Надеюсь и люблю - Светлана Талан

— А что, мои чувства никого не интересуют? — взъерошилась я.

— Никого! Да! Никого не интересуют! К свадьбе все готово, а о чувствах надо было раньше думать!

— Я могу уйти в свою комнату? — поднялась я с кресла, желая поскорее окончить этот неприятный разговор.

— Иди. — Отец немного успокоился. — Я всегда говорил твоей матери: ты умеешь искусно врать.

— Так отправили бы меня в театральный учиться. Может быть, из меня получилась бы знаменитая актриса, — съязвила я, заходя в свою комнату.

— Катерина! — донесся из-за закрытой двери угрожающий окрик.

Вечер я провела в гордом одиночестве и легла пораньше спать. Но уснуть мне никак не удавалось. Перед глазами стоял Макс, его милая улыбка, пылающие желанием глаза и чертовски соблазнительные губы. Я пыталась вспомнить нашу ночь, все до малейших подробностей, но мне это не удавалось. Она была слишком бурной и безумной, и от одной мысли о ней у меня все тело напрягалось.

«Что же ты, Макс, сейчас делаешь? — думала я. — Скучаешь по мне? Или я была в твоей жизни приключением на одну ночь и мне надо забыть тебя и не думать о происшедшем? Да, надо забыть, так будет правильно».

На следующий день я не находила себе места. Мне безумно хотелось увидеть Макса, но, с другой стороны, я понимала, что мне не стоит больше с ним встречаться. Я долго вела борьбу с собой, со своими желаниями, но, увы, не справилась. Тогда я решила, что встречусь с ним и скажу, что мы больше никогда не увидимся. Успокоив таким образом свою совесть, я дрожащими пальцами набрала его номер и сказала, что нам надо встретиться.

Я ушла из дому, когда родителей не было. Макс ждал меня за углом в своей машине.

— Привет! — бросила я и плюхнулась на сиденье рядом с ним.

— Здравствуй, Кэт! Рад тебя видеть, — услышала я его приятный низкий голос, и мое сердце начало выбивать бешеный радостный ритм.

По молчаливому согласию мы снова поехали к нему на квартиру. Мне хотелось сначала пообщаться с Максом, узнать, думал ли он обо мне, скучал ли, но ничего не вышло. Как только мы перешагнули порог, он прижал меня к своему напряженному телу и начал целовать, так страстно, словно мы не виделись месяц.

— Кэт, милая Кэт, — горячо зашептал Макс.

— Что ты со мной делаешь? — вот единственное, что я смогла сказать, и начала срывать с него рубашку.

На пол, жалобно звеня, посыпались мелкие пуговицы. Я опять потеряла голову. В мире не существовало ничего, кроме слившихся воедино наших пылающих жаром тел, исполняющих неистовый танец любви…

Домой я вернулась, словно Золушка — в полночь.

Открыв дверь своим ключом, я хотела незаметно прошмыгнуть к себе в комнату, но в глаза мне ударил яркий свет, лившийся из кухни. Там, за длинным обеденным столом, сидели насупленный отец и растерянная мама.

— Почему не спим? — спросила я невинным голосом.

— Сядь! — взорвался отец и стукнул кулаком по столу.

Таким я папу еще не видела и с испугу шлепнулась на стул.

— Где ты была? — обратилась ко мне мама.

— Просто… просто гуляла, — пролепетала я.

— С кем и где? — продолжала допрос мама.

— Была на дискотеке.

Я взяла себя в руки и решила, что эту ложь родители проглотят, как рыба наживку.

— Это ты можешь рассказать кому-нибудь другому, но не мне! — вскипела мама. — Сегодня вторник и нигде никакой дискотеки нет. Это во-первых. Во-вторых, я — мать и меня обмануть трудно. Я чувствую, что у тебя появился другой мужчина!

Я поджала губы и упорно молчала.

— Катерина! Отвечай, это так?!

Громкий голос отца вернул меня на грешную землю, и образ Макса, стоявший передо мной и поддерживающий меня своей улыбкой, мгновенно исчез.

— Папа, я прекрасно помню, что у меня скоро свадьба, но я вас прошу — не лезьте в мою личную жизнь, — робко сказала я.

— В твою жизнь?! Твоя жизнь возле Сергея, а не на стороне с каким-то сопляком! — Отец стукнул кулаком по столу.

— Он не сопляк! — вырвалось у меня, и я до боли прикусила свой непослушный язык.

— А кто же он? — От услышанного у мамы поползли вверх брови.

— Оставьте меня в покое! — крикнула я, и внезапно по моим щекам полились слезы. — Сколько можно меня мучить?!

— До свадьбы будешь сидеть под замком в своей комнате! — вынес вердикт отец.

— Но папа! — взмолилась я.

— Катерина, никаких возражений! — ответил он.

— Мама, скажи хоть что-нибудь! — молила я, пытаясь схватить маму за руку. Но она мягко отстранилась.

— Я полностью согласна с отцом, — четко выделяя каждое слово, ответила мама.

— Вы… Вы… Вы — жестокие! Вы не любите меня! — в сердцах сквозь слезы бросила я и, рыдая, убежала в свою комнату, где излила обиду и отчаяние в любимую подушку.

* * *

Утром у меня началась депрессия. Я не хотела терять Сергея, он мне нравился, был надежным, возле него мне всегда было спокойно, но не видеть Макса было выше моих сил. Я набрала его номер.

— Макс, это я, — отрешенно произнесла я.

— Кэт, что-то случилось? — встревожился он.

— Да, случилось, — ответила я и рассказала о вчерашнем неприятном разговоре с родителями.

— Кэт, милая моя Кэт, нам надо встретиться и поговорить. Ты сейчас можешь выйти из дома? — услышала я его приятный голос и уже готова была лететь к нему на встречу.

— Да, — улыбнулась я. — Днем я не сижу под замком.

— Значит, в двенадцать ноль-ноль я буду ждать тебя за углом.

— А ты сегодня не работаешь?

— В это время у меня обеденный перерыв.

На мое счастье мама ушла к соседке, и я незамеченной выскользнула из дома и подошла к серебристой «Ауди».

— У нас мало времени, а мне так много надо тебе сказать, — произнес Макс вместо приветствия. — Поедем сразу ко мне на квартиру.

Вскоре мы перешагнули порог его квартиры, намереваясь поговорить, но не сдержались и занялись любовью прямо в коридоре. Макс прижал меня к стене, а я крепко обхватила его бедрами, впившись в его губы…

Когда страсти утихли, Макс обнял меня за плечи и, глядя в глаза, сказал:

— Ты понимаешь, Кэт, что мы созданы друг для друга?

— Ну и что? Что теперь?

— Мы должны быть вместе. Всегда, — сказал он, пристально глядя мне в глаза.

— Ты… Ты хорошо подумал? — спросила я, понимая, что именно эти слова мне так хотелось от него услышать.

— Да, — твердо ответил Макс.

— Но ты