V-8: право на свободу - Алекс Хилл

Теряю нить времени из-за паники, которую отчаянно пытаюсь контролировать. Перед глазами появляется мужская грудь, обтянутая белой рубашкой. Вот и все… Это наверняка он. Что делать? Как себя вести? Мило? Приветливо? Джейк сказал, мое благополучие зависит от этой встречи. Значит, нужно постараться.

Поднимаю голову и смотрю на мужчину. Хищный оскал, светло карие радостные глаза, темные аккуратно уложенные волосы. Недурен, но меня мутит от одного его вида.

— Привет, — произносит он и собирается сказать что-то еще, но замолкает, внимательно меня разглядывая.

Что-то не так? Неужели не понравилась? И что теперь? Обратно в пансион?

— Простите, — он качает головой в изумлении. — Думал, мы с вами знакомы. Похоже, обознался, но это ведь поправимо. Я, — протягивает ладонь, — Ричард. А вы?

— Я… — слова застревают в горле.

В ужасе смотрю на его руку и не знаю, что делать. Рядом звучит новый грозный голос:

— Ричард, что ты здесь делаешь?

— Как что? Пришел поздравить брата с днем рождения.

— Считай, что поздравил. Теперь можешь идти.

— Вообще-то я нашел здесь кое-что интересное и, пожалуй, задержусь. Ты помешал нашему знакомству с этой прекрасной девушкой. Не хочешь извиниться? Мамочка не учила тебя хорошим манерам, Дэни?

— Все ее силы уходят на то, чтобы научить твоего отца приносить тапочки в зубах.

— И как? Он делает успехи?

— Еще какие.

В ускоренном режиме анализирую разговор. День рождения не у Ричарда, а это значит…

— Эта девушка со мной, Ричард. Иди выпей чего-нибудь и катись ко всем чертям.

— Дэни, ты, конечно, душка, но… Может, спросим у красотки, чего она хочет?

Ричард поднимает брови в ожидании ответа и улыбается, глядя на меня. Делаю крошечный вдох носом и поворачиваюсь к тому, кому теперь принадлежу. Яркие голубые глаза впиваются в мои. Легкие судорожно сжимаются, отвергая кислород. Неуверенно вскидываю руку и касаюсь его плеча. Широкая горячая ладонь скользит по моей талии, притягивая ближе. Чувствую горьковато-сладкий запах, голова кружится, словно от легкого удара.

— Теперь тебе ясно, чего она хочет? — произносит хозяин.

— Не забывай, Дэниел, что в прошлый раз ты тоже услышал «да» первым, но это еще ничего не значит.

— Ричард, тебе лучше уйти. Не хочу бить тебе морду в свой день рождения.

— Только в честь праздника, братец. Только в честь праздника…

Ладонь на моей спине напрягается, сильнее вжимая в тело напротив. Дрожь проносится по рукам, бедрам и шее. Нервы натягиваются до предела и вот-вот лопнут, уничтожив последние крупицы сил и самообладания.

Дэниел. Вот как зовут мой новый кошмар. Он касается моего подбородка свободной рукой и приподнимает его, вглядываясь в глаза. Смотрит почти так же, как Джейк и Холли, когда увидели меня впервые, но помимо удивления есть что-то еще… Темное, холодное, удушающее.

— Тебе здесь не место, — говорит Дэниел.

Это не новость. Только вот пришла я не по своей воле.

— Дэниел! — слышится высокий голос Холли. — Если что, я не имею к подарку брата никакого отношения.

Руки, что касались меня всего секунду назад, исчезают. С трудом ловлю равновесие, отступая, чтобы дать Холли возможность тепло обнять человека, от которого теперь зависит моя жизнь.

— С днем рождения, красавчик.

— Спасибо, малышка.

— Желаю тебе…

Слова Холли тонут в гомоне голосов. Делаю еще один шаг назад, а в мыслях только одно — «беги!». Я не могу. Просто не могу. Смотреть на это все, чувствовать себя, как кусок грязи, прилипшей к подошве дорогой обуви.

Резко разворачиваюсь и перебираю ногами. Плевать, что будет, но я ухожу отсюда. Я не справлюсь. Эти люди… Счастливые, довольные собой, не знающие настоящей боли и проблем. Не хочу находиться среди них. Лучше обратно в «исправитель». Там я хотя бы знаю, чего ожидать, а тут…

Проклинаю неудобные туфли, шагая к выходу. Лица мелькают перед глазами. Кроваво красные губы женщин, сытые и довольные взгляды мужчин. Пульс зашкаливает. Это сюда я хотела вырваться? Сюда сбежать? Почему я думала, что здесь будет лучше? Страх смешивается с презрением, ненависть перерастает в убийственную печаль. Нет. Я хотела совсем не сюда. Я хотела тихой, спокойной и нормальной жизни. А это все цирк уродов. Они покупают людей, дарят их на дни рождения и смеются. Смеются! Смеются…

Преграда на пути вырастает внезапно. Тихий вскрик. Звон бьющегося стекла. Девушка в черном фартуке летит следом за подносом в груду разбитых бокалов. Хватаю ее за плечо, оттягивая в сторону, и падаю сама, не удержавшись на ногах.

Голоса замолкают. Зал наполняет только тихая мелодия. А музыка действительно прекрасна. Такой печальный и тягучий инструмент, что хочется плакать вместе с ним. Скрипка… Никогда не слышала ее вживую.

— Простите, — лопочет девушка. — Я не хотела. Простите.

Испуг в ее глазах и поджатые губы дезориентируют. Сижу на полу и не могу двинуться с места.

— Ваша рука, — тихо произносит она и смотрит вниз.

Поднимаю правую руку и разглядываю ладонь, в которой торчат осколки. Кровь струится по белой коже и капает на пол. Теплая… Рядом с моей рукой появляется еще одна. Длинные пальцы обхватывают мои.

— Где у вас аптечка? — спрашивает Дэниел, внимательно осматривая рану.

— В кабинете есть, наверное.

— Веди!

Дэниел расчищает поверхность одного из столов, заваленного бумагами, и открывает чемоданчик с красным крестом.

— Сядь, — говорит он, кивая на стул.

Слушаюсь и кладу на столешницу руку ладонью вверх. Дэниел снимает крышку с маленького прозрачного пузырька и сурово произносит:

— Это был побег? Я правильно понимаю?

Морщина недовольства появляется на его высоком лбу. Опускаю голову.

— Ты разговариваешь?

Прикрываю глаза.

— Эй! — Дэниел щелкает пальцами перед моим лицом. — Как тебя зовут?

Дыхание тяжелеет, предвещая вспышку ярости.

— У меня нет имени! — заявляю громко, поднимая на него взгляд.

Дэниел никак не реагирует на мой тон, касается руки и проводит пальцем по татуировке на запястье:

— А это? Ви-восемь?

— Всего лишь буква и цифра.

— Сколько тебе лет?

— Около двадцати.

— Ты не знаешь?

— Там, где меня держали, не принято отмечать дни рождения.

Дэниел хмурится и на выдохе опускает плечи. Заносит пузырек над моей ладонью и произносит спокойно: