Маленькая ложь - Слава Доронина

Меня захлестнуло раздражение, смешанное с яростью. Я обхватила себя руками — так мне легче было сохранять контроль над собой.

— Нет, — твердо ответила я, когда немного оправилась от шока. — Ты больше не имеешь права вот так врываться в мою жизнь и диктовать свои условия. Мы в разводе. Ты же говорил, что это не твой ребенок! Кто ты такой, чтобы приходить и говорить сейчас такие слова? Я не поеду с тобой никуда и сына тебе не отдам! — я продолжила уже немного спокойнее, но внутри много чего накопилось, чтобы бросить ему в лицо.

— Твоя вещь? — он протянул мне маленький медальон, смотря снизу вверх непроницаемым взглядом. Кажется, его совсем не трогали мои слова?

Весь дом я перерыла, каждую комнату и укромный уголок, когда заметила его пропажу, но так и не нашла, хотя никогда не расставалась с этой вещью. Резко выхватив вещь из рук Олега, я раскрыла медальон. Внутри лежали темные локоны волос моего сына. В годик я подстригла его наголо, а несколько прядок положила в эту милую вещицу вместе с крошечным снимком. Медальон я носила на шее вместо украшения и очень редко снимала.

— Я ничего не трогал, — сказал он, заметив, как я коснулась пальцами снимка и волос.

Решил, что я специально его обронила, чтобы упростить ему задачу по установлению отцовства? Как бы ни так!

— Я не трогал волосы в медальоне, — будто прочитав мои мысли, сказал Олег. — Пошел немного другим путем. Ваша соседка принесла мне пустышку мальчика. Вчера утром я получил результаты теста. Он мой сын. И в этом сомнений у меня теперь нет. Но есть вопросы.

— Ты уже давно во Владимире? — тихо спросила я, взглянув на него.

— Три дня. Мой водитель приглядывал за вами, пока я был в больнице.

Так значит мне не мерещилось, а на прогулках с сыном, за нами следил человек Олега? А я уж полагала, что у меня развилась паранойя.

— Я никуда не поеду, Олег. Ты не можешь вот так появиться после всего, что было. У меня сейчас другая жизнь и…

— Могу, — резко обрубил меня бывший муж. — Ради ребенка очень даже могу. Я дал себе обещание в детстве, что мои дети не будут расти без отца. Сомневаюсь, что ты об этом забыла, Валерия, — сухим и отстраненным голосом сказал Олег.

Я только сейчас обратила внимание, что выглядел он ничуть ни лучше моего. Под глазами пролегли круги и он все время придерживался рукой за грудь. Наверное он еще полностью не отошёл от аварии. Но мне на это было наплевать.

— Мы с сыном никуда не поедем, Олег. Ты можешь его видеть и общаться с ним. Я не планировала его скрывать от тебя. Так получилось… Что бы в прошлом между нами не случилось, мне необходимо было сообщить тебе, что ты стал отцом, но я этого не сделала.

Олег поднялся на ноги и окинул кухню внимательным взглядом. Затем коротко, слегка хрипло рассмеялся.

— Вижу деньгами ты не воспользовалась? Ремонт здесь не делался черти сколько времени. А та халупа, в которой ты живёшь в Иваново? Мой сын не будет расти в таких условиях. Если не поедешь сейчас, то это всего лишь отсрочка времени, потому что я не привык отступаться от своего.

— Жаль, что я не относилась к числу твоих истинных привязанностей и от своих чувств ко мне ты очень быстро отступился. Ехать в Москву, чтобы жить с Миланой под одной крышей? Такого никогда не будет! Я не буду жить с человеком, к которому у меня больше нет доверия! Мы с сыном справимся сами.

Олег криво ухмыльнулся и подошел ко мне, а я снова ощутила ступор и головокружение. Во рту сделалось сухо. Да, я первое время после рождения сына представляла нашу встречу, и что скажу Олегу от ребенке. Увижу раскаяние в его глазах. Но его ни было ни капли. А я никогда не забывала о словах Олега, что он не оставит своего ребенка. Наверное поэтому так долго тянула с правдой, потому что он захотел бы отобрать у меня мое сокровище.

— Ты напрасно переживаешь, что вы будете делить с ней жилплощадь, — сухо сказал он, внимательно рассматривая мое лицо. — Где ребенок, Валерия? Я хочу увидеть сына.

В глазах Олега промелькнула боль, будто он с трудом удерживался, чтобы не схватить меня за плечи, и хорошенько встряхнуть. Господи, я ничего не забыла! Помнила выражение этих черных глаз и сейчас от них исходила угроза. Я вжалась в подоконник, разъединяя между нами дистанцию.

— Он… Даня спит. У нас режим.

Из гостиной донесся детский плач и я, вздрогнув, устремила беспомощный взгляд в сторону двери. Олег нахмурился, а мое сердце пропустило удар от мысли, что они сейчас встретятся.

— Ну же? — он кивнул в сторону двери. — Я и так потерял целый год из его жизни и больше не намерен пропустить ни дня.

Не знаю, что заставило меня сделать шаг в сторону гостиной. К горлу подступил комок, а сердце больно сжималось в груди. Я ведь похоронила все свои чувства к этому мужчине. И не смогу ему больше никогда доверять. Не смогу жить с ним даже ради ребенка! И тем не менее общий сын был тонкий связующей ниточкой между нами с Олегом, которая сохранится на всю жизнь.

Резко замерев на месте, я повернулась к Олегу и посмотрела на него.

— Имей в виду, забрать сына от меня ты сможешь только из моих мёртвых рук. Я не отдам тебе его, и никуда с тобой не поеду.

— Может быть уже познакомишь меня с ним? Хватит угроз, Валерия…

В его лазах снова мелькнуло странное выражение. Мне бы хотелось обмануть себя, что это было огорчение, но нет. Думаю, Олег растерял в себе все человеческое, если пришёл в квартиру моей матери и говорил мне сейчас все эти слова. Он даже не пытался извиниться за свою подлую измену, а выставлял во всем виноватой меня. Но моя вина была лишь в том, что я не сказала ему о ребенке.

В гостях у мамы мы бывали очень часто. Два раза в месяц я приезжала на два-три дня. Ночевали мы с сыном не в моей комнате, а в гостиной, потому что она была просторнее и светлее. У стены стояла кроватка, я спала на диване рядом с ней, напротив был телевизор. Малыш был очень беспокойным, с шести месяцев активно прорезались зубки и я частично забыла, что такое сон. Мама, услышав, что Даня проснулся, пришла к нему его успокоить. Она качала его на руках и гладила по спинке. Заметив нас она замерла и перевела на Олега встревоженный взгляд.

— Ты покорми его, Лера, и мы пойдём прогуляемся, а вы с Олегом спокойно поговорите, — предложила мама.

Мне бы иметь хоть каплю такого самообладания. Ничего не ответив, я взяла Даню на руки и повернулась с сыном к Олегу. Это выражение лица и застывшее потрясение в глазах бывшего мужа я, наверное, запомню до конца своих дней. Он с минуту стоял на месте и смотрел на сына, словно пытался запомнить каждую черточку его лица. Я ощущала внутри нарастающую панику. Мне еще никогда так сильно не хотелось иметь хоть какой-нибудь дар, но сейчас я бы не отказалась перемещаться в пространстве и времени. Хотя… вместо часов иногда нужен компас, потому что мало вернуться в прошлое или заглянуть в будущее. Важно выбрать правильное направление и не ощущать при этом зияющей черной дыры в груди.