Керимов Эмин - Юлия Бонд

— Ну что, за нас, малышки? — салютует пластиковой бутылкой Вика и все девчонки поднимают свои бутылки с колой вверх.

Прогревшись под палящими лучами солнца, я решаюсь искупаться в бассейне, но Надя и Оля тянут меня к "центрифуге" — опасному водяному аттракциону, от вида которого у меня трясутся поджилки.

— Подождите, — торможу подруг. — Давайте сделаем красивые фотки, пока не искупались и не превратились в мокрых куриц.

Девчонки соглашаются. И на ближайшие пятнадцать минут вся наша компания занята фотосессий.

Я сажусь на бортик бассейна, устроившись на бедре. Занимаю выигрышную позу и кокетливо наматываю на палец локон волос. Надя щёлкает на телефон.

— Огнище! — восхищается Надя, показывая мне фотки.

Фотки действительно «вау». На них я выгляжу, будто "инстадива", а потому спешу наложить фильтр на две самых удачных, на мой взгляд, фотографии. И опубликовать их в «инстаграм».

— Хм… У кого-то новый телефон, или мне показалось? — спрашивает Вика, молча наблюдавшая за всем со стороны ровно до этого момента.

— Угу, — пожимаю плечами.

— «Яблоко» последней модели. Офигеть! — подключаются остальные девчонки. — И кто нам подарил эту красоту?

— Папа, — отвечаю, не задумываясь и решая промолчать, что выбирал телефон Эмин, папа лишь платил за него деньги.

— Папа, ага, да, — смеются девчонки, переглядываются между собой, вгоняя моё лицо в красный цвет.

— Девочки, да ладно вам. Говорю же, папа подарил.

— А имя у папы имеется? — подкалывает Надя.

— Мирослав Николаевич. Познакомить? Он как раз холостой, — подмигиваю и забавляюсь, когда Надя перестаёт смеяться.

— Да ну тебя. Я думала, там реальный чел, а ты мне батю своего назвала. Скучно.

— Значит, с папой моим не знакомить? — продолжаю цеплять Надю. Вообще-то, с моим отцом знакомы все подруги, правда, только заочно. Максимум — видели его пару раз.

— Шутишь? Нет, спасибо. Пенсионеры не интересуют.

— Ты просто не знаешь, от чего отказываешься! Хочешь, покажу фотку папы? Знаешь, какой он у меня? М-м-м… Красавчик! И совсем нестарый, ему только пятьдесят три. Да ладно тебе. Я шучу, не обижайся, Надь.

Надя закатывает глаза. И веселье сходит на нет. Ну подумаешь, пошутила неудачно. Ха! Я вообще "королева" отвратительных шуток, не получается у меня так прикалываться, чтоб никого не обидеть.

— Идём купаться, короче, — напряжение разряжает Вика. И вчетвером мы топаем к «центрифуге».

Занимаем очередь. Я трусливо поглядываю вниз на туннель, по которому с огромной скоростью спускается человек. И задерживаю дыхание, когда он попадает в огромный закрытый круг, напоминающий центрифугу в стиральной машинке.

— Эм… Я, наверное, в другой раз, — пячусь, но Надя ловит меня за руку с грозным «Стоять».

— Струсила, да?

— Нет. Что-то перехотелось. Лучше пойду позагораю.

— Ага, позагораешь после горки. Иди давай, трусиха. А то как с папой знакомить, так ты смелая.

— Вредина, — показав Наде язык, возвращаюсь на место. И в этот момент подходит моя очередь.

Вика крестит меня, а Оля желает «ни пуха ни пера».

— Дурочки, что вы меня провожаете, как на войну? — возмущаюсь,но на горку всё равно забираюсь.

Выполняю команды инструктора: лечь на спину, руки скрестить на груди и не тормозить ногами. Несложно, в принципе. Я должна справиться.

— Один, два, пошла, — инструктор толкает меня вперёд и я во всё горло кричу от страха.

«Мамочка! Я больше не буду. Страшно-то как… А-а-а», — набатом стучит в голове. И про себя я молюсь богу, чтобы эта горка поскорее закончилась. После туннеля меня засасывает в центрифугу и начинает крутить по кругу.

Один. Два. И на третьем кругу я вот-вот булькну в воду, но приземляюсь прямо на парня. Тяжестью своего тело тяну его ко дну.

Вынырнув на поверхность, жадно хватаю воздух ртом. Кашляю.

И не сразу замечаю, что руки парня лежат на моих бёдрах.

— Простите, — извинившись, парень отходит от меня на один шаг.

— Ой, это я прошу прощения. Свалилась вам прям на голову, — смеюсь.

— Андрей, — парень протягивает руку, и я пожимаю её.

— Яра.

— Ярослава? — улыбается Андрей, отчего на его щеках появляются две симпатичные ямочки.

— Ярина.

— Какое красивое имя. Необычное.

— Угу, старославянское. Мама назвала, — с гордостью заявляю я и топаю вперёд, чтоб побыстрее вылезти из бассейна и закутаться в сухое полотенце.

Андрей идёт за мной следом. Галантно подаёт руку, помогая забраться по лестнице.

Я подхожу к своему шезлонгу. Хватаю полотенце и кутаюсь в него, будто бабочка в коконе. Андрей стоит рядом. И глаз с меня не сводит. А я только сейчас замечаю, что он милый. Смуглый брюнет под два метра ростом. Рядом с ним я такая маленькая, ощущаю себя Дюймовочкой.

— Эм… — мнётся Андрей. Какой стеснительный! — Я тут с компанией. Вижу, ты тоже.

Андрей кивает за мою спину, и я оборачиваюсь. Девчонки идут навстречу. Мокрые, как и я. А у Вики аж губы посинели от холода.

— Может, объединимся? — предлагает Андрей.

Ответить не успеваю. С правого фланга меня обходит Надя.

— И что тут у нас происходит? Интересно, — усмехается Надя, а Андрей ей протягивает руку.

— Андрей.

— Надежда, — кокетничает Надя, выпячивая грудь вперёд.

— Андрей предлагает объединиться компаниями, — вмешиваюсь в диалог, прерывая зрительный контакт Андрея и Нади. Так нечестно, вообще-то. Это я упала на парня, а не подруга!

* * *

Папа приезжает вечером. Клава накрывает стол в гостиной и зовёт меня на семейный ужин.

Спускаясь по лестнице, я слышу мужской разговор. И напрягаюсь.

— С этим Третьяковым нужно что-то решать, Эмин. Либо он нас, либо мы его.

— Я всё понял, Мирослав Николаевич.

— Действуй, сынок. Я в тебя верю!

Я захожу в гостиную как раз в тот момент, когда отец похлопывает Эмина по плечу. Услышав мои шаги, мужчины одновременно оборачиваются. Я лишь мгновение смотрю на Эмина, пробегаюсь взглядом по его стройной фигуре и широким плечам, обтянутым футболкой чёрного цвета. И покраснев, сразу же переключаю внимание на отца.

— Папуля! — ускоряю шаг и через несколько секунд оказываюсь в отеческих объятиях

— Доченька, — отец прижимает к своей груди, а я поворачиваю голову вправо и ненадолго встречаюсь взглядом с Эмином.

— Привет, — подмигивает Эмин.