Мама на полное содержание - Ксения Фави

- Привет, Вася, ты на той неделе дежурная по коридору! Не забудь. И дай черного перца, если есть.

Из нашего тамбура вываливается соседка. Никогда я не была так рада видеть сорокалетнюю Иринку.

- Дам, идем, - протискиваюсь в открытую дверь, - слушай, сюда никто посторонний не заходил?

Ира поправляет рыжий пучок на голове.

- Вечером точно нет, я тебя караулила. Да и вообще не помню… Но ты ничего не оставляй! У нас в конце лета самокат прямо от дверей квартиры сперли. И не посторонний это, а Мясниковы. Только не сознаются!

- Ладно, спасибо.

Значит, внутрь человек не прошел. Да и был ли кто-то? Может, просто мимо шел по лестнице. И коридорчик не только в мою квартиру ведет…

Но меня все равно колбасит. Кажется, я запомнила цепкий серый взгляд незнакомого блондина. Он смотрел, как будто зная, кто я. Бре-е-ед…

Я же обещала набрать маме. Ей точно нельзя говорить о моих глюках. А кому можно? Не соседям же, которые добьются выселения странной квартирантки. И в органы бесполезно, ничего же не произошло. Висящие на мне долги и мутные связи покойного мужа – не повод для заявления.

Стою спиной к дверям, закрывшись за Иркой, смотрю в экран телефона. Список вызовов, Золотов… Палец заносится. Стоп! Он тебе никто. Да не было ничего, показалось.

Наверное, и правда это были игры сознания и паранойи, потому что дальше мои дни текут спокойно. Необычно разве что то, что мне каждое утро в одно и то же время привозят завтрак. Как раз к выходу из душа. А еще после работы меня ждет улыбчивый Виталий на тачке бизнес-класса. И я всё это принимаю… как будто бы назло. Потому что мой ответ все равно не изменится.

Золотов прав, для него траты на эти знаки внимания - мелочь. Принимаю я их или нет, в нашем странном совместном с ним мире ничего не значит. А как эта забота откликается в самой глубине моей души?.. Об этом я стараюсь не думать.

Тем более, позаморачиваться и без того есть над чем.

Проходит больше недели с момента, как в нашу клинику обратился Золотов. Дни в обычной рабочей рутине. Люди начинают помаленьку отходить от новогодних праздников, впереди маячит весна. Многие хотят поправить здоровье к теплых отпускным денькам, и у нас становится жарко. Не думала, что в такой период меня могут дернуть на что-то из ряда вон выходящее.

И тут, к слову, тоже замешан северный олигарх. С его подачи…

- Василис, зайди к Пал Палычу, - по внутренней связи мне звонит Олечка.

- Хорошо.

Позитивного, впрочем, мало. Директор подкинет мне новой клиентуры или головняка по отчетности. А я сейчас, ну мягко говоря, не скучаю.

Иду к шефу быстро, как в холодный бассейн. Чего растягивать «удовольствие»?

- Павел Павлович, добрый день.

Время подбирается к часу.

- Добрый, Васенька, добрый. Почти как дело, которое я тебе поручу.

Ого, все серьезнее. Уже на этапе Васеньки возникло муторное чувство - мне грозят неприятности.

- Хм, слушаю.

- Ты присядь, присядь…

И этот тон доброго дядюшки тоже не предвещает ничего хорошего для меня. Смотрю на лысину шефа, потом в его довольный взгляд.

- Пойдешь на благотворительное мероприятие.

Пал Палыч перешел сразу к сути, но от этого не легче.

- Куда?

Где-то я уже слышала… Ну конечно!

- Золотов, - Палыч называет фамилию под скрежет моих зубов, - сам лично пригласил. Как можно отказаться? А у меня в этот день МРТ.

- Что?

Я разговариваю одними вопросами. Павел Павлович хмыкает.

- Исследование такое, Василиса. Давно я не проверял, как там моя межпозвоночная грыжа. Оттягивать некуда.

Не сдерживаю стон. Да шеф может хоть каждый день бегать на исследования! А назначил томограмму именно на день Золотовского благого дела. Вот ведь жук!

- А у меня много работы, - прихожу в себя.

- Все делегируй!

Отличное решение.

- Но я единственный менеджер по работе с випами.

Палыч выдыхает раздраженно.

- И что, взять для тебя конкурента? Вася, не будем тратить время. В следующую пятницу наденешь платье и сбегаешь посмотришь концерт. Детишки там будут выступать! Интересно! Скажешь пару слов со сцены, как мы поддерживаем затею друзей Егора. Ты это умеешь. Всё! Считай, выходной.

Я тоже делаю глубокое движение легкими. Но устало. Спорить бесполезно.

- Форма одежды?

Шеф морщится, словно около уха пролетел комар. Хотя он сказал про платье.

- Не знаю… Спроси у Золотова. Вы же работаете над его случаем.

Да как-то разные у нас представления о методах этой работы. Ладно, оденусь нейтрально.