Зимний зной - Иден Бар

Невольно оглядываюсь по сторонам. Мой подъезд абсолютно пуст, и я даже испытываю дежа вю, только вот декорации другие.

Теперь это не убогая лестничная клетка старой девятиэтажки, а парадная, как говорят петербуржцы, в элитном доме питерской пятиэтажки.

— Ты прав, да, — отвечаю, — номер я сменила. А еще, поступила не очень красиво по отношению к тебе несколько лет назад.

— Не очень красиво?! — повторяет за мной он, и я прямо вижу, как его скулы очерчиваются резче из-за сжимающихся челюстей.

Ах, он переживает. Жалеет себя, несчастного?!

— Мне очень жаль, — добавляю с покаянным видом.

Ну вот, я и сказала это, фух! Выдыхаю. Телефон в кармане моей куртки начинает трезвонить. Таксист.

Я хватаюсь за телефон как утопающий за соломинку.

— Добрый вечер, уже подъехали? — выпаливаю машинально, а в моей голове царит один сплошной Зимин, — хорошо, спасибо. Иду!

Зимин меняется в лице.

— Правда жаль? — тянет насмешливо, как только я кладу телефон обратно в карман.

— А что, есть сомнения?

Я, правда, стараюсь, чтобы мои слова звучали доброжелательно. В глубине души я очень рада его видеть.

— Если, в самом деле, жаль, то удели время старому другу! Мне, — зачем-то уточняет.

Он улыбается. Кажется, когда Данил Зимин улыбается, тают даже ледники. И я начинаю таять тоже.

Его трудно назвать классическим красавцем. Но что-то в Зимине цепляет жестко — возможно, дело в его сильной энергетике или природном обаянии.

Черты лица Данила грубоваты и не идеально-гармоничны, но у него есть фантастическая уверенность в себе и отличная физическая форма, а это всегда притягивает.

Вообще, он относится к редкому типу людей, к которым нельзя оставаться равнодушным. Их обычно любят или ненавидят.

Зимин яркий, привлекающий внимание, и далеко не только своими танцами или песенками. Его миндалевидные глаза, широкие скулы, «ястребиный» нос отнюдь не прекрасны, но чувственные губы, хищная грация движений и идеально тренированное тело заставляют, я уверена, трепетать многих.

Девчонки тащатся от таких. Я рада, что не в их числе и отношусь к нему спокойно, возможно, даже критично.

Мне кажется, что я чувствую его сильные и слабые стороны интуитивно.

— Гм, — делаю вид, что раздумываю, — тогда мне придется отпустить такси.

— Отпускай, — быстро реагирует.

Теперь он снова выглядит спокойным и даже расслабленным, но я почему-то кожей чувствую его напряжение. Словно для него это очень важно — мое согласие пообщаться еще.

Впрочем, надеюсь, «топор войны» зарыт и безвозвратно.

— Поедем, может, где-то кофе попьем?! — предлагаю первой.

Жду, когда он перестанет стоять передо мной истуканом и скажет хоть что-то внятное по поводу нашего дальнейшего времяпровождения.

— Давай, — Зимин ласкает меня взглядом, от чего краснею. И снова я думаю о том, каким интересным мужчиной он стал.

Уверенно идет к выходу, и там широко распахивает передо мной двери парадной. Его галантность мне приятна.

Выйдя во двор, я сразу замечаю у тротуара знакомые черные мерседесы, а еще, двух «амбалов» рядом с ними.

Как по команде, они смотрят в нашу сторону, от чего я делаю вывод, что это охрана Зимина.

Встав чуть поодаль от него, достаю телефон и звоню в службу такси. Отменяю заказ. Но в тот момент, когда снова поворачиваюсь к нему, нас неожиданно «атакуют».

Хихикающие девицы лет двадцати или чуть меньше, подбежав, глуповато уточняют, он ли это, и просят разрешения сделать с ним селфи. Зимин не отказывается, впрочем, гипнотизируя меня своими серыми глазами и дальше.

Его «шкафы» тоже подскакивают поближе, чтобы включиться в диалог с девушками, и готовые их «отвадить» в любой момент.

Он делает это сам. Надев бейсболку козырьком на лицо пониже и взяв меня за руку, отводит от них в сторонку.

— Видишь, как сложно?! Поехали со мной. В обычной кафешке, поверь, нам не дадут нормально пообщаться. Я знаю места поспокойнее…

Застываю от того, что Зимин как бы невзначай касается меня. Крепко держит, не отпуская от себя, а воздух между нами так и искрит.

— Надеюсь, ты не имеешь в виду гостиницу или что-то вроде?! — беспокойно уточняю.

Девицы отходят, поняв, что больше им ничего не светит в плане общения, но продолжают наблюдать за нами издалека.

Охрана прикрывает нас, почти обнимающихся, от любопытных взглядов своими мощными спинами.

— Нет, нет, — успокаивает Зимин.

Потом зачем-то знакомит меня с ними, и я рассеянно киваю, даже не запомнив их имена. Потому что сердце мое сейчас бешено колотится при мысли, что мы вдвоем поедем куда-то. Или с ними тоже?!

То, что Зимин говорит дальше, приводит в шок. Не стесняясь моего присутствия, он просит их немедленно снять для нас «приличный комфортный домик в хорошем районе Питера».

Слегка обалдеваю. Поначалу даже никак не комментирую это.

Я пока еще не настолько выжила из ума, чтобы ехать в съемный частный дом с человеком, которого когда-то так обидела в прошлом, да к тому же, с двумя его похожими на громадных питбулей спутниками.

Мой двор совершенно пуст, и страх неприятной, липкой змейкой начинает свое путешествие по моему телу.

— Ты боишься меня, что ли?! — удивляется Зимин, мгновенно «считав» мою реакцию. Он угадывает.

Я боюсь, но сказать об этом не решаюсь, потому что это «не круто». К счастью, вовремя вспоминаю о работе, придя в себя окончательно.

— Может быть, — аккуратно вынимаю свою руку из его цепких горячих пальцев. Взгляд Зимина полыхает опасным огнем, — извини! Мне это не кажется приемлемым вариантом. В конце концов, это неприлично.

Он замолкает. Только что получившие от него четкие инструкции охранники тоже выглядят озадаченными.

Готова поспорить, они уже решили, что мы с Зиминым едем туда заниматься сексом. От этой мысли я вспыхиваю. Переживать подобное унижение мучительно неприятно.

— Дань, у меня всего час свободного времени! — заявляю, хоть это и звучит как оправдание. Поправляюсь, — ну, приблизительно. А потом мне нужно на работу.

Он недоверчиво сощуривается:

— Ночью?! На какую?

— Это работа на радио, — обаятельно улыбаюсь ему.

К моему изумлению, Зимин, не моргнув глазом, отправляет свою охрану выполнять его поручение. Не обращая на меня никакого внимания, они даже немного спорят о том, что по инструкции рядом с ним всегда должен оставаться один бодигард минимум.

Зимин просит их «не портить ему свидание», и тут уж я вскипаю как чайник.

Молча проследив за тем, как охранники передают ему боевой пистолет в кобуре через крышу автомобиля, решаю твердо объявить ему, что я никуда не еду.

Зимин сует пистолет в карман. Они уезжают, и теперь мы остаемся наедине, рядом с еще одним, припаркованным