Вдоль белой полосы - Яна Перепечина

— Обещаю, — кивнула окончательно повеселевшая бабушка. А Агата только покачала головой. Она впервые сталкивалась с таким, и ей было неприятно. Но в этот момент позвонил Никита, и она тут же забыла обо всём.

Больше бабушка ни разу её ни о чём не спрашивала. То ли никаких обвинений больше не поступало, то ли она бабушка больше им не верила и не хотела расстраивать внучку.

В тот же день Агата позвонила Антону и напомнила о том, что хочет поскорее развестись. Сначала Антон и правда зачем-то упирался, жаловался на занятость и в ЗАГС ехать отказывался. Никита даже возил Агату в суд, хотя ни детей, ни имущественных претензий друг к другу у Агаты с Антоном не было. Агата отдала бы всё, лишь бы поскорее закончить неприятное дело. К счастью, вскоре Антон, видимо, понял, что почти бывшая жена настроена решительно, и сдался, приехал подавать заявление в ЗАГС. Вид при этом имел до крайности оскорблённый. Заполняя заявление о разводе, он насмешливо поинтересовался:

— Ну, и что же ты напишешь в графе «причина расторжения брака»?

— Оригинальничать не буду, — пожала плечами Агата, которую раздражение Антона и его сварливый тон не задевали, — ограничусь стандартными непримиримыми разногласиями.

Антон кивнул, как показалось Агате, с облегчением, и в своём заявлении написал то же самое. Чего он так опасался, Агата не поняла. Она не собиралась предъявлять претензии, делить немногочисленное совместно нажитое имущество и поливать его грязью. Ей просто хотелось поскорее исправить свою ошибку.

Ровно через месяц Агата снова приехала в ЗАГС, накануне позвонив Антону.

— Да помню я, помню. У меня нет ни склероза, ни маразма, — сердито буркнул тот, но в назначенное время в ЗАГСе не появился.

Агата занервничала, решив, что теперь развод откладывается. Но загсовская девушка на её волнение лишь рассмеялась:

— Ой, что вы! Не переживайте! Вот ваше свидетельство о разводе. А документ бывшего супруга, раз он не пришёл, теперь уйдёт в архив, и это будет уже его проблемой, но никак не вашей.

Агата обрадовалась, с облегчением взяла серо-голубой бланк и убрала его в сумочку. Улицы города поливал унылый затяжной дождь, но она шла и улыбалась, а с работы сразу позвонила Никите. Он был у себя в кабинете и трубку поднял тут же.

Услышав его сдержанное:

— Могилевский, — Агата рассмеялась. Ей так нравилось звонить ему на завод и слышать, как он называет свою фамилию, что иногда она с трудом удерживала себя от того, чтобы не набирать знакомый номер вновь и вновь.

— Ты звони мне чаще, — просил Никита.

— Не буду, — веселилась Агата, — а то тебе надоест.

— Мне? — изумился, впервые услышав это, Никита и попытался поймать её, чтобы поцеловать. — Я об этом мечтал десять лет.

— Не рассказывай мне сказки! — ускользнула Агата. — Десять лет назад мне было десять, а тебе шестнадцать. И ты на меня обращал внимание только потому, что тебя хорошо воспитали и приучили с уважением относиться к соседям, даже если они тебе по пояс, носят косички и с обожанием таращатся на тебя из-за кустов.

— Ничего подобного! То есть воспитали меня, наверное, хорошо. Но на тебя сложно было не обратить внимания. Хотя, конечно, оно было несколько иным.

— А не иное внимание ты когда на меня обратил? — спросила Агата и почувствовала, как замерло в ожидании ответа сердце.

— Я не знаю, — немного подумав, ответил Никита. — Сейчас мне кажется, что уже очень давно.

— А почему же тогда?.. — хотела спросить Агата, но осеклась, поняв: — Ты из-за Мити, да?

— Да, — просто кивнул Никита. — Я его очень любил.

— Я тоже. — Агата сжала губы, чтобы они не дрожали. — И я так боялась, что он догадается, как я люблю тебя. Мне очень не хотелось, чтобы ему было больно. Я каждую весну приезжала с надеждой, что он встретил девочку, в которую влюбился…

— Я его понимаю. Вообще не могу представить себе, как, зная тебя, можно полюбить кого-то ещё.

— Ты не объективен, — чуть повеселела Агата. — Миллионы людей живут, не любя меня и даже не зная о моём существовании, и прекрасно себя чувствуют.

— Ну, и всего им самого хорошего, — улыбнулся в ответ Никита. — А я попробовал жить без тебя… Мне не понравилось. Больше не хочу.

— И я без тебя не хочу.

— Значит, не будем. Скорее бы уже можно было подать документы…

— Для человека, не так давно пережившего развод, ты неприлично легко соглашаешься жениться, — Агата уже откровенно веселилась. И это её умение быстро оживляться и радоваться жизни очень нравилось Никите.

— Для человека, собирающегося жениться на тебе, я неприлично долго терплю и жду, — рассмеялся в ответ Никита, обнял её и притянул к себе. — У меня от ожидания скоро крышу снесёт. Мне всё кажется, что ты передумаешь.

— Не передумаю. И не надейся, — запрокинув голову, посмотрела ему в глаза Агата. — Я же беспринципная и корыстная особа.

— Кто такое посмел сказать? — сделал страшное лицо Никита.

— Подозреваю, что так думают все наши соседи. Моей бабушке тут недавно сказали, что я умею устраиваться в жизни.

— Это да, — согласился Никита. — Разведённый инженер еле сводящего концы с концами оборонного завода — это предел мечтаний. Как же я раньше не разглядел в тебе охотницу за моим колоссальным состоянием?

— Даже и не знаю, — закатила глаза Агата. — Видимо, правду люди говорят, что любовь слепа. Вот ты и не видишь.

Но, к чести их общих соседей по даче, почти все они проявили удивительную деликатность: во всяком случае никто ни о чём не расспрашивал, хотя время от времени Агата с Никитой ловили заинтересованные взгляды.

— Мы с тобой сенсация года, — смеялся Никита.

— Пожалуй, даже десятилетия, — отвечала ему сияющая Агата.

— Вот уж не искал подобной славы.

— Ничего не поделаешь: мы же выросли на их глазах. И теперь всем интересно. Потерпи немного, скоро случится ещё что-нибудь, и все забудут про нас.

— Я потерплю. Ради тебя я готов вытерпеть почти что угодно…

— Почти? — изобразила оскорблённую кокетку Агата.

— Почти. Вернее, всё, кроме долгого ожидания. Никогда не мог подумать, что буду так хотеть жениться.

— Да уж. Очень странное желание. Тревожный симптом. — Серьёзно согласилась Агата и с обеспокоенным видом потрогала его лоб.

— «Держаться нету больше сил», — скрипуче процитировал Никита известный мультик, и оба рассмеялись. Им было так хорошо вместе. Только ждать было всё сложнее.

Но теперь Агата в ответ на его «Могилевский» так же строго и официально произнесла в трубку:

— Могилевская. — И добавила: — Надеюсь, скоро буду.

— Ура, — тихо возликовал сразу всё понявший Никита. — Ура! Я за тобой заеду, и отправимся в ЗАГС.