Любовь бессмертна - Бертрис Смолл

Призывные нотки в ее голосе невозможно было не расслышать. Колин крепче сжал руки и прищуренными глазами всмотрелся в жену, предвкушая восторги, которые им предстоит разделить. Фиона кокетливо улыбнулась, не скрывая охватившей ее страсти. Но голос Родерика Ду нарушил волшебство мгновения:

— Лорд призывает вас в свой шатер, господин, и немедленно.

— Черт побери! — вырвалось у Фионы.

— Ничего, дорогая, я постараюсь прийти как можно скорее, — улыбаясь, утешил муж.

Он исчез, на прощание чмокнув ее в кончик носа, а Фиона облегченно улыбнулась. Ей удалось отвлечь мужа от разговоров о цели ее визита к королю. Хотелось бы верить, что она никогда больше не попадет в такое неприятное положение. Интересно, что подумал бы Колин, узнай он правду о том, как Яков Стюарт хитростью и вероломством натолкнул его на мысль о похищении? И что он сделает, обнаружив, кто истинный отец Алистера? Хорошо еще, что муж так доверчив и добр! Но он может быть и столь же решительным и сильным, как она сама. Приходилось утешаться сознанием, что она была и останется ему верной женой. Конечно, неплохо, что Хеймиш Стюарт повидался с ней, но риск был огромным. Что, если бы Черному Энгусу взбрело в голову тоже приехать в Инвернесс? И как бы она посмотрела ему в глаза? Он наверняка возненавидел бы ее, а этого Фионе не перенести. Энгус, несомненно, поверил бы самому худшему. Колин по крайней мере любит ее до беспамятства.

Когда Фиона проснулась, Колин был уже на ногах и поспешно одевался. Фиона с наслаждением потянулась.

— Вставай, — велел муж. — Правда, еще не рассвело, но нам пора в путь.

— Когда ты пришел вчера? — спросила она, удивляясь, почему он не разбудил ее и не попытался возобновить их любовные игры.

— Вождям о многом надо было потолковать, — уклончиво ответил муж.

— Умоляю, скажи, что твой брат не наделает глупостей, — едва не заплакала Фиона.

— Александру нанесли оскорбление, которое требует отмщения. Ты знаешь, что иначе нельзя, дорогая. Фиона поспешно вскочила с походной кровати.

— Итак, твой брат, принесший клятву королю, собирается ее нарушить и напасть на Якова Стюарта? Что, по-твоему, останется делать монарху? Воображаешь, что он вам все спустит? Или нанесет ответный удар? И тогда все начнется сначала. Рознь, распри, смерть. Погибший скот, выжженные поля, бездомные женщины, дети и старики. И все ради чего, господин мой? Чтобы залечить раненую гордость твоего брата или удовлетворить жажду власти Якова Стюарта? Почему мы должны страдать из-за спеси и чванства тех, кто правит нами?

Колин обнял жену, пытаясь успокоить.

— Ты не понимаешь, Фиона моя, — мягко начал он. Но она яростно вырвалась и, подбоченившись, обожгла его пламенем зеленых глаз.

— Не понимаю? И ты смеешь говорить это мне, Колин Макдоналд? Все очень просто. Мужчинам лишь бы подраться. Главное для женщин — сохранить мир. И ничего тут нет сложного!

— Поскорее одевайся, сердце мое, — повторил он, не обращая внимания на ее речи, в полной уверенности, что правда на его стороне. — Необходимо как можно быстрее добраться до Найрн-Крэг. Слишком много надо всего подготовить.

Он застегнул на талии широкий кожаный ремень.

— Подготовить для чего? — насторожилась Фиона. Но Колин, приподняв ее подбородок, легко поцеловал в губы.

— Не мешкай, — наказал он с неизменным, выводившим из себя Фиону терпением и ушел.

Фиона яростно ударила кулаком о кулак. Что за пакость затеяли эти Макдоналды и какой ценой заплатят за это несчастные шотландцы?

Натянув юбки и сапожки, она позвала Нелли и попросила принести Джоанну. Будь что будет. Главное — защитить детей и Мойру Роуз от неминуемых хаоса и гибели.

По дороге домой она думала о том, каким мирным было ее детство, несмотря на постоянные ссоры родителей. Когда-то Энгус Гордон сказал, что Бен-Хей и Лох-Бре избежали разрушения только благодаря своему отдаленному положению. Найрн-Крэг, хоть и считался неприступной твердыней, стоял, однако, слишком близко к городу Найрн, которым правил глава семейства Росс, и к Кавдорскому замку, служившему некогда пристанищем жестокого, запятнавшего себя преступлениями короля Макбета.

Следовательно, если вспыхнет война между горцами и королевскими войсками, беда не обойдет их стороной. Оставалось уповать на то, что владетель Островов не замышляет настолько ужасной мести, чтобы навлечь на их головы королевскую кару. Пусть в таком случае Яков возьмет в осаду Айлей!

Но в глубине души Фиона сознавала, что гнев короля обрушится на горцев. Куда легче воевать здесь, нежели на море!

Ах, к чему такие мрачные мысли! Она зря запугивает себя. Александр Макдоналд — благородный человек. Он поклялся в верности Якову Стюарту. Конечно, пребывание «в гостях»у короля унизило и обозлило его, но скорее всего он просто выскажет его величеству все, что думает о подобном поступке, и монарх наверняка поймет обиду подданного; ведь владетель Островов привык, чтобы последнее слово оставалось за ним! Все обойдется, и мир в горах не нарушится. Да! Безусловно, так и будет! Никому не хочется уничтожить хрупкое равновесие, которое установилось между королем и его вассалами. Яков слишком умен для этого.

Как хорошо вновь оказаться дома! Слуги не пренебрегали своими обязанностями в отсутствие хозяйки. Полы сверкали, на «высоком столе» стояла чаша с розами, камины были вычищены, посуда блестела. Алистер тотчас помчался осматривать свои владения, в восторге оттого, что наконец вырвался на свободу. Кормилица обрадовалась, увидев мальчика, и оба захотели взглянуть на пони, мирно жевавшего ячмень в стойле. Мэри уже хотела было побежать за братом, но нянька подхватила ее и унесла немного отдохнуть. Фиона покормила малышку и отдала служанке. Мойра Роуз уселась на любимое место напротив невестки.

— Хватит с меня путешествий, — решила она. — Кстати, Фиона, ты была права. Ничего в нем особенного нет, в этом Стюарте. Хорошо, что Найрн жив и здоров и все мы собрались у очага, как прежде. Я умерла бы, казни его король, как Макрури, Макартура и этого дьявола, Джеймса Кэмпбелла.

— Владетель Островов замышляет отомстить королю за оскорбление, — сообщила Фиона..

— Как и должно быть, — заключила Мойра Роуз.

— Зачем?! Это ужасно! — вскрикнула Фиона. Свекровь изумленно подняла брови.

— Но, девочка, горцы всегда умели постоять за себя. Так было, и так будет. Нельзя выказывать слабость перед врагом.

— Каждый день кто-то на кого-то глядит искоса, — начала Фиона, пытаясь сдержаться. — Значит, нужно драться по всякому пустяку? Когда же кончатся эти распри, мадам?

— Никогда, Фиона. Таков наш обычай. — Мойра погладила невестку по плечу костлявой рукой. — Найрн-Крэг еще никогда не открывал ворота противнику. Много лет он стоит на этой скале, нерушимый и неприступный. Я пережила не одну осаду и, как видишь, жива.

Вот уже несколько часов они ненасытно сплетались в объятиях. Нежные прикосновения, жаркие поцелуи, горящая от ласк кожа… Дважды они заставили друг друга кричать от непередаваемого наслаждения. Но сейчас, положив голову ей на грудь и тяжело дыша, он наконец почуял неладное.