Запах ненависти - Анна Гале

— А вот и Вэй, — радостно провозгласил Рюк.

Чересчур радостно это прозвучало, а потому — фальшиво. Подошедший приветливо улыбнулся. Я впилась в него взглядом. Немолодой, лет под сорок, темноволосый, ясноглазый, с тонкими чертами лица и приветливой улыбкой. Я представляла вожака оборотней совсем не таким — напряжённым, грубым, с жёстким взглядом. В моей груди словно отпустили крепко сжатое в кулаке сердце — стало легче дышать, я поневоле улыбнулась Вэю в ответ.

— Ну, здравствуй, Илиана, — он взял меня за руку и немного сжал мою ладонь в своей.

Я узнала полузабытый хрипловатый голос лесного зверя из темноты. Не удивилась — я была почти уверена, что сегодня услышу его.

Рука Вэя оказалась тёплой, приятной на ощупь. В воздухе разлился совсем новый для меня аромат — свежий, горьковатый, соединивший в себе запахи сена, ежевики, дурман-травы, полыни и чего-то ещё — незнакомого, пьянящего. Наверное, это аромат желания.

Во рту снова пересохло, я не могла произнести ни слова. Рука дрогнула, Вэй погладил мою ладонь. Его взгляд остановился на моём затылке, вожак стаи нахмурился.

— Завтра заглянем в селение, — сказал Рюк.

Вэй кивнул. По его лицу скользнула недобрая усмешка.

— Пойдём, всё тебе покажу, — он потянул меня к домику. — С остальными познакомишься попозже, сначала обработаем рану.

В домике было темно, и мне пришлось схватиться за руку Вэя покрепче. Здесь я не так хорошо чувствовала, куда ступать. Вожак стаи мягко высвободил руку.

— Подожди, я зажгу свечу, — сказал он.

Мне хотелось бежать из домика. Нетрудно понять, зачем Вэй сразу отвёл меня сюда. Только куда бы я делась в лесной глуши от стаи оборотней? Даже если бы можно было сбежать — куда бы я пошла? Назад в селение пути мне уже нет.

Что-то стукнуло, затем послышался короткий скрежет. Огонёк заплясал на верхушке толстой свечи в деревянном подсвечнике. Я увидела, что мы стоим у большого, грубо сколоченного стола. Вэй положил рядом со свечой два камня. Я вздрогнула: какая же сила кроется в этом человеке-звере, если он высек огонь с одного удара?

— Давай-ка помажем твою рану, — сказал Вэй.

Он взял со стола плошку с непонятной кашицей без запаха. Грубая рука зачерпнула немного, и Вэй принялся смазывать мне затылок. Я скрипнула зубами: рана отозвалась тупой болью.

— Хорошо заживает, — сказал вожак стаи. — Ведьма из селения знает своё дело. Она занялась твоей головой сразу, как только смогла.

— Кто она? — не удержалась я.

— Не знаю, — Вэй легко улыбнулся и отставил плошку на стол. — В вашим селении бывают только Рюк и Крый.

— Но я никогда их там не видела.

Мне очень хотелось отсрочить неизбежное. Пожалуй, Вэй мне нравился, но я совсем не знала его. Что сделает со мной вожак стаи? Как это случится? Мне было страшно оказаться в руках сильного человека-зверя. Чтобы отдалить это время, надо было говорить, хотя бы о чём-то. Хотя меньше всего в эти минуты я думала о ведьме из нашего селения.

— Разумеется, не видела, — неторопливо проговорил Вэй. Его рука легла мне на плечо, глаза смотрели в глаза. — Они общаются только со старейшиной. Все селения неподалёку от леса платят нам дань, чтобы мы вели себя мирно. Разумеется, селяне в летах знают о нас, а вот детям и подросткам не говорят, так уж издавна повелось. Тебе холодно, Илиана? Ты вся дрожишь.

— Нет. Дань — это девушки, такие, как я? — вырвалось у меня.

Вэй тихо рассмеялся и прижал меня к себе. Я невольно попыталась отстраниться, но он покачал головой.

— Нет, такую дань мы берём очень редко. А таких, как ты, по всем окрестностям больше нет. Дань — это продукты. Яйца, молоко, иногда мясо, овощи, хлеб… Не думал, что вила окажется такой пугливой, — Вэй провёл рукой по моей талии и остановился чуть ниже. — Ты так боишься меня, что даже не посмотрела вокруг. Как тебе домик?

Я отвернулась и в смятении оглядывалась по сторонам, только бы не глядеть на мужчину. Вэй принялся неторопливо поглаживать меня по спине, по бокам, немного задерживая руки то у груди, то на талии.

— Я так не могу, — вырвалось у меня. — Пожалуйста! Это можно отложить?

— Нет, — Вэй сзади коснулся губами моей шеи. — Я же вижу, что тебе приятно. Просто отдайся мне, я знаю, что с тобой делать. Я это чувствую, — его губы переместились ниже, к моему плечу. — Так как тебе дом? Спать будешь на печи, там удобнее всего, и зимой, даже в лютые морозы не бывает холодно. Там, на полках — всё для стряпни, в подполе — наши припасы, а ход в подпол у окна.

Вэй всё так же стоял сзади, одна его рука переместилась мне на живот, другая поглаживала ткань сарафана над моей грудью. Я поняла, что дышу чаще и глубже, чем обычно. Мои бёдра напряглись, и тут же рука Вэя с моего живота переместилась на бедро. Ласки этого человека были, и правда, приятны.

— Сними это, — тихо приказал он.

Я помотала головой. Сказать ничего не могла, так страшно вдруг стало от того, что я наедине с мужчиной, который может сделать со мной всё, что захочет.

— Запомни сразу, — неожиданно жёстко произнёс Вэй, — ты должна делать то, что я говорю.

Он резким движением разорвал на мне сарафан. Испорченная одежда падала на пол, я пыталась прикрыться руками, но Вэй со смехом отстранял их.

— Какая скромница мне досталась! Ну-ка, покажись! — он мягко повернул меня к себе. — М-м-м, красавица, каких поискать. — Руки Вэя неторопливо погладили мою грудь. — Да не смотри ты на меня, как на зверя. Тебе приятно, я вижу, мурашки по коже идут. Давай-ка приляжем, так будет удобнее.

Он протащил меня к стене, у которой валялись какие-то тряпки, и мягко опустил на них.

— Сегодня наше ложе тут, — выдохнул он.

— Можно задуть свечу? — почти без надежды попросила я.

— Нет. Я хочу не только чувствовать тебя, но и видеть. Если так уж смущаешься, можешь закрыть глаза. Так и ощущения будут интереснее.

Я смирилась. А что мне оставалось делать? Только дать Вэю то, что он хотел получить. Его поцелуи и ласки стали нежны, он старался не сделать мне больно. Или, скорее, сделать не очень больно, и боль смешивались с новыми, неожиданно приятными ощущениями.

Когда всё закончилось, Вэй сидел рядом и поглаживал моё тело.

— Хорошая девочка, — с улыбкой произнёс он. — В следующий раз будешь мне отвечать.