Рискованное пари - Виктория Александер

Как бы там ни было, на глупца лорд Беркли никак не походил. Так почему бы не обменяться с ним парой шпилек? Последствий можно не опасаться, а сама по себе битва остроумий — увлекательнейшее занятие.

— Непременно, милорд, если вы примете мои извинения, — произнесла Кэсси с покаянной улыбкой. — Боюсь, мои слова прозвучали несколько… невежливо.

— Пожалуй, — согласился он и предложил ей руку. Кэсси повернулась к брату:

— Ты идешь?

— Через минуту. — Голос Кристиана прозвучал неестественно бодро. — Сначала переговорю с лордом Пеннингтоном об одном деле, представляющем интерес для нас обоих, — разумеется, если он не возражает. А вы ступайте.

— О каком деле? — Пеннингтон свел брови. Кристиан метнул на него предостерегающий взгляд и кивнул, отпуская сестру с Беркли.

Пеннингтон перевел глаза с Кристиана на Беркли, и его лицо прояснилось.

— Ах да, конечно! Вопрос обоюдных интересов. Разумеется. Понимаю.

Беркли склонился к Кассандре и понизил голос:

— Похоже, оба спятили.

Неожиданно для себя Кэсси засмеялась:.

— Я давно подозревала, что все мои братья не в себе. Кэсси взяла спутника под руку, стараясь не обращать внимания на твердые мышцы под тонким сукном сюртука и жар кожи, ощутимый даже сквозь ткань. Неспешным шагом оба направились к столам.

— Я вынуждена извиниться за моего брата. И за себя, — небрежным тоном начала Кэсси. — Избытком деликатности он не страдает, верно?

Беркли усмехнулся:

— Да уж, пожалуй. Кэсси тяжело вздохнула.

— Вас он счел превосходной партией — видите ли, все мои братья торопятся выдать меня замуж. Все равно за кого, лишь бы поскорее. Братья предпочли бы видеть моим женихом обладателя титула и солидного дохода, а если говорить начистоту — то и любого мужчину, лишь бы держался на ногах и умел издавать членораздельные звуки. Но торг вполне уместен.

— Отрадно знать, что я отвечаю столь незначительным требованиям, — съязвил Беркли.

— Это неизвестно. — Она рассмеялась и покачала головой. — О Господи, простите еще раз! У меня есть досадная привычка высказываться слишком откровенно. Точнее, говорить все, что я думаю. Как уже давно выяснилось, последствия бывают непредсказуемыми.

— Могу себе представить.

— И тем не менее таков мой характер, и меняться я не собираюсь.

— Это ни к чему.

— Вы и правда так думаете? — Кэсси повернулась к собеседнику.

— Разумеется.

— А большинство мужчин, с которыми я знакома, посоветовали бы мне держать язык за зубами или хотя бы думать, прежде чем говорить.

— Но со мной-то вы до сих пор не были знакомы, — с легкой насмешкой напомнил Беркли. — Впрочем, и я посоветовал бы вам не высказываться во всеуслышание о поступках большинства мужчин или даже обладателей скверной репутации. Далеко не все мы одинаковы.

— И все же я редко ошибаюсь.

Беркли засмеялся, а Кэсси вдруг сообразила, что ее слова прозвучали чересчур напыщенно. Странно, прежде они казались ей разумными.

— Предупреждаю: я свято чту честность и откровенность. — Она выдержала паузу, припоминая прошлое — общее для них с сестрой. — В любых обстоятельствах.

— Честность — похвальное качество. — Он сдержал улыбку. — В любых обстоятельствах.

— Потому и считаю своим долгом быть честной и откровенной с вами. Кстати, вы не обязаны сопровождать меня только из вежливости.

— Я просто веду вас к столу, — пожал плечами Беркли. — Едва ли этот поступок можно назвать заявлением о намерениях.

— Конечно, нет. — Они приблизились к столам, уставленным аппетитной снедью, в том числе и бесподобными десертами. Но Кэсси не обратила на них внимания. — Просто я… не важно. — Она отпустила руку спутника и повернулась к нему. — Лорд Беркли, я всего лишь пытаюсь объяснить: несмотря на явные своднические намерения моего брата, я ничуть не… заинтересована.

— Не заинтересованы? — Беркли непонимающе прищурился. — Что вы имеете в виду?

— Вас! — выпалила Кэсси и спохватилась: — Нет, не в вас лично — в широком смысле слова. В мужчинах подобного типа. Другими словами, меня просто не интересуют мужчины с такой репутацией, как ваша.

— Со скверной репутацией? — с расстановкой уточнил он.

— Вот именно. — Кэсси с милой улыбкой кивнула ему. Беркли устремил на нее задумчивый взгляд.

— Большинство женщин, с которыми я знаком, считают обладателей известной репутации весьма притягательными.

— Ваши знакомые — несомненно, поэтому они и водят дружбу с вами. — Кэсси уставилась на него в упор. — А я — нет. Человек, который прожигает жизнь, играя в азартные игры, напиваясь, обхаживая бесчисленное множество женщин нестрогих правил…

— Бесчисленное множество? — с любопытством переспросил он, и на его лице вдруг заиграла довольная улыбка.

Кэсс нахмурилась.

— А это вас удивляет?

— Нет, что вы. — Беркли с трудом подавил удовлетворенную усмешку. — Кому об этом знать, как не мне.

Она пренебрежительно фыркнула.

— Так или иначе, милорд, мне нет дела до мужчин, которые ведут такую же жизнь, как вы. Повесы и распутники не в моем вкусе. Более того, у меня нет ни малейшего желания перевоспитывать подобных людей. Нет, мне нужен мужчина, который…

— Соответствует идеалу. — Беркли прищурился. — Вот вы и проговорились.

— Вздор! Идеальных мужчин не существует. — Кэсси на миг задумалась. — Но вы правы: именно это я и имела в виду.

— Понимаю, — ровным тоном отозвался он.

— В вашей понятливости я и не сомневалась. И хотя вы оказались приятнее, чем я ожидала, — она глубоко вздохнула, — мы с вами не пара.

— Понимаю, — снова повторил он.

— И больше вам нечего добавить?

« На миг в ней проснулась надежда, что он попытается опровергнуть ее слова. Потребует шанса завоевать ее. Добиться ее руки. И сердца. Смехотворная мысль, конечно. Такой муж ей не нужен. Ничего в нем нет хорошего — кроме заразительного смеха да загадочных серых глаз, от взгляда которых ее посещают нелепые мысли.

— Дражайшая мисс Эффингтон, — заговорил Беркли, тщательно выбирая слова, — боюсь, вы с вашим братом слишком поспешили с выводами — только потому, что я попросил разрешения познакомиться с вами и проводить вас к столу, притом, заметьте, в многолюдном обществе.

— Я и не думала…

— Неправда, думали, — перебил он так холодно, словно обсуждал предмет, совершенно не стоящий внимания. — А поскольку вы сторонница честности — в любых обстоятельствах! — я счел необходимым быть абсолютно честным с вами.

— Да, конечно, — слабо отозвалась Кэсси. Само собой, честность она ценила, но сомневалась, что продолжение речи спутника придется ей по душе.