По - другому - Анна Евдо

Ангелина

Пока я стараюсь собраться и взять себя в руки, слабовольно съезжая на попытки понять, почему же так произошло и неужели я как-то дала Марку повод повести себя со мной так несправедливо и мерзко, Ангелина поднимает весь обширный круг своих знакомых, и в грядущую субботу мы собираемся на осмотр целых четырёх вариантов вторичных однушек. Она категорично отметает рассмотрение комнат в коммуналках и студий, заявляя, что своё жильё должно, в первую очередь, дарить чувство защищённости и пребывания по-своему, без лишних вмешательств посторонних звуков, разделения ванны с соседями или пространства с другими комнатами.

Если Ангелина даёт мне время прийти в себя, то мама засыпает расспросами, на которые мне пока просто не хочется отвечать. Я не могу сказать ей правду, но и выдумывать другую историю нет никаких сил. К тому же, мне достаточно своих переживаний, чтобы нагружать ими родителей и в итоге переживать ещё и за них. Пусть считают, что мы просто охладели друг к другу с Марком и решили разойтись.

Маринка строчит мне сообщения, но и ей мне пока тоже не хочется открывать истинную причину нашего с Марком разрыва. К тому же, она может случайно проговориться моей маме, и тогда причитаниям не будет конца очень и очень долго. Маришка начнёт жалеть меня, а я этого не хочу. Она задаст новую кучу вопросов «как, что и почему», но я не готова обсуждать их в таких подробностях. Наверное, со мной что-то не так, раз я упорно отнекиваюсь от поддержки и утаиваю неприятную изнанку от самых близких людей. Сворачиваю разговоры с мамой, перевожу тему на Маринкины дела, оттягиваю встречу с Аликой. Зато мозолю глаза своей кислой миной Ангелине и с чрезмерным рвением выгуливаю Джекки и утром, и вечером.

Спустя три дня с моего переезда, я как раз захожу после работы в магазин за творогом, когда приходит сообщение от Марка. Я стою в молочном отделе и смотрю на светящееся на экране имя. Осознаю, что так и не удалила его из адресной книги. Почему? Неужели подспудно надеюсь вернуть того Марка, которого, как я думала, я знала в наши полтора года… Нет, того придуманного Марка не было и нет. А настоящий Марк мне точно не нужен. Я борюсь с собой удалить ли сообщение без прочтения, но успеваю выхватить его начало: «Лиза, ты забрала мой…» — и открываю его.

«Лиза, ты забрала мой СНИЛС и зарядку от телефона. Где и когда можем встретиться и обменять их?»

Зарядку я уже купила новую. Мне и в голову не пришло встречаться с ним, чтобы заменить такую мелочь. Но удостоверение — другое дело. Я вспоминаю, что оно находится в файле вместе с моими документами, которые я недавно сканировала и копировала у себя на работе. Я кладу пачку творога обратно в холодильный контейнер, выхожу из магазина, сверяю адрес на уличном указателе и быстро печатаю его в ответном сообщении, сухо и по делу, как и вопрос Марка. Добавляю «через час» и тороплюсь в квартиру к Ангелине.

Её нет дома. Меня встречает радостный собачий лай. Я получаю подтверждение от Марка, что он подъедет, переодеваюсь в мягкий удобный спортивный костюм, нахожу требуемую заламинированную карточку, прицепляю поводок на ошейник возбуждённого Джекки и иду с ним обратно к магазину.

Я разрешаю пёсику побегать под деревьями и справить все свои дела на противоположной стороне от магазина. За пять минут до обозначенного времени на парковочный карман заворачивает машина Марка. Я укорачиваю поводок и перехожу дорогу. Марк замечает меня и неловко улыбается.

— Привет! — его взгляд бегает по мне и останавливается на Джекки, который настороженно смотрит на незнакомого человека.

Я не здороваюсь. В горле ком. Просто достаю из кармана документ и провод и протягиваю Марку. Хочется кинуть их ему под ноги, развернуться и уйти. Но я этого не делаю. Обойдусь без пафосных истерических жестов.

— Лл-ии-зз-аа… — звучит с задвоением.

Я не сразу понимаю, что ко мне обращаются два человека. Марк смотрит за меня, и я тоже оборачиваюсь. Ко мне подходит вышедшая из магазина Ангелина.

— Хорошо, что ты выгуляла Джекки, — она наклоняется и треплет рванувшего к ней пса по голове. — Идём домой?

Марк сглатывает и неуверенно произносит:

— Вообще-то мы не закончили.

Ангелина распрямляется, вручает мне один из объёмных пакетов, который я машинально принимаю, и смотрит на Марка.

— А я уверена, что закончили. Вам лучше уйти, а то вы слишком сильно раздражаете мою собаку.

Словно в подтверждение её слов Джекки издаёт тихое рычание. Ангелина берёт меня под локоть, и мы уходим.

Возле подъезда меня накрывает. Я смеюсь до слёз.

— Представляешь, он напомнил даже про зарядку. Я бы ведь даже СНИЛС новый переоформила, лишь бы не видеться с ним. А он проводки учёл.

Я смотрю на беспокойно виляющего хвостом пса.

— Надеюсь, под раздражённой собакой ты имела в виду не Джекки?

Ангелина улыбается.

— Я имела в виду себя.

Мой смех обрывается так же резко, как и начался. Я выпускаю пакет, который шмякается на землю, и порывисто обнимаю Ангелину.

— Спасибо, — бубню ей в плечо.

Она хлопает меня по спине свободной рукой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Надеюсь, на этом ты поставишь точку. Что бы ни сделал этот парень, он тебя совершенно не достоин.