Курица в полете - Екатерина Вильмонт

— Извините, Николай Васильевич, а она.., здорова?

— Насколько я знаю, вполне. Вы думаете, что она решилавас найти, так сказать, на смертном одре?

Смею вас заверить, это не так. Ваша матушка весьмаспортивная, энергичная и подтянутая дама. Но она не так давно овдовела…Впрочем, лучше она сама вам все расскажет. Записывайте телефон и адрес.

Элла покорно записала.

— А вы позволите мне дать ваши координаты госпожеШтойерманн?

— Да, пожалуйста.

— Благодарю вас. Что ж, я могу считать свою миссиюисполненной. Всего наилучшего.

Элле было трудно дышать. Она встала и вышла на балкон. Водворе гуляли собачники. Элла всегда немного завидовала им. У них был свой мир.Они общались, дружили, даже женились. Она частенько за ними наблюдала. Вфеврале среди них вдруг появилась молоденька женщина с маленькой, смешнойсобачонкой, дня через три к ней прилип мужчина со здоровенным догом, а в маеони сыграли свадьбу… У Эллы тогда даже мелькнула мысль тоже завести себе собачку,но она жила одна и хорошо помнила фильм своего детства «Белый Бим Черное Ухо».Нельзя держать собаку, когда живешь одна, мало ли что может с тобой случиться…Вот и сейчас на лавочке сидели двое: хозяйка таксы и хозяин тойтерьера. Эллаточно знала, что у тойтерьера есть хозяйка, а у таксы хозяина нет. Как бы врезультате этих прогулок семейная ситуация не поменялась, тем более что таксаочень красива, вернее, ее хозяйка.

Внезапно раздался звонок. Элла в испуге бросилась к телефону— Ну что? — требовательно спросила Маша. — Дозвонилась?

— Да.

Элла вкратце пересказала ей разговор с Аксентьевым.

— В Вене живет? Здорово, смертельно красивый город.

— Ну и что?

— Как — что? Поедешь к мамочке в гости, в венскую оперусходишь, пирожные там, говорят, обалденные. Слушай, а ты матери-то звонила?

— Нет. И не собираюсь.

— Как? Почему?

— Не хочу!

— Глупости, Элка, все-таки мать есть мать.

— Справедливо замечено, но не в моем случае.

— Ерунда! Она же наверняка раскаялась, ищет тебя…

— Ничего, поищет, а потом опять замуж выскочит — и ейне до меня будет.

— Надо же, я даже не подозревала, что ты такаятвердокаменная… Сколько лет тебя знаю, ты всегда мне казалась немножко курицей,уж извини.

— Бабушка тоже считала, что я курица… Слушай, вот прокорову, которая не телится, говорят «яловая», а про курицу, которая не несется?

— Элка, кончай! Этот твой юморок… Значит, будешь ждатьзвонка матери?

— Не буду! Я звонков не жду вообще, забыла?

— Так то от мужиков, а тут совсем другое дело.

— Да то же самое, только еще хуже. Когда мужикипредают, это вроде естественно, я уж давно от них ничего не жду, а когда мать…

— Так и не простила?

— Я много лет уже об этом не думала, а сейчас всевсколыхнулось…

— А если она позвонит, разговаривать будешь?

— Наверное. Послушаю, что она мне скажет.

Но она ждала этого звонка, боялась и ждала.

Он раздался в девять утра. Элла сразу поняла — это звонитмать.

— Элла? — раздался красивый, глубокий голос,показавшийся ей незнакомым. — Элка, это мама!

У Эллы вдруг пересохло во рту.

— Эллочка, ты меня слышишь? Алло, алло!

У нее появился акцент, мелькнуло в голове у Эллы.

— Алло! Алло!

— Да, мама, я слышу!

— Господи, Эллочка, детка моя, как ты живешь?

Эллочка, ты можешь меня простить, я так перед тобойвиновата! Господи ты боже мой, я даже не знаю, как говорить-то с тобой.., ты жесовсем уже большая, да? Ты, наверное, многое в жизни уже поняла и сможешьпростить свою маму? Ну почему ты молчишь?

— Я… Я не знаю…

— Понимаю, тебе трудно, столько лет прошло. Знаешь, намнеобходимо встретиться — чем скорее, тем лучше, поговорить, я готова на коленяхпросить у тебя прощения, я так боялась, что не найду тебя. Эллочка, детка, какты, как тебе живется?

— Почему тебя вдруг это заинтересовало? Ты хотя бы знаешь,что бабушки уже нет?

— Я почему-то так и думала, — упавшим голосомпроговорила мать. — Я перед ней страшно виновата… Страшно… Но все было таксложно… Я расскажу тебе свою жизнь… Я надеюсь, ты поймешь и простишь своюбеспутную мать… — Она всхлипнула. — Скажи, а у меня есть внуки?

— Нет и никогда не будет, — жестко ответила Элла.

ОДЕССА

Она не слишком грустила из-за бегства Ивана Аркадьевича,только боялась, не залетела ли. Но через несколько дней все страхи улетучились.Зато теперь, собираясь в кино или в гости, она слегка подкрашивала глаза.Бабушка как будто не замечала этого. Поняла, наверное. А однажды Элла засталаее у зеркала в ванной, где бабушка красила ресницы ее тушью. Это показалосьЭлле настолько диким, что она громко ахнула. Бабушка обернулась.

Один глаз был густо накрашен.

— Ты что делаешь? — воскликнула внучка.

— Да вот, решила посмотреть, не слишком ли это…По-моему, вполне, ты как считаешь?

От изумления Элла только головой покачала.

— Тебе, кстати, тоже очень идет, — как ни в чем небывало заметила бабушка.

— А ты куда это красишься, ба? На свиданку с Люсиком?

— А хоть бы и так! Я была уверена, что ты уже в курсе,Розка небось настучала? Я как твою косметику нашла, сразу смекнула: внучкарешила свободу отвоевать! — засмеялась бабушка. — А ты красиваястала, и взрослая совсем. Ты только поосторожнее с парнями, помнишь, что я тебеговорила? — Бабушка поцеловала ее. — Знаешь что, эта тушь не очень…Давай в воскресенье на толчок смотаемся, купим себе хорошую, импортную, одну надвоих, а? — Бабушка подмигнула ошалевшей Элле, и та вдруг поняла, что еебабка, хоть и старая — пятьдесят восемь лет, — но еще привлекательнаяженщина, несмотря на седину, морщинки, прокуренный голос и огрубевшие руки. Иеще — она очень неожиданная, ее бабушка.

Прошло несколько дней. Она брела домой из школы, взадумчивости не глядя по сторонам.

А думала о том, что сегодня ей шепнул один парень издесятого класса, незаметно ущипнув за пышное бедро: «Ух, горячая штучка! Натаком бюсте небось яичницу жарить можно!» Элла в испуге шарахнулась,десятиклассник был противный, и слова его показались обидными, но отчего-то онасомлела. Это быстро прошло, но заставило задуматься.

— Элюня, это ты?

Она подняла глаза и опешила. Перед ней стоял Витька Шебановпо кличке Шеба. Он был старше Эллы года на три, и она давно его не видела. Онсидел в колонии. Его мама говорила, что Витеньку подставили, что он не виноват,но отмазать его ей не удалось. Все девчонки во дворе умирали по нему и раньше,а теперь перед ней стоял настоящий красавец, хоть и остриженный наголо. Этобыло заметно, несмотря на модную клетчатую кепочку.