Сквозь Лица На Время - Эмили Гунн

— Между прочим я и не говорила, что за тем Тазрном приходилось гоняться. И не было у нас с ним никакой долгоиграющей истории. Так, развлеклись пару раз, а в результате родился Миэль. Тот мужик даже не знает о нем.

— И чего же ты не побежала к богатенькому Тазрну с радостной новостью, если уверена, что мальчуган от него, — не унимался Джейзен, который сегодня побил даже свои собственные рекорды по злословию.

— А зачем? Чтобы он отобрал у меня сына?! — воскликнула Сенемда раненой волчицей. — Сдалась ему проходная девица вроде меня. Выкинул бы меня из своей жизни, забрав Миэля себе!

— Зато он, возможно, не проспал бы полжизни, — жестоко перебил ее Джейзен, тут же получивший смачный удар в челюсть.

Это у Алькета лопнуло терпение.

— Бова! — выругался наш «внештатный» клоун на мой манер, вытирая кровь с надтреснутой губы.

А Алькет как ни в чем не бывало уселся в кресло, продолжив обсуждение темы. И никого из нас нисколько не удивляло, что сердобольная Сенемда кинулась помогать скалящемуся Джейзену остановить кровь.

— Медики что-то скрывают. Не нравится мне, как они отшивают нас, стоит только копнуть глубже, — размышлял Ал вслух.

— Думаешь, эти говнюки Тазрны велели им помалкивать? — спросил Джейзен так, будто они с Алькетом так и болтали в предыдущие несколько минут, а не морды били. Только голос был невнятным из-за свежей травмы.

— Мама, — раздался внезапно сонный голосок Миэля. — А дядя Джи опять говорит плохие слова.

— Ой! Ты проснулся, — бросилась подруга обнимать сынулю. — Маленький мой… ты… как ты?

— Есть хотю, — по-детски коверкая слова, ответил мальчик с взрослым взглядом потухших глаз. — А что случилось с Джи?

— Ничего, он случайно ударился, — увела счастливая мама Миэля, с которым ей так редко удавалось пообщаться.

— Ага, об нечаянный хук одного паршивца врезался челюстью, — прогнусавил Джейзен через платок, которым зажимал рану.

— Хочешь включим мультики? Или, может, поиграем во что-нибудь? Нет? Где-то тут были твои пазлы… — наперебой предлагала Сенемда, которая уже ничего и никого не замечала вокруг, кроме единственного смысла ее нелегкой жизни. — Какие же у тебя все таки красивые глаза!.. — донесся до нас сдавленный всхлип.

— Помнишь того типа, который грозился вызвать охрану в Центральной клинике? — спросила я, сев напротив Алькета. — Мне кажется, начать можно с него.

— Биквика? — уточнил друг, потерев бороду. — Он вроде не врач, а какая-то важная шишка в их администрации? — полувопросительно произнес он.

— Заведущий кадровым отделом, — неожиданно врезался в наш разговор уверенный голос Джейзена.

— Тогда какое он вообще отношение имеет к медицинским вопросам? — не поняла я.

— Такое, что Биквик там с самого открытия клиники, — пояснил Джейзен, усилив мое изумление. — И не только вся документация, но и любой чих проходят исключительно через него. В том числе Биквик, как Тазрн, курирует обслуживание своих высокопоставленных сородичей, когда те обращаются за медицинскими услугами.

— Откуда инфа? — спросила я, поражаясь, что Джи и в самом деле, видимо, занимался проблемой Сенемды, хоть и не показывал этого. — Ты разузнавал о Биквике?

— Мне не понравилось, с какой надменностью он говорил с нами, — пожал плечами Джейзен, однако у него уже не получалось скрыть свое безоазличие к ситуации с малышом Сенемды. Имногих таких же несчастных семей, как эта.

«Удар Алькета словно в прямом смысле вправил Джейзену мозги», — усмехнулась я мысленно.

А Джи продолжал:

— Слишком претенциозный тип этот Биквик. Терпеть таких не могу! А так как я не привык попусту махать кулаками, — полетели «камушки» в Алькета, — то и решил, действовать разумно, — поделился Джейзен. — То есть не теряя времени, выяснить хоть что-то полезное. Что могло бы пригодиться, если в будущем возьмемся утереть нос этому Тазрну.

— И много выяснил? — вполне серьезно поинтересовался Алькет.

— К примеру, что у этого типа какие-то общие темные делишки с тем самодовольным педантом из Транспортной компании, — ответил довольный собой Джи.

— С Сандвигом? — переспросил Алькет, у которого была отличная память на фамилии, тапонимы и прочие наименования.

— Бова саблезубый! Как ты только запоминаешь их идиотские имена? — каким-то совсем другим, более дружеским тоном, воскликнул Джейзен.

«Всё как обычно, — покачала я головой, наблюдая за ребятами. — Джи уже выпустил пар злобы, и ему явно полегчало.

Что вовсе не примирило с ним абсолютно неотходчивого Алькета, который после подобных стычек мог дуться неделями».

Несмотря на то, что все мы давно уже знали о заскоках Джейзена, Алькет с подобной дурью не мирился никогда. Наш благородный бородач был доя этого чересчур правильным.

В то время, как мы с Сенемдой даже самые обидные колкости Джи никогда не воспринимали всерьез.

Вот и сейчас Ал сделал вид, что не заметил недовкую попытку Джейзена пойти на примирение:

— Сандвиг занимался поставками в самые разные фирмы и организации, — задумчиво рассуждал Ал вслух, напрочь игнорируя Джейзена с его неудачливыми шагами навстречу. — Попробую разведать, была ли среди них фармацевтика или что-то наподобие, — сказал он, потянувшись к ноуту…

Я же вернулась мыслями к своему миздеру Х.

Миздеру И. Миздеру Х. Миздер Хе… Рр-р! Как же перестать думать о нем?!

Херр Илиск.

Его, к слову, реально так звали, когда мы с ним только познакомились. Илиск тогда был херром Александром фон Илесшейном. Так что, да — миздер Х…

Дорогие читатели!

Поздравляю вас с наступающим 2023 годом! Пусть он принесёт море благ, здоровье и счастье всем вам!

Глава 5.1. Воспоминания. Век ХVI

Правда, «знакомством» в общепринятом смысле сложно назвать похищение девицы из монастыря-я…

Но зря вы представили себе пошлый романтизм щекотливого непотребства, которое могло между нами двумя происходить. Меня никто не совращал. Увы.

Та кража монастырской послушницы была лишь безукоризненно благородным предприятиям. А мой вызволитель, пусть и предстал передо мной во всем полагающемся ореоле умопомрачительного рыцарства, однако же ни на секунду не позволил себе ничего лишнего по отношению к нетронутому девичьему тельцу. К моему прискорбию.

Напротив. Наши с ним взаимоотношения с тех самых судьбоСносных и крайне несносных пор были до противного целомудренными.

А прикасались ко мне исключительно в целях обучения самообороне. Чтобы я могла защитить свою осточертелую честь. Либо с намерением наказать, когда я эту самую никому несдавшуюся непорочность пыталась подсунуть самому Илиску.

* * *

И вот с моего первого оборота прошло немало дней. Отныне я могла часами любоваться собой в разных обличьях, совершенствуясь в искусстве иллюзии. И, конечно же, никому об этом не рассказывая. Это моя личная тайна!

И я уверена, что совсем скоро научусь