Время Зари - Наталья Нежданова

— Почти все прощают меня, но некоторым я причинил слишком много зла, и они не смогли. Я буду молиться за них до конца жизни, — произносит он.

Наконец, он говорит нам, что Светлому Айрину нужны люди, которые будут исследовать, осваивать и защищать космос.

— Вы обязательно должны закончить лицей!

— Поздно! — отвечаю я. — Мне уже тридцать два года. Я давно забыла все школьные предметы. Да и не хочу ничего. Мой удел — физический труд. Посмотри на мои руки! И со здоровьем у меня проблемы имеются.

— Анни, здесь, в нашем новом мире, больше не принимаются во внимание никакие формальные критерии. Справишься со вступительными заданиями, значит, будешь учиться и сможешь полететь в космос!

— Вряд ли у меня теперь это получится.

— Пойми, я хочу искупить свою вину перед тобой! Но я не могу устроить тебя в лицей в обход существующих требований к твоим знаниям. Такому не должно быть места на Светлом Айрине! Поэтому я прошу тебя собраться с силами и, наконец, реализовать свою мечту. Теперь это зависит только от тебя!

Кажется, у Герни всё-таки получилось меня вдохновить и я взялась было за учебу. Но, обнаружив, что забыла слишком много всего, и даже столь любимую прежде математику, я опускаю руки. Если бы не мой муж, который всячески увещевает меня не бросать занятия, порой чуть ли не силой подсовывая мне учебники, ничего бы у меня не вышло.

Год спустя мы уже учимся в лицее. Большинство наших сокурсников на десять с лишним лет младше нас. Но все они родились ещё на Старом Айрине. Вполне возможно, кого-то из них я даже спасла от защиты детства. Правда, и наши ровесники тоже встречаются.

Иногда на занятиях я ловлю себя на мысли, что сплю и вижу прекрасный сон. Вот сейчас зазвенит будильник на моем инте, и нам опять придётся выходить в серую слякоть, чтобы ехать убирать или ремонтировать чужой дом.

Вот наконец я совершаю первый самостоятельный полет на флаере. Как же долго я к этому шла!

Заканчиваю выполнять задания и приземляюсь. А когда выхожу, осматриваюсь и застываю от изумления. Потому что всё вокруг такое яркое: и небо, и трава, и даже камни. Мне хочется улыбаться каждому встречному и желать ему добра.

Такое чувство, словно я пробудилась от долгого и мрачного сна. Закончились, наконец, мои странствия по серой пустыне разочарования и безысходности. Я дошла до своей земли обетованной.

И тут я вспоминаю о Рэйне. Как он выдержал меня такую все эти годы? Я поняла, что живу рядом со святым.

* * *

Светлый Айрин, Тэми Норн

На этом записи обрываются. Но я знаю из других источников, что ещё до начала войны Анни и Рэйн успели несколько раз слетать на Старый Айрин в составе экипажа звездолета. В те времена между нашими планетами ещё поддерживались хоть какие-то отношения.

Что они чувствовали, вновь оказавшись в мире, где когда-то были лишь презираемыми изгоями?

Ещё годы спустя они погибли, отражая одно из частых тогда вторжений на Светлый Айрин.

— Рэйн и Анни, молите Бога о нас! — мысленно произношу я.

Я думаю о них и о других арья, покинувших свою прежнюю родину. Они давно ушли дальше, оставив нам в наследство прекрасный мир, выросший из их боли и слез. А мы восприняли их силу, их надежду, веру и любовь.

Изучая историю, я отваживаюсь покопаться даже в экономических вопросах, всегда чуждых мне. Отмена денег — это был сильный ход.

Сразу высвободилась куча ресурсов, уходивших на поддержание финансовой системы. Напрочь выбита почва из-под коррупции и большинства остальных преступлений. Правда, неудобства определённые тоже были. Первое время всё распределялось нормированно, с привязкой к личным картам, которые оформляли прямо с рождения.

Номеров, как на Старом Айрине, там, правда, не было. Всё-таки подвергнуться гонениям — это мощное противоядие ко всем формам тотального контроля.

Именно поэтому наши технологии не пошли по пути вживления людям чипов или иных имплантов. Даже когда встал вопрос об управлении летательными аппаратами с помощью мысли, обошлись обручем, который можно надеть на голову и снять.

Сейчас же у нас даже документов нет. До семи лет вообще никаких, а потом лишь аккаунт в инфосфере, к которому привязываются данные об образовании, профессиональные рейтинги и закрытый профиль с медицинской и прочей специфической информацией.

Наверное, Кейн всё-таки заразил меня своей способностью живо и захватывающе рассказывать о прошлом. Я даже пишу небольшой исторический обзор той самой интересовавшей меня эпохи исхода арья-христиан на новую планету. Под названием «Пасха Светлого Айрина».

Правда, это скорее литературное творчество, я же не историк. Кейн говорит, что для этого помимо собственно истории нужно изучить множество сопутствующих наук.

Глава 8

Мне всё время приходит в голову, как сильно отличается детство у нас от детства на Старом Айрине. Находясь там, я не сразу это заметила. Не понимала сначала, почему все удивляются совершенно обычным для нас вещам.

Например, тому, что я совсем не боюсь высоты. Запросто могу пройти по самому краю крыши, или наклониться над обрывом, чтобы посмотреть вниз. И никаких неприятных ощущений у меня при этом не возникает. Я думала, так у всех людей, но оказалось, что нет.

Я размышляла, почему между нами такая разница, а потом вспомнила одну из детских площадок нашего посёлка. Гигантский куб со стенками из толстой верёвочной сетки, установленный на угол вокруг высокой прочной мачты, которая как бы протыкает его насквозь. Грани для прочности закреплены растяжками.

А внутри чего только нет для того, чтобы весело и активно провести время — различные лесенки, качели и гамаки, мини-батуты. Дети могут носиться по подвесным мостикам, скатываться вниз по шестам или внутри причудливо закрученных труб, лазать по наклонным поверхностям, хватаясь за специальные зацепы. Даже если и сорвётся кто-то, он просто упадёт на пружинящую сетку, а немного рёва и синяков ещё никому не навредили.

И всем, даже совсем малышам, нравится лазать, цепляясь за сетку этого куба снаружи. Если добраться до самой вершины, оттуда открывается потрясающий вид на весь наш посёлок. Дети постарше любят сидеть там целыми компаниями.

А как здорово было в детстве выбрать дерево повыше и забраться на него! Залезть