Корзинка счастья - Ольга Митрофанова

– Не в честь прабабки же, так что нормально, хотя может и стоит, как думаешь, Зиновий Александрович, звучит? – со смехом произнес Сашка.

Зинаида в ответ дала ему подзатыльник.

– Ты до понедельника отпросилась? – перевел беседу в деловое русло Сашка.

– Да, мы проверку закончили у ракетчиков, в понедельник в конторе дела разберём, а во вторник к вам с проверкой, – пояснила Зинаида, – так что я до понедельника совершенно свободна, могу тебе помочь, дома порядок навести и детские вещи перегладить, только надо в общагу забежать, вещи взять.

Сашка только кивнул, и они направились к УАЗику.

– У вас это единственное средство передвижения в части? – спросила Зинаида.

– Нет, – усмехнулся Сашка, – ещё БТР есть, во вторник приедешь, можешь пересчитать.

– Как вы тут сохой на козе не пашете, каменный век будто. Воронин, ты же прилично зарабатываешь, можешь же машину себе купить, а не ездить по очереди на этом паритете.

– Иришка не разрешает семейный бюджет транжирить, хочет землю свою продать и чуть подкопить и дом недалеко от родителей купить.

– Воронин, за что тебе, балбесу, досталась такая мудрая жена?

– Я красивый, – усмехнулся Сашка.

– Это был риторический вопрос, – закатила глаза Зинаида.

Дома посидели с Сергеевыми, обмыли пополнение в семье Ворониных, Зинаиду весь вечер подмывало спросить, где Колесников, но случая так и не представилось, разговоры велись про детей, их будущее, пеленки, распашонки и прочую лабуду.

Только когда собрались спать, Роман с Сашкой отправились к Сергеевым укладывать детей, а Катерина с Зинаидой остались убирать со стола, Зина как бы между делом спросила:

– Что это Колесников проигнорировал сегодняшнее застолье?

– С заставы сюда по каждому чиху не набегаешься, – хмыкнула Катька.

– Он на границе до сих пор, вторая неделя пошла, – растерялась Зинаида.

– Зин, а ты думала, что они съездили на два дня, посмотрели, кто там такой хулиган посмел с той стороны на нашу взглянуть, погрозили пальчиком и вернулись обратно? Это ты, в каком фильме такое видела?

Зинаида, опустив глаза, промолчала, но Катьке ответа можно было и не давать, она если говорить начала, то могла и сама с собой беседовать.

– Ходоков могут и месяц ловить и хорошо, если поймают. На заставе они должны поменяться были, Макса должен Сашка сменить, но Макс остался, Ирине рожать надо было, вот он и не стал с Сашкой меняться, сидит там со своими недовояками.

– Почему недовояками?

– Потому что у него рота срочников, а не контрактников, они пацаны зелёные, стрелять и бегать не умеют толком, где им нарушителей ловить.

– А как же на заставе те, кто служит?

– Каком кверху, – припечатала Катька, – так что сидим мы и молимся, чтобы ЧП не произошло никакое, иначе твой ненаглядный прокурор не на взыскание у нас косяков найдет.

– Катерина, – взъярилась Зинаида, как только та посмела задеть ее профессиональные интересы, – Васильев прокурор и у него такая работа, он не виноват, что в части нарушается устав и людей у вас не хватает. Командир развел бардак, и будет за это наказан.

Екатерина внимательно посмотрела на Зинаиду и спокойно произнесла:

– Это у тебя в голове бардак, а у нас командир подчинённых не просто вояками бездушными, а людьми считает, у которых кроме государственных свои проблемы есть.

Глава 12

Зинаида проснулась как от толчка, за окном было темно, в кухне горел свет. Воронин спешно натягивал форму. Зинаида мигом подскочила с кровати, мимоходом глядя на часы, три часа ночи, да что за ерунда, какого лешего им по ночам не спится.

– Саш, что случилось?

– Хорошо, что проснулась, в понедельник Ирину из роддома выписывать будут, я с замполитом договорюсь, он УАЗик даст, съездите с Катькой их заберёте, права у тебя с собой?

– Какие права, Воронин, ты спятил что ли? Ты жену из роддома забирать не будешь? – вытаращив глаза, произнесла Зинаида.

– Слушай сейчас меня внимательно, на заставе ЧП, кто-то из срочников пострадал, через границу прошли гости. У Макса из вояк только он сам можно сказать. Зина, поэтому соберись и не делай мне нервы, Ирине скажешь, что прокурор приехал с проверкой, и я ее забрать не смог. Поняла?

Зинаида стояла и хлопала глазами, у нее формировалось стойкое ощущение, что она попала в параллельную реальность. Во всех передачах им показывают оборонную мощь страны, учения на высшем уровне. Они всю жизнь прожили в европейской части России, далеко от границы и ей в голову не могло прийти, что нарушители так запросто могут границу пересечь, и их будут ловить наши доблестные вояки. К такому она точно не была готова. Но видимо выбора у нее нет.

В субботу вечером позвонил Васильев с приказом явиться в отдел, так как им надлежит убыть в военную часть, в связи с происшествием проверка начнется не во вторник, а раньше. Зинаида только хмыкнула, объявив, что она уже рядом с частью. Васильев если и удивился, то вида не подал, велел отправляться в часть.

Дежурным по части оказался Николай Васильевич, который не Гоголь, он спокойно доложил, что пострадавший один из солдат-срочников в результате несчастного случая сломал ногу, рентген сделали в больнице, гипс наложили там же, долечиваться солдат будет в лазарете санчасти.

Здесь же, в лазарете находилась та самая Анастасия Павловна, несла так сказать службу на боевом посту. На вид ей было около тридцати лет, выглаженный медицинский костюм с шапочкой, длинные темные волосы, заплетённые в толстую тугую косу, переброшенную на одно плечо и яркие голубые глаза. Высокая, довольно плотного телосложения, как бы сказала бабуля: "Кость широкая". Медичка не красотка, но глаз все равно цепляла.

– Что произошло с пострадавшим? – строго спросила Зинаида уже медичку.

Та и бровью не повела на строгий тон и суровый вид.

– Ногу сломал, – ответила спокойно.

– Каким образом это произошло? – продолжала расспрашивать Зинаида.

– Я в битве экстрасенсов не участвовала, да и у него нога сломана, а не челюсть, идите и спросите у первоисточника так сказать, – глядя с высоты своего роста на Зинаиду, пренебрежительно ответила Анастасия.

– Анастасия Павловна, – предостерегающие произнес замполит.

– Николай Васильевич, – в тон ему ответила медичка, поправила на замполите галстук и, развернувшись, направилась в кабинет, стуча каблуками.

Зинаида второй час беседовала с солдатом, Васильев приказал выяснить все обстоятельства происшествия, вплоть до каждого чиха. Особенно тонко выспросить про неуставные отношения в роте и командира. Солдат отвечал односложно: нет, не было, не заметил, и про свою травму коротко: "поскользнулся". Зинаиду это все начало слегка раздражать, понятно, что даже если неуставные отношения и есть, он будет