Нетронутая и неприрученная - Кейт Хьюит

Отмахнувшись от воспоминания, она решительно улыбнулась:

— Хорошо. Значит, ты умеешь играть.

Витторио усмехнулся:

— Да, умею. И должен предупредить, что играю очень хорошо.

Ана встретила его взгляд в упор:

— Я тоже.

Он вывел ее из уютной маленькой комнаты и провел по узкому коридору каменного замка. Наконец они оказались в просторном зале с высокими окнами, которые выходили на затемненные сады. В сумерках Ана могла различить за окнами громоздкие формы живых изгородей и мраморные фонтаны. Комната выглядела так, словно ею не пользовались годами. Все вокруг было покрыто толстым слоем пыли, в воздухе витал запах плесени.

— Я полагаю, ты не играл в бильярд с момента приезда домой, — сказала она, и на губах Витторио появилась мимолетная улыбка. Ана приложила все усилия для того, чтобы игнорировать головокружительные ощущения, проснувшиеся в ее теле.

— Не в этом зале, так или иначе. — Он снял с бильярдного стола покрывало и бросил его в угол, а затем открыл окна, чтобы из садов в комнату проник свежий, ароматный воздух. — Хочешь еще что-нибудь выпить?

Ана почувствовала себя безрассудной и беспечной. Она поняла, почему Витторио спросил, играет ли она в карты. Он предпочел оказаться с ней за пределами комнаты, в которой они ужинали. Никакой романтики. Только деловые отношения. Он недвусмысленно ей об этом заявил. И прекрасно, она может справиться с разочарованием.

— Я буду виски.

Мгновение Витторио смотрел на нее с задумчивым и даже довольным выражением лица, затем изогнул губы в улыбке, кивнул, подошел к двери и нажал на потайную кнопку. Через несколько минут в комнате появился дворецкий.

— Марио, два виски, пожалуйста.

— Да, мой господин.

Ана выбрала кий и тщательно натерла наконечник бильярдным мелом. Она внимательно осмотрела стол, на котором уже находились три шара: два прицельных шара, белый и желтый, и красный шар — биток. Витторио расставил в центре стола девять пронумерованных прицельных шаров и красный биток. Цель игры была простой: при любом ударе биток должен коснуться вначале шара с наименьшим номером, но шары не обязательно забивать по порядку номеров. Если при правильном ударе в лузу падает какой-либо шар, игрок продолжает игру до тех пор, пока не совершит промах, нарушит правила или одержит победу, положив в лузу девятку. Матч заканчивается после того, как один из игроков выиграет заданное число партий.

— Итак, где ты научилась играть в пул? — спросил Витторио, отходя от стола.

— Меня научил отец. После смерти матери мы часто играли с ним вместе.

— Как трогательно, — пробормотал он, и Ана поняла, что он имел в виду. Его голос звучал почти печально.

— И я полагаю, и тебя научил играть отец, — произнесла она. — Или ты играл с братом?

— Только с отцом.

Ана отступила от бильярдного стола, упершись кием в пол:

— Хочешь начать первым?

Витторио округлил глаза в притворном ужасе:

— Разве джентльмен может идти впереди дамы?

Ана усмехнулась и пожала плечами:

— Я просто хотела дать тебе преимущество. Я предупреждала тебя: я хорошо играю.

Витторио запрокинул голову и громко рассмеялся. У Аны вдруг вспотели ладони и пересохло во рту.

— Я сказал тебе, что тоже хорошо играю.

— Тогда пусть победит сильнейший, — ответила Ана, задорно улыбаясь.

Слуга вошел в комнату, неся поднос с двумя бокалами, бутылкой минеральной воды и еще одной бутылкой очень хорошего, выдержанного виски. Ана сглотнула.

— Итак, — произнес Витторио, протянув руку к бутылке виски, — ты пьешь разбавленный или неразбавленный виски?

— Разбавленный, пожалуйста.

— Как скажешь.

Ана взяла бокал онемевшими пальцами. Витторио улыбнулся и поднял бокал, она сделала то же самое. Оба выпили, и Ане удалось не поперхнуться, когда едва разбавленный водой виски обжег ее горло.

— Прошу начинать партию, — сказал Витторио, описав рукой элегантную дугу. — Дамы идут первыми.

Ана кивнула и отставила бокал в сторону. Она приготовилась к первому удару, но вдруг разнервничалась, заметив, как ласково на нее смотрит Витторио. «Сосредоточься на игре, — сказала она себе. — Сосредоточься на бизнесе». И все же она промахнулась.

Витторио щелкнул языком:

— Жаль.

Он дразнил ее, Ана об этом знала, но все равно заскрежетала зубами. Она ненавидела проигрывать.

Она отошла от стола и сделала еще один глоток виски, когда Витторио приготовился к удару.

— Так почему же ты хочешь на мне жениться? — спросила она, изображая легкий интерес.

Витторио промахнулся.

Он повернулся к ней и прищурился.

Ана мило улыбнулась.

— Я думаю, из тебя получится подходящая жена.

— Подходящая? Какое романтическое определение!

— Как я уже сказал, — тихо произнес Витторио, — это деловое предложение.

Ана снова подошла к бильярдному столу:

— Ты предлагаешь мне брак по расчету?

Помолчав, он ответил:

— Да.

— И что же тебя привлекает во мне? — спросила Ана, снова промазав. — Мне любопытно.

Витторио загнал шар в лузу, и Ана едва сдержала проклятие.

— Меня привлекает все.

Она недоверчиво рассмеялась:

— Ну, Витторио, меня нельзя считать идеальной.

— Ты родом из известной, уважаемой в этой местности семьи. Ты упорно трудилась, занимаясь винодельческим бизнесом, и ты преданна.

— Эти качества ты хотел бы видеть в своей жене? — резко спросила Ана. — У тебя целый список требований. Что можешь предложить ей ты? — Она загнала шар в лузу. По меньшей мере, в бильярде у них равный счет.

Витторио колебался лишь долю секунды:

— Я знаю, чего хочу от жизни.

Ей следовало спросить; она должна была знать. Ана заговорила беспечно и даже пренебрежительно.

— Ты не заинтересован в любви, я верно полагаю?

— Не заинтересован. — Он сделал паузу. — А ты?

Ана наблюдала, как он замер и наклонил голову. Он прищурил темно-карие глаза, пока ждал ее ответа. «Что за странный вопрос? — подумала она. — Разве большинство людей не ищут любви?»

Тем не менее сама Ана не искала любви; она не хотела романтических и сексуальных отношений. Однажды она попыталась расположить к себе мужчину и испытала лишь унижение и стыд.

Нет, любовь была для Аны под запретом, она являлась некоей недоступной роскошью.