Дара. Наследие волчицы - Лила Каттен

— Ты хитрюга, — шлепает по плечу, а я снова оставляю поцелуй на ее ароматных губах.

Поднимаю ее и спускаю со стола так, что она скользит по моему телу, снова вызывая одно-единственное желание.

— Даже не думай у нас… Мои стейки, — кричит и отодвигает меня в сторону. — О боже… Что я за хозяйка, — почти плачет, а я обнимаю ее со спины, смотря на слегка пережаренные куски мяса.

— Плевать на него.

— Но я тебя не накормила, — стонет от отчаяния.

— Милая, это просто мясо, — целую в шею. — Ты утолила мой другой голод, но, кажется, он возвращается.

— Алан, — шикает на меня. — Мне нужно кормить двух малышей внутри меня. И мы требуем мяса с кровью.

Будто опомнившись я опускаю ладони с талии на низ живот и снова этот поток чистой энергии…

— Черт, это нереально.

— Ты правда их чувствуешь?

— Ага. Они как теплые огоньки в ладони пускают импульсы.

— А я не чувствую.

— Потому что я муж и отец. Чуть позже.

— Но они внутри меня, это нечестно.

— Я больше по запаху твоему понял.

— Запаху?

— Только не вздумай нюхать подмышки, — смеюсь, потому что угадал ее намерения.

— Ну а что за… — до нее доходит смысл и она, развернувшись чуть толкает меня в грудь. — Какой же ты пошляк.

— О да, я еще столько всего намерен сделать с твоим стройным телом, пока ты не стала похожа на арбуз с руками и ногами.

— И ты любишь арбузы? — заигрывающе трогает мой торс, повышая уровень накала, между нами.

— Это моя любимая ягода.

— Отлично, потому что я тоже люблю… — она разворачивается ко мне спиной и трется о мой стояк своей прелестной попкой. Скользя то вверх, то вниз.

— Напросишься.

— Правда? Тогда мне стоит прекратить… — делает полшага вперед, но я впиваюсь пальцами в ее бедра и притягиваю обратно.

— Ну уж нет. Теперь по полной полакомимся друг другом.

***

За эти последние дни Дара спокойно спала. Контролировала оборот и лунатизмом не страдала. Однако опасность будто витала в воздухе.

Я больше не спрашивал ее о той ночи, когда нашел у обрыва. Да и задавая вопрос, она молчала. Я не понимал почему.

Мы собирались провести последнюю ночь в уединении, и я ощутил ее отчужденность.

— Дара, мы можем поговорить? — я нашел ее на крыльце. Рядом с ней сидели несколько белок. Увидев меня, они сбежали, а я прифигевший малость не мог в это поверить. Не то чтобы это было очень странно. Но все же… белки?

Она улыбнулась рыжим «подругам» и похлопала рядом с собой по одеялу, на котором сидела.

— Твои новые друзья? — она улыбнулась, прячась в моих объятиях. — Они в курсе, что ты волк?

— Я просто кормила их орешками. И не разговариваю с животными, Алан.

— Ну не знаю. У тебя так много талантов и способностей открывается, что разговор с белками может показаться мелочью в сравнении с ними.

— Ты о той ночи?

— И о ней тоже. Никто не знает, что ждать. Ты уникальна, понимаешь? А то красное сияние. К синему не привык, а тут второе…

— Это было что-то злое Алан, — перебивает, а по телу прокатывается дрожь. — Что-то темное, пугающее. Мне было страшно как никогда.

— Эй, — притянул поближе и покрепче обнял. — Ты можешь рассказать мне все что угодно. Я не просто твой муж, я твоя пара.

— Знаю, милый, — поднимает голову и целует в подбородок. — Помнишь тот сон, где была девушка и ребенок на руках, с которыми она спрыгнула со скалы?

— Да.

— Я была на ее месте. Меня что-то тянуло туда. Как оказалась на месте, не знаю, но помню, что снился сон, приятный такой. А когда оказалась там… Я была готова это сделать. А твой голос, он был откуда-то издалека слышен. Ты и это зло сражались. Но я выбрала идти к тебе. Ты мой свет, — села ровно и развернулась в мою сторону.

Дара смотрела на меня с улыбкой на губах, но ее глаза… Предки, как же они сияли. Они излучали что-то такое, чего не было раньше. Там было так много, много того, что тебя окружает и ты уверен, что вот он твой дом.

Ее глаза были моим домом. Таким же светом, к которому я был рад тянуться и гореть. Главное с ней или в ней…

— Ты ведь чувствуешь это? Чувствуешь то, что я ощущаю…

— Да… Даже не сомневайся. Когда ты раньше говорил о нашей истинности, это было равносильно мифам или легендам. Чем-то странным и придуманным. Но сейчас… О родной — это невероятное ощущение. Когда ты внутри заполнена любимым и ощущаешь его физически. Я и не подозревала, что такие сильные чувства существуют. И я рада испытывать их с тобой.

— Черт, — быстро усадил ее верхом на себя и обнял каждый сантиметр ее тела. — Скажи это… Говори постоянно… Блядь, мне это надо…

— Я люблю тебя… Больше всего на свете люблю… — терзаю ее губы, а руками впиваюсь в кожу, задрав майку, которую захотелось разорвать на ней. — Только тебя…

— Да, твою мать… — целую хаотично, куда придется, держа в своих ладонях любимую девочку. — Да… Ты моя… только моя…

Быстро высвобождаю жаждущий ее член и приподняв за бедра Дару, медленно опускаю на себя.

— Идеально… — испускаю протяжно выдох.

Дара стонет, привыкая к размеру, а затем начинает аккуратно раскачиваться на мне, уперевшись в мои плечи.

— Нам нужно быть аккуратней, — вдруг замирает, — чтобы не навредить малышам…

— Ни за что… — успокаиваю ее, погладив красивое лицо. — Даже не думай об этом. Они в порядке, я чувствую… Я знаю это…

Дара

Весь мой мир теперь был заключен в нем.

Его имя вызывало самые разные эмоции, как и мысли…

Прикосновения и страсть. Все это он. Мой муж. Мой избранный самой природой и предками.

Луна подарила нам двух малышей, и я хотела стоять на коленях благодаря ее.

Если раньше я забыла свой мир и существовала в том, где не было волков-оборотней и это волновало. То сейчас, вспомнив совершенно все, это перестало иметь значение. Моим миром стал ОН. Мы…

Радость, счастье, изумление и слезы… Лишь малая доля того, что я испытывала, пока он гладил мой живот и мысленно подпитывал меня своими ощущениями.

Он чувствовал их… Он знал наверняка своих детей, и это пронизывало меня искрой умиротворения.

Алан лучший из мужчин. Он лучший во всем мире. И он