Притворись нашей мамой. Дочери - Регина Янтарная

– Странные здесь порядки. Не нам судить! – говорю шепотом.

Алёнка не понимает, о чем я говорю, но согласно кивает.

Моя новая любимая дочка, как же с тобой легко! Что бы я ни сказала, ты меня во всем поддерживаешь. Мамина радость…

Сердце неприятно екает, когда дочка садится ко мне на колени, обнимает меня за шею, целует в глазки.

Мы ведь точно также забрали Алёнушку. Вырвали её из сердца другой параллельной матери.

Что за судьба такая? Параллельные отцы? Параллельные матери?

Зарываюсь пальцами в мягких волосах дочки, прикрываю глаза.

Снова этот шорох. Вскидываюсь. Упираюсь взглядом в щель между дверью и косяком.

Снова мелькают рыжие волосы.

На этот раз я рассмотрела кудряшки.

Сердце набирает обороты. Всё-таки старшая дочь неравнодушна ко мне.

Она меня любит.

Любит?

Любит…

– Пойдём спать. – Встаем, топаем в гостевую комнату на первом этаже, где нас поселили.

Открываем балкон, осматриваемся. Выход на внутренний двор, где раскинулся бассейн и сад. Деревья с цветами рассмотреть не удается в темноте. Но по чудесному запаху могу поклясться, что сад прекрасен.

– Мамуль, расскажи сказку, – просит Алёнка, едва наши уставшие тела прячутся под одеялом.

– Жила бы в Авалоне наследная принцесса эльфийка Элли. Фэйри славилась неавалонской красотой. В отличие от белокурых сестер у нее были рыжие кудри и карие глаза. Эльфийка была очень богата, первая наследница Авалона! Её любили, боготворили, но пришла война, и рыжую красавицу захватил в плен король драконов Драко…

Тихое сопение известило меня о том, что дочурка уже видит во сне эльфов и драконов.

Осторожно отодвигаюсь от дочки, раскидываюсь на широкой кровати, устало закрываю глаза. Тут же проваливаюсь в тяжелый сон.

Утро наступает стремительно. Яркий солнечный свет поглощает меня и будит … визгами.

Открываю глаза, долго смотрю на открытую дверь во внутренний двор. С трудом вспоминаю, где я. Нервно шарю по кровати рядом с собой.

Алёны нет. Худший кошмар оправдывается.

Стремительно поднимаюсь на ноги. Голова жутко кружится, отправляя меня вальсировать.

– Блин, – присаживаюсь. Считаю до десяти. Вроде отпускает. Встаю обратно. Набрасываю на себя халат, вылетаю на улицу.

У бассейна собралась вся женская половина дома.

***

Маргарита, Ольга, Валерия, Наталья лежат на шезлонгах. Алёнка скачет вокруг них, что-то бойко доказывает девчонкам.

Те не реагируют, хихикают.

– Боже мой! – бросаюсь на выручку младшей дочери.

В ужасе отшатываюсь, прикрываю рот ладошкой, чтобы не закричать. Лицо Алёны расцарапано в кровь.

– Да как вы посмели обидеть моего ребенка? – наступаю на взрослых женщин. – Ведьмы, куда вы смотрели?

– Ты совсем рехнулась? – вопрошает нагло Ольга, крутит пальцем у виска.

Всматриваюсь внимательно в Аленкино расцарапанное лицо, поворачиваюсь к Наташе, она смеется громче всех.

– Ты что толкнула сестру? – еле сдерживаюсь, чтобы не повысить голос. Нервы сдают капитально.

– Она мне не сестра, – Ната нагло ухмыляется, – Лера – моя сестра!

– Да как ты можешь так говорить? – нервозные нотки выдают меня с потрохами моё нестабильное состояние.

Но я всё равно не опускаю рук. Поставила себе цель – объединить семью, значит, добьюсь. Пройду все сложности и преграды.

– Вы должны поладить! – цежу сквозь зубы.

В глубине души уверена, что две бесценные жемчужины должны жить вместе под одной крышей! И я сделаю всё, чтобы это произошло это как можно раньше.

– Что ты прицепилась ко мне? – Наташа резко поднимается на ноги. Окатывает меня гневным разочарованным взглядом.

– Честно говоря, я думала, ты лучше… – выпаливаю слова, о которых потом пожалею. Но нервы сдают. Не думала, что один мой ребенок способен обидеть второго.

– Это всё? Поговорили? – Ната вопросительно смотрит на меня темным взглядом. Дает понять, что на этом разговор закончен.

Старшая демонстративно уходит, за ней семенит Лера.

– Вон он! – визжит Алёна и бросается вправо.

Стремительно перевожу взгляд на огромного мохнатого кота. Не успеваю среагировать. Дочь хватает пушистика за хвост, и тут же получает когтистой лапой по щеке.

– Господи! – бросаюсь к дочке. – Не трогай его!

– Поздно, – шипит Марго. – Она ему всё утро жизни не даёт.

– Так это кот расцарапал младшую дочку? – ненависть к себе топит меня. Эмоциональный шторм, родившийся в душе, сносит с ног.

Отлавливаю Алёнку.

– Идем, обработаем твои ранки.

С готовностью откликается, бежит за мной, напевая веселую песенку.

Настроение у нее явно чудесное, в отличие от моего.

Со старшей отношения не складываются, так вдобавок к этому, я ее обидела.

– Глупая, Злата! – щипаю себя за бедро.

***

Проходят дни, но отношения со старшей лучше не становятся. С Ольгой и Марго избегаю общаться совсем. Разговоры с Олегом не приводят ни к чему также.

– Олежек, умоляю, отдай дочь, – прошу слезно.

– Посмотрим, – уклончиво отвечает.

– Скажи тем жадным мистерам, как только Наташе стукнет восемнадцать, она сможет распоряжаться землей, и все ограничения на продажу, наложенные Славой, будут сняты, мы отдадим им проклятое наследство бесплатно.

– Попробую, – пожимает в ответ одним плечом, бросая на мою фигуру плотоядный взгляд. – Скорее всего, ответ отрицательный… эти страшные люди хотят иметь в кармане гарантии, что земля не уплывет из их цепких лап. Впереди десять лет! Немаленький срок…

И за такими диалогами, не ведущими ни к чему, проходят дни.

Демида с нами почти нет. Он вечно куда-то уезжает, то на море, то на встречу с друзьями… С каждым днем его лицо становится более суровым и неприступным.

Злюсь на него. Особенно за то, что он ничего не рассказывает.

Грустно смотрю на мужа. Кажется, эта поездка съедает нас с мужем поедом.

Одна Алёнка не унывает. Уже научилась постоять за себя. Улыбаюсь, вспоминая сегодняшний мелкий инцидент.

Дочка находит радость во всём. Главная ее услада – съесть шоколадку, перемазаться ею от пят до ушей.

Я ее в этом счастье не ограничиваю.

Когда-то не отнимала это шоколадное веселье и у старшей.

Вот и сегодня Алёнушка вся вымазалась.