Парадокс Севера - Виктория Побединская

Угольные чернила.

«Полночь. Аудитория 501»

Я вскинула руки, фыркнув.

И где всё прочее, по типу «не соблаговолите ли вы принять мое приглашение на вечернее рандеву…»?

Хотя, кого я смешу, — зашагала я туда и обратно по комнате.

Дурацкий Север.

Чтоб его!

— И долго ты собираешься по комнате с карточкой выплясывать, словно она горячая картошка? — спросила Леся, все это время внимательно на меня глядя.

Усевшись на кровать, я склонилась над коленями и обхватила голову руками.

— Скажи, что мне делать? Потому что кажется, я снова вляпалась куда-то не туда.

— Что он на этот раз хочет?

Я подняла взгляд и испуганно произнесла:

— Меня?

Самой показалось полным бредом.

— О, Боже, нет конечно, — застонала я. — Я не знаю.

А надо бы, учитывая, что события последнего месяца должны были сделать меня почти профессиональным полярником.

— Он как чертов ящик Пандоры. И не пойми, что там внутри припрятано. Как пиньята, набитая змеями. Как салат из стекла и радуги.

— Все, все, достаточно эпитетов, — Леся уселась рядом, обняв за плечи. — Тебя же никто не заставляет идти, ты ничего ему не должна больше. Чего ты мучаешься, Солнце?

Хотела бы я знать.

Прошло несколько недель с того дня, как он насильно запер меня в своей квартире. Против воли, потащив в место, куда никогда не стал бы вести Адель. Как воспользовался мной ради собственной выгоды.

Я до сих пор ощущала вкус гнева и крови на губах; ладонь, занесенную, но так и не коснувшуюся щеки. Но помнила и другое. Могла воссоздать в памяти каждое прикосновение к рукаву его пиджака и запах рубашки. Руки, обнимающие крепко, защищающие от всего. И тихие слова «Я рядом», которые подсознание как-то интерпретировало все время не так, словно повинуясь его голосу. Пусть и слегка огрызаясь, но каждый раз капитулируя.

Как это могло со мной случиться?

— Надо идти, — прерывисто выдохнула я, глядя на свои руки. — Хотя бы для того, чтобы положить этому конец.

Около десяти я как обычно поговорила с бабушкой, пожелав спокойной ночи. Близился новый год, и мы отсчитывали дни, когда я приеду домой на каникулы. Леся, уткнувшись в телефон, с кем-то переписывалась, периодически улыбаясь экрану. А я просто лежала и смотрела в потолок.

Около полуночи, я покинула комнату, по лестнице поднявшись на пятый этаж. Остановилась у окна и посмотрела вниз. Не помню, чтобы здесь когда-то проводили занятия. 

Пентхаус по меркам академии.

Я толкнула дверь.

Север поднял голову и его взгляд пробежал по мне как поток холодного воздуха. Я запахнула кардиган туже.

— Что это за место? — вопрос сорвался быстрее, чем я успела подумать. Потому что комната напоминала скорее старинный склад, чем аудиторию. Если она и использовалась когда-то по назначению, то для очень небольших групп студентов, потому что по размеру была не больше раздевалки. Теперь же, казалось, сюда свалили всю ненужную мебель, распихав ее у стен, оставив только дорожку в центре, в конце которой стоял широкий стол, позади которого располагалось окно во всю стену.

За этим столом Северов и сидел.

— Когда мне нужно подумать в тишине, я прихожу сюда, — ответил он, встал и подошел к окну. Его руки тут же нашли место в карманах идеально выглаженных брюк. Казалось, если провести рукой по стрелке на них, можно порезаться. По будням он таких не носил.

— Я не понимаю зачем…

Теперь мое решение прийти выглядело странным. Быть здесь. С ним. Наедине. Без видимой на то причины.

— Держи, — он достал что-то из ящика, бросив на стол пачку распечатанных листов. — У вас первый экзамен в понедельник. Вся группа завалит. — И на мое удивленное лицо добавил: — Теорию вероятности еще никто с первого раза не сдал. 

Кхм... Я нервно кашлянула. 

— Спасибо, но... не стоило.

— Не радуйся, это все еще придется выучить.

Теперь сценарий происходящего еще хуже прописывался в голове. Он ждал ответа, но мне было нечего больше сказать.

— Тогда я пойду, — я сделала шаг назад, но тут же остановилась, потому что свет погас. 

— Ой. 

Север убрал руку с выключателя. 

— Я хочу показать тебе кое-что. Подойди сюда.

Он отошел в сторону, а я удивлённо замерла, вглядываясь в темноту сквозь окна. Вид открывался просто потрясающий. Карточная Долина стояла на возвышенности, а там, вдалеке, мелькал огоньками город.

— Это Эльблонг? — спросила я.

Но вместо ответа Север опустил мне на ладонь связку ключей.

— Когда захочешь сбежать ото всех, теперь тебе всегда будет куда.

Я оторопела. Это ж насколько надо иметь благосклонность, чтобы заполучить в личное пользование часть академии.

— А как же ты? — едва слышно повторила, всматриваясь в горящие вдалеке огни.

— У меня преддипломная подготовка. По сути мне в академии делать больше нечего.

— Но почему ты решил отдать ее мне?

— Больше некому, — улыбнулся Север.

Вряд ли здесь требовались комментарии. Но я не могла, как ни пыталась, уложить в голове, что кто-то настолько популярный, может быть настолько одинок.

— Если б окружающие знали, что ты на самом деле делаешь, то относились бы к тебе иначе.

Я отошла к другой стороне комнаты и присела на парту. Оставляя между нами для безопасности метры воздуха, стол и пару пустых кресел, в одно из которых и уселся Северов, вытянув длинные ноги.

— А зачем оно мне? — спросил он.

— Ну как это? Ты вообще знаешь, какие слухи о тебе ходят в этих стенах?

— Догадываюсь.

— В первый же день мне сказали, что ты прикончил второкурсника.

Север беззлобно хмыкнул.

— Что, прямо своими руками? Я думал только об Антоне ходит подобная «слава».

— Да откуда мне знать подробности, — вскинулась я. — Убил и закопал.

— И надпись написал, — закончил он за меня, уже улыбаясь.

— Очень смешно. Обхохочешься! Неужели нельзя обойтись без этих жутких баек?

— Послушай, Диана, мир не изменить одними лишь красивыми словами. Считай у меня миссия такая — хранить здесь порядок. А какими методами, разве важно?

— Да, но…

— Без но. Если я что-то и делаю, то исключительно по своей воле и отдавая себе в этом отчет.

Я пробурчала:

— Вот уж не сомневаюсь. Трудно представить, чтобы кто-то мог тебя заставить хоть что-то не по своей воле сделать.