Валлийская колдунья - Патриция Грассо

– Мы слишком высоко ценим вас, чтобы отпустить за границу, – прервал его Берли, и Ричард бросил на него сердитый взгляд.

– Ваша просьба отклоняется, – заявила королева.

– Но, ваше величество…

– Пэры моего королевства не имеют права служить за границей до тех пор, пока не обзаведутся наследником.

– В таком случае я прошу у вас разрешения сделать это, – заявил Ричард.

– Каким образом? Вы собираетесь пойти на базар и купить себе там сына? – спросила Елизавета с улыбкой.

Берли засмеялся, что делал очень редко. Ричард вспыхнул от смущения.

– Я прошу у вас разрешения жениться и исполнить свой долг перед родом, – сказал он.

– Мой дорогой мальчик, согласно этикету, вы сначала должны выбрать себе невесту, посвататься к ней, а потом уже обращаться ко мне за разрешением жениться, – терпеливо объяснила королева, словно разговаривала с малым ребенком. – У вас есть кто-нибудь на примете?

– Я увлечен Морганой Толбот, дочерью Ладлоу, девушкой столь же добродетельной, сколь и прекрасной, – солгал Ричард, назвав наобум первое пришедшее ему в голову имя.

На его взгляд, все женщины были одинаковы. Кроме того, брак представлялся ему сделкой, а для того, чтобы произвести на свет наследника, вовсе не требовалось любить свою жену. Ричард стремился в Ирландию, надеясь взять там под свою защиту семью старшей сестры, которую хотели разорить алчные правители этой страны. Свившие себе гнездо в Дублинском замке стервятники, продажные английские сановники, ждали только удобного случая, чтобы напасть на гордое ирландское дворянство и завладеть его собственностью. Только такой состоятельный человек, как Ричард Деверо, мог устоять перед соблазном быстро разбогатеть, грабя местное население. Граф понимал, что действия сановников неизбежно приведут к гражданской войне.

– Вы так мало любите нас, что хотите покинуть ради женитьбы? – спросила Елизавета.

– Миловидности леди Морганы далеко до ослепительной красоты вашего величества, – заявил Ричард с улыбкой. – Моргана Толбот – неравноценная замена вам.

– Дерзкий льстец, – сказала Елизавета и похлопала сложенным веером по руке Ричарда.

Взглянув на Берли, Ричард увидел, что тот старательно прячет улыбку.

– Как только получите согласие Толбота, привезите свою избранницу ко двору, – распорядилась Елизавета. – Мы не хотим лишаться такого финансового волшебника и прирожденного придворного, как вы. Мы не можем понять, что привлекательного вы находите в войне.

– Я беспокоюсь о своей сестре Кэтрин, – признался Ричард. – Она пишет, что в Ирландии начались беспорядки.

– Речь идет о графине Тайрон, – объяснил королеве Берли.

Елизавета вздохнула.

– Нам порой кажется, что мы посылаем волков управлять Ирландией.

– Кстати, Кэтрин пишет, что у них прохудилась крыша, и они испытывают большие трудности, поскольку ее супругу не разрешают ввезти в Ирландию свинец для ее починки.

– Свинец может быть использован для изготовления пуль, – заметил Берли.

– Пошлите зятю Ричарда все, в чем он нуждается, – распорядилась королева и, обращаясь к графу, добавила сухо: – У вас есть еще одна сестра, она живет в Шотландии. От нее к нам тоже есть какие-то просьбы?

– В данный момент никаких, – солгал Ричард.

Он не хотел говорить королеве, что его шотландский зять постоянно пристает к нему с просьбами помочь освободить Марию Стюарт из английского плена. Даже трое старших сыновей Бриджитт писали Ричарду письма с мольбами поспособствовать возвращению их королевы в Шотландию. При всей любви к родственникам Ричард не осмеливался обращаться к Елизавете со столь дерзкой просьбой. Королева встала, давая понять, что аудиенция закончена.

– В таком случае мы отправляемся в зал для аудиенций, где нас ждут наши подданные.

И с этими словами Елизавета в сопровождении Берли вышла из комнаты.

– А если у Деверо действительно появится наследник? – шепотом спросил Берли королеву, когда они шествовали по коридору.

– Пусть этот щенок произведет на свет даже сотню сыновей, меня это не волнует, – ответила Елизавета, искоса взглянув на своего министра. – Я не позволю одному из наиболее ценимых нами придворных ехать в Ирландию на верную смерть.

Берли кивнул, удовлетворенный ответом королевы.

Ричард последовал в зал за Елизаветой и ее министром и, остановившись в дверях, стал наблюдать за церемонией вручения подарков королеве. Ричард искренне любил Елизавету и восхищался ею. Несмотря на ее женское тщеславие и трудный характер, она умело управляла страной, и Деверо считал ее лучшим монархом, когда-либо занимавшим трон Англии.

– У вас всегда такое кислое выражение лица? – раздался вдруг голос за спиной Ричарда.

Он резко повернулся и оказался лицом к лицу с графом Лестером. Ричард с надменным видом взглянул на фаворита королевы.

– Летняя поездка ее величества по стране – это время забав и веселья, – сказал Дадли. – Неужели вы никогда не смеетесь или по крайней мере не улыбаетесь?

– Знаете, Лестер, я считаю, что смех – признак легкомыслия, – ответил Ричард. – А за улыбкой кроется желание обмануть своего собеседника.

И, не говоря больше ни слова, Ричард повернулся, чтобы уйти.

– Вы уже покидаете нас? Так скоро? – спросил Дадли саркастическим тоном. – Нам будет очень не хватать вас.

– Меня ждут Шропшир и невеста, – сказал Ричард и заметил, что его слова изумили Лестера, который на мгновение даже лишился дара речи.

Ричард усмехнулся и направился к выходу.