Знаешь, на мгновение, когда я держал тебя в своих объятиях, я обезумел настолько, что поверил — что-то может измениться.

— Ничего не может измениться, — сказала она с внезапной резкостью. — Как ты можешь строить из себя саму невинность, когда все это время… — Она вдруг замолкла, словно ее силы иссякли. — Да какой в этом смысл? Мы оба знаем, что произошло. Как ты думаешь, почему я так долго держалась подальше от дома?

— Хотел бы я знать! Просвети меня, пожалуйста!

Она бросила на него негодующий взгляд и покачала головой:

— Какой ты хороший актер, Джон Сэвэдж! Ты просто великолепен в роли обиженного жениха… Она широко улыбнулась, увидев родителей, которые, провожая своих последних гостей, направлялись к ним из холла. — Спасибо, что заехал к нам сегодня, — громко сказала она. — Фенни была просто в восторге.

— Я очень рад, — ответил он так же громко и вежливо. — Она прелестный ребенок. — Он обернулся к Тому и Френсис:

— Великолепный праздник! Спасибо за приглашение.

Джон уехал вместе с Андерсонами после обычной церемонии прощания, которая не потребовала от Леони ничего, кроме дежурной улыбки, намертво приклеившейся к ее лицу. Затем она заявила родителям, что слишком устала, чтобы танцевать.

— Тебе вряд ли удастся заснуть, — сказала мама. Музыка будет по меньшей мере до двух часов ночи!

— Ничего! — Леони с ненавистью взглянула на свои туфли на высоких каблуках-шпильках. — По крайней мере я смогу избавиться хоть от этого!

И когда, свернувшись калачиком на груде матрасов, наваленных у стены возле широкой кровати Фенни, Леони размышляла обо всем, что произошло, она убедилась, что, даже если бы в доме царила абсолютная тишина, вряд ли ей удалось бы уснуть.

Увидеть Джона и — больше того — обнаружить, что его прежнее таинственное очарование все еще властно над ней… Нет, разве тут заснешь! Семь долгих лет прошло, с горечью думала она, а боль так же остра, как и в первый момент. В ту роковую весну, когда она отослала Джону обручальное кольцо и спаслась бегством в Италию, ее родители предприняли много отчаянных попыток переубедить дочь, прежде чем согласились принять ее единственное объяснение: она просто передумала. Они сразу же приняли Джона как члена семьи и, очевидно, до сих пор воспринимали его как пострадавшую сторону. Леони в ярости заскрипела зубами. Теперь он оказался в опасной близости, и ситуация представлялась просто невозможной! К тому же, раз она рассказала всем о двухнедельных каникулах в школе, простое бегство назад, во Флоренцию, невозможно. И потом, она не может позволить Джону испортить ее импровизированный отпуск!

— Ты не спишь? — прошептала Джесс, осторожно приоткрывая дверь.

— Шутишь! — Леони села и зажгла лампу.

Джесс плюхнулась рядом с Леони и зевнула.

— Если будешь вставать ночью, смотри не разбуди меня, — сказала Леони.

— Ты и с Роберто такая же деспотичная?

Леони сдержанно улыбнулась:

— Нет, он не дает собой командовать.

Джесс посмотрела на нее.

— Да уж, этот твой Роберто должен быть чем-то из ряда вон выходящим, чтобы ты ради него забыла Джона Сэвэджа.

— Джон — это давнее прошлое, — уклончиво ответила Леони.

— Кого ты хочешь обмануть? — Темные глаза Джесс иронично сверкнули. — Я видела, как вы танцевали в начале вечеринки.

Леони почувствовала, как вся краска бросилась ей в лицо.

— Ты видела?

— Да, потому что я была совсем рядом, позади тебя. Больше никто не заметил, Лео. Но я-то видела…

Ух, это было…

Застонав, Леони уронила голову на колени, потом произнесла:

— Джон решил поставить эксперимент, чтобы доказать мне… И это сработало, черт его возьми! — Леони подняла голову, чувствуя, как ее глаза наполняются слезами. — Это было так унизительно, Джесс. Мое тело все еще отвечает на прикосновения Джона, как бы мозг ни старался затормозить… Впрочем, какое это имеет значение! Вряд ли я увижу его еще…

Джесс нахмурилась:

— Но если после стольких лет Джон тебе все еще нравится, Лео, разве не проще заставить себя забыть о его проступке? Простить и снова быть вместе… Ведь это случилось только однажды, как я понимаю?

— Не надо обманываться, Джесс. Я не вернусь к Джону. Никогда!

— Жалко! — Джесс вздохнула и поднялась, чтобы снять платье. — Только, знаешь, не стоит искушать судьбу, Лео. Никогда не говори «никогда».