Игра - Эль Кеннеди

– Если будешь хорошим мальчиком, то мы позовем тебя в следующий раз.

– Я всегда хороший мальчик, – возражаю я. – Спроси мой член: бедный парень хочет быть плохим, а я ему не разрешаю.

Она смеется.

– Мне кажется, эта сдерживаемая похоть плохо сказывается на твоем здоровье. Вдруг твои яйца взорвутся, и ты умрешь?

Я задумываюсь.

– Наверно, это будет похоже на тысячу оргазмов в одном взрыве, а кто после такого захочет жить? Мне кажется, после того, как ты испытал взрыв в тысячу оргазмов, дальше путь только вниз.

– Это хорошая мысль. – Темные глаза Бренны следят за мной, когда я встаю и направляюсь на кухню, чтобы сполоснуть тарелку.

– Мне надо идти, – говорю я ей, опять заглядывая в гостиную. – Увидимся.

– Куда ты пошел?

– В особняк Теты, это по учебе.

– Ха! Вот тебе и обет целибата.

– Не-а. Этот обет остается нетронутым. Я буду работать с одной телкой над проектом.

– Над проектом, – дразнит она.

– Да, проектом. Мир не крутится вокруг секса, Би.

– Конечно, крутится. – Она похотливо облизывает губы, и во рту у меня пробегают мурашки. Как и по пенису.

Она права. Секс во всем и везде. Девушка просто облизывает губы, а мой мозг уже затягивает в пучину секса.

Пока что я нашел только один способ контролировать свое либидо – марихуана. И даже это я не могу достаточно часто, не считая случайных затяжек на вечеринках. Трава расслабляет меня и сдерживает мои половые импульсы, но в то же время от нее я устаю и замедляюсь во время тренировок. И я уж точно не хочу ставить под угрозу результаты анализов на наркотики в НАСС^[5]. Так что, как и секса, этого мне тоже лучше избегать. Прекрасная у меня жизнь.

– В любом случае потом я встречаюсь с парнями в «У Малоуна», чтобы поиграть в бильярд. Поэтому ложись без меня.

– И даже меня не пригласишь? – Она шутливо надувает губы.

– Не-а, – отвечаю я, не чувствуя ни капли вины. Я живу в зоне с повышенным содержанием эстрогена, поэтому иногда вынужден сбегать от него, хотя бы на один вечер. – Никаких девушек. В этом доме и так их хватает.

– Тебе же самому это нравится. Рупи каждый день готовит тебе обед, Саммер – завтрак, а я постоянно хожу в нижнем белье. Еда и то, на что потом можно подрочить, Дэвенпорт. У тебя мечта, а не жизнь.

– Если бы это была мечта, я бы трахал вас всех каждую ночь. Одновременно.

– Ха! Мечтать не вредно. Иди развлекайся со своим, – Бренна рисует в воздухе кавычки, – проектом.

Я показываю ей средний палец и ухожу. Через пятнадцать минут я уже снова в кампусе паркую свой Лендровер на аллее, где находится Грик Роу^[6]. Сейчас вечер вторника, и везде на удивление тихо. Обычно на Грик Роу всегда проходит что-то типа вечеринки, но сейчас я слышу только тихую музыку из нескольких особняков братства.

Я иду по тропе между рядами цветов, ведущими ко входу в особняк Теты. Почти все окна трехэтажного викторианского здания освещены. Я звоню в дверь, и мне открывает высокая худощавая девушка в спортивных штанах. Она изгибает бровь.

– Чем я могу помочь?

– Я пришел к Деми. – Я приподнимаю плечо, на котором висит рюкзак. – Это по учебе.

Девушка пожимает плечами, поворачивает голову и кричит:

– Деми! Тебя!

Я вхожу в дом, который претерпел сильные изменения с тех пор, как я был тут на выходных. Все чисто, прибрано и пахнет лимоном, и нигде не видно полуголых телочек, пьяных чуваков или пивных луж на паркете. Я слышу эхо от шагов по деревянным ступеням и вижу, как по лестнице спускается та самая девушка с занятия по психологии с чупа-чупсом во рту. Конечно же, я сосредотачиваюсь на ее губах, которые покрыты блеском и красным цветом от леденца. Ее темные волосы собраны в высокий хвост, и она одета в пижамные штаны и тонкую белую майку поверх черного спортивного бюстгальтера.

Она выглядит охренеть как мило, и я с трудом отвожу взгляд от ее тела.

– Привет, – говорит она и оценивающе на меня смотрит.

– Мел, кто звонил в дверь? – кричит кто-то.

Начинается болтовня, и полдюжины девушек вываливаются из кухни в прихожую, резко остановившись при виде меня. Одна из них открыто раздевает меня глазами, в то время как другие чуть более скрытны.

– Хантер Дэвенпорт, – тянет эта девушка. – Боже, вблизи ты выглядишь еще лучше.

Обычно я не смущаюсь в присутствии женщин, но то, что все они стоят там и оценивают меня, охренеть как сбивает с толку.

– Может, ты дашь мне свой номер? – бормочу я Деми.

– Зачем это?

– Чтобы в следующий раз я мог тебе написать, когда приеду сюда, и ты могла тихо увести меня в комнату без всего… этого. – Я показываю на наших зрителей.

– Что такое? Горстка девушек пугает тебя? – Закатив глаза, Деми ведет меня к лестнице.

– Не-а. – Я подмигиваю. – Я за тебя переживаю.

– За меня?

– Ну да. Если я буду продолжать приходить к тебе, в сестринстве все начнут безумно завидовать и плохо к тебе относиться, и в итоге ты потеряешь всех друзей. Ты этого хочешь, Семя?

Она смеется.

– О нет! Ты прав. Теперь ты должен будешь влезать ко мне через окно. Как Ромео. – Она сдвигает чупа-чупс языком к другому углу рта. – Спойлер: Ромео умирает.

Она проводит меня в комнату на втором этаже и закрывает дверь.

Я осматриваю спальню. Стены в ней желтые, а кровать – с четырьмя столбиками, на которых должен развеваться балдахин, но его нет. Покрывало на постели фиолетовое, и на одной подушке лежит плюшевая панда.

Стол Деми ломится от учебников по химии, биологии и математике – название последнего я не могу даже прочитать. Я поднимаю брови. Если все это она будет изучать в одном семестре, то это очень большая загрузка, и я ей совсем не завидую.

Но еще больше меня интересует пробковая доска над столом. Она практически вся покрыта фотографиями, и я подхожу ближе, чтобы их рассмотреть. Хм-м, на них просто куча парней. Есть и парочка девушек, но, похоже, круг общения Деми в основном состоит из лиц мужского пола. На нескольких фотографиях Деми запечатлена с одним и тем же черноволосым парнем. Они встречаются?

– Итак, как мы будем все делать? – спрашиваю я, опуская рюкзак на стул.

– Ну, Эндрюс сказала, что мы должны относиться к этим встречам как к настоящим сеансам психотерапии.

– Ясно. – Я дергаю бровями. – Готова поиграть в доктора?