Сюрприз - Аманда Квик

Патриция наклонилась к Имоджин и, до предела понизив голос, сообщила:

— Леди Линдхерст хранит табличку, на которой написано проклятие, в той бархатной шкатулке. Она говорит, что это самое ценное в ее коллекции.

— Понятно. — Имоджин внимательно оглядела шкатулку, пока экономка подавала ей чай.

Селена элегантно хлопнула в ладоши, и в гостиной установилось благоговейное молчание. Она холодно улыбнулась Имоджин:

— Леди Колчестер, ваш приход для меня приятный сюрприз. Я рада видеть вас вместе с нами. Могу я спросить, чем вызван ваш интерес к нашему скромному собранию?

— Просто любопытством, — ответила Имоджин. — Леди Патриция рассказывала мне, как ей нравится ваш Замарский салон.

— Мы едва ли в состоянии конкурировать с открытиями и исследованиями вашего столь эрудированного мужа, — пробормотала Селена. — Насколько мне известно, граф Колчестер полагает, что салоны вроде моего посещают исключительно любители и дилетанты.

— Я не задержусь долго. — Имоджин поставила на стол чашку с чаем. — Леди Патриция говорила, что вы изучаете проклятие Ратледжа.

— Верно. — Селена сверкнула глазами в сторону Патриции. В этом взгляде можно было прочитать раздражение и гнев. Впрочем, уже через мгновение Селена надела маску холодной любезности. — Хотя эти исследования следовало бы держать в тайне.

Патриция напряглась и бросила тревожный взгляд на Имоджин.

Имоджин нахмурилась:

— Вы не должны ругать Патрицию. Я случайно узнала об этом сегодня. Вы ведь знаете, что у меня особый интерес к Замару.

— Вы намекаете на Великую печать королевы и карту, которую вам по завещанию оставил дядя, — с фальшивой улыбкой проговорила Селена.

— Да. Но сейчас, когда я замужем за Колчестером Замарским, мои интересы выходят за пределы этой печати. Я хотела бы посмотреть на глиняную табличку, на которой написано так называемое проклятие Ратледжа. Как я понимаю, оно в этой бархатной шкатулке.

Звенящая тишина установилась в гостиной. Юные члены салона обменялись смущенными взглядами. По всей видимости, они не привыкли к тому, чтобы кто-то бросал вызов авторитету Селены.

На лице Селены отразилась нерешительность. Но затем она, слегка пожав плечами, сказала:

— Поскольку вы здесь, вы можете посмотреть на эту табличку. Но должна предупредить, что проклятие написано на замарском языке. Лишь несколько человек во всей Англии способны расшифровать его.

— Я в курсе дела. — Имоджин поднялась со стула, сделала два больших шага по направлению к столу и открыла крышку бархатной шкатулки, прежде чем кто-либо из присутствующих осознал ее намерения.

Кто-то из молодых леди ахнул, видя, что Имоджин опустила в шкатулку руку.

Селена прищурилась, глядя на Имоджин, извлекающую глиняную табличку.

— Слухи об эксцентричных манерах вашего отца, как я вижу, справедливы, — проговорила она.

Имоджин не удостоила ее ответом. Она впилась глазами в массивную табличку.

— Подумать только, это замарский подлинник.

— А что вы ожидали здесь увидеть? — раздраженно сказала Селена.

— Я бы не удивилась, если бы обнаружила подделку. Но табличка в самом деле из Замара.

— Благодарю вас за высказанное мнение, — холодно сказала Селена. — А сейчас, если вы уже осмотрели…

— Но я еще не осмотрела. Табличка действительно из Замара. Впрочем, ничего удивительного. Я знала, что сейчас модно иметь одну-две подлинных вещицы в своей коллекции. Но надпись на ней — никакое не проклятие.

— Прошу прощения, — огрызнулась Селена.

— Боюсь, что вас ввели в заблуждение, леди Линдхерст.

Селена пришла в ярость, лицо ее вспыхнуло.

— Да откуда вам знать, какой смысл скрывает эта надпись?

— Я умею читать замарские надписи — как формальные, так и неформальные, — Имоджин холодно улыбнулась. — Это было бы даже смешно, если бы некоторые люди не восприняли слухи о проклятии всерьез.

— Смешно? Что вы хотите этим сказать? — прошипела Селена.

— Надпись на табличке не что иное, как счет за покупку, — сообщила Имоджин. — А если точнее, здесь зафиксирован обмен двух мер пшеницы за одного вола.

— Это ложь! — Селена вскочила на ноги. — Голос ее возвысился до визга:

— Да откуда вам знать, что написали в Замаре?

Послышался шум в дверях. Все повернули головы и увидели стоящего на пороге Маттиаса.

— Моя жена читает замарские письмена так же свободно, как и я, — спокойно сказал он.

Имоджин резко обернулась, и ее ридикюль, который болтался на сатиновом шнуре, описал дугу и сбил чайную чашку на пол. Сидевшие поблизости леди с криками вскочили на ноги.

— Колчестер! — улыбнулась Имоджин. — Я не видела тебя. Может, ты выскажешь свое мнение об этой злосчастной надписи?

Маттиас элегантно наклонил голову, выражая удовлетворение и явное уважение.

— Твой перевод абсолютно правилен. Это деловой документ древнего Замара, Иначе говоря, счет за покупку.