Каприз для двоих (СИ) - Оксана Керис

В столице Эбби называли снежной королевой — но не из-за холодности, а благодаря льдистой внешности. Высокая и худая, с тонкими чертами лица и светлой кожей, она казалось злой и строгой, но на деле была довольно мягким и добрым человеком, парадоксально научившись сочетать это со светской жизнью в столице.

Сегодня она сидела рядом с лирой Софией и еще одной пожилой дамой, которая считалась чуть ли не столпом светского общества города Отолья: лирой Трессой.

— Как тебе Мелисса? — спрашивала Тресса.

Эбби немного мечтательно улыбнулась:

— Она мне понравилась. Безумно красива, у нее… наверное, это какие-то врожденные манеры, я не думаю, что они успели бы этому ее научить. Она не суетится, не теребит волосы. Немного комкала платок от волнения, но это другое, это вполне в рамках приличия. Красиво сидит, высоко держит голову, у нее приятный низкий голос, она хорошо чувствует течение диалога и мягко меняет его направление… талантливая девочка.

Лира Софиа согласно кивала на каждое слово, а лира Тресса чуть прищурилась:

— Достаточно талантлива, чтобы действительно стать госпожой Стэгар?

Эбби пожала плечами:

— Вполне. Она такая юная. Говорят, ей почти девятнадцать, я бы не дала больше семнадцати. Милый и невинный ребенок. Мне даже будет обидно, если светское общество ее сильно изменит.

Женщины на какое-то время замолчали, думая каждая о своем. В большой гостиной Морейн было немало людей. После ужина все разбились на небольшие группы по интересам, и, благодаря устойчивому гулу множества разговоров, можно было не переживать о посторонних ушах: тут захочешь — не разберешь, что говорят в двух метрах от тебя. К тому же, в углу гостиной кто-то из юных девчонок мучил пианино, а из смежной комнаты звучали весьма азартные разговоры — там играли в карты.

— Ты тоже считаешь, что девчонка останется в качестве хозяйки замка? — тихо спросила лира Трэсса, бросив косой взгляд на безмятежную лиру Софию.

Эбби пожала плечами:

— Не могу быть уверена, все же человеческие отношения — это не та область, где можно хоть что-то гарантировать. Но еще меньше я верю в то, что Мелисса — просто их развлечение. Они… влюблены? Наверное, это так.

— Оба? — удивилась лира Трэсса.

Эбби медленно кивнула. Она задумчиво смотрела куда-то сквозь толпу и говорила несколько отстраненно:

— Я в столице видела разное. Измены, странные предпочтения, сомнительные брачные союзы, гаремы из рабынь… Если со временем они освободят девочку и сделают ее частью триумвирата — это не будет скандальным поступком. Не для столичных жителей. Но все же у Алана и Бертрана все как-то иначе. Они ее очень опекают. А она… скорее, запуталась, чем что-то чувствует. Знаете, мне даже немного жаль ее. Она такая юная, она ничего не знает о том образе жизни, который ведут аристократы, она… действительно как ребенок. Она даже не понимает, какую власть над ними сейчас имеет.

На последних словах Эбби отвернулась от толпы к своим собеседницам и растерянно посмотрела сначала на лиру Софию, потом на лиру Трессу.

— Если бы она знала и понимала, они бы вряд ли так в нее втрескались, — недовольно буркнула лира Софиа. — Но они и сами как мальчишки: Мелиссе нужно время, чтобы в себя прийти, а они на нее наваливают все и сразу. Как будто это им по семнадцать и они впервые влюбились.

Эбби по-доброму улыбнулась, а лира Тресса тяжело вздохнула. Ее сын — градоначальник, будущее их маленького рода тесно связанно с этим городом и полностью зависит от мужчин Стэгар… И от одной рабыни, которая умудрилась стать центром сплетен и интриг целого города. Но, судя по всему, поддержку девчонке придется оказать.

— Она будет представлена королю? — спросила лира Тресса, обращаясь скорее к Софии.

Та качнула головой:

— Не знаю. Они и сами понимают, что ей пока не место при дворе, и предпочли бы оставить это на потом, но…

Все три дамы одинаково вздохнули. Бертран Стэгар не имеет ни малейшего права на трон, но является самым близким родственником короля: они двоюродные братья, а нынешняя вдовствующая королева — его родная тетя. Вряд ли они позволят просто спрятать в чулан девушку, которая делит постель с последним Стэгар. Учитывая характер его величества, нет ни одного шанса, что Мелисса успеет подрасти до представления свету.

— Ты с ней часто видишься, Софи? — спросила Тресса.

— Иногда. Помогала устраивать все ужины. Сама знаешь, мне с моими головными болями тяжело делать это каждый день.

Тресса понятливо кивнула:

— Скажи Алану, что я тоже готова позаниматься с девочкой. Нужно хоть немного ее подготовить. Слышала, она будет сильной магичкой? — уточнила она.

Обе женщины кивнули. Эбби снова задумчиво уставилась в зал, полный гостей. Она узнала, что Мелисса, скорее всего, станет целителем. Это решили пока особо не афишировать, но Эбби все же сказали. И она понимала, что это значит: никуда девочка от высшего света аристократии не денется. Таких, как она, обратно в тихую и спокойную жизнь не отпустят.

Но почему-то искренне хотелось пожелать ей счастья с двумя мужчинами Стэгар. Эбби не знала, какие у них на самом деле отношения — кто их поймет, этих мужчин? Может, ей с ними и не очень хорошо… Все же они так давно вместе, об их тяжелых характерах ходят легенды… Откровенно говоря, сама цель появления Мелиссы в замке вызывала кучу сомнений в успешности их союза — в девятнадцать лет девочка никак не может быть готова к рождению детей. Но все равно хочется